class="p">Я качаю головой.
— Это несправедливо по отношению к тебе, Римо. Я не позволю тебе так мучить себя.
— Это не твой выбор. — Он кладет руку мне на плечо. — Если я не поддержу Валентину в самый тяжелый период ее жизни, я никогда себе этого не прощу. Сейчас она нуждается во мне как в друге, пока пытается собрать осколки своей жизни, и именно им я и буду для нее.
Господи, как же мне так повезло, что этот мужчина является моим лучшим другом?
Подойдя ближе, я по-братски обнимаю его, похлопывая по спине.
— Жаль, что я не могу заставить ее полюбить тебя.
— Она призналась, что испытывает ко мне влечение, так что, думаю, чем больше времени я буду проводить с ней и чем больше она будет исцеляться, тем больше у нас будет шансов.
— Это хорошая новость. С этого и надо было начать, козел. — Я легонько шлепаю его по голове. — А я-то думал, что ты обречен любить женщину, которая тебя не хочет.
Громко смеясь, он говорит:
— Давай займем наши места.
Мы осматриваем столы, и, найдя свою карточку, я понимаю, что буду сидеть между Адриано и Риккардо.
Довольный, я отодвигаю стул и, садясь, бросаю взгляд на своего второго шурина.
— Как у вас с Джианной дела? Вас двоих практически не видно с тех пор, как в Токио произошла та чертовщина.
— У нас все хорошо. Аугусто сейчас обучает меня, чтобы я мог занять место его заместителя.
— И как успехи?
— Очень хорошо. Я постепенно осваиваюсь в управлении Vitale Health.
— А чем моя сестра сейчас занимается? — Джианна – самая младшая из нас четверых, но я знаю, что мне не нужно беспокоиться о ней, когда рядом Риккардо.
— Юки учит ее гончарному делу. После игры в покер у Аугусто они нашли общий язык.
— Рад это слышать.
Все мужчины занимают места за двумя столами, и, когда дядя Дарио садится за мой столик, я стону.
— Твоя дочь уже забрала у меня сто миллионов. Пощади меня сегодня.
— Пощажу, но только потому, что мне так весело создавать новую систему вместе с Рози.
— На самом деле она забрала сто пятнадцать миллионов, — говорит Энцо, проходя мимо нашего столика, чтобы сесть за другой. Когда я бросаю на него вопросительный взгляд, он пожимает плечами. — Ты же знаешь, я не могу отказать Рози.
Но он до сих пор даже не попытался подкатить к ней.
Как только эта мысль приходит мне в голову, я ее тут же отгоняю. Мне хватит всех этих неудачных романов на всю жизнь.
Достав телефон из кармана, я быстро отправляю Сиенне сообщение и проверяю камеры, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Увидев, что она сидит в гостиной и смеется с женщинами, я расслабляюсь и прислушиваюсь к разговорам за столами.
Когда дядя Дарио раздает карты, я беру их. Увидев туз, короля, даму и валета пик, я смотрю на дядю Дарио, который ухмыляется мне.
Я выбрасываю девятку и перемещаю фишки в центр стола.
Он протягивает мне одну карту, и, когда я беру десятку пик, ничуть не удивляюсь.
Однажды я его поймаю.
Остаток ночи я наблюдаю за своим дядей, как чертов ястреб, но, когда мы начинаем расходиться, мне так и не удается понять, как он нас обдурил.
Пока некоторые мужчины задерживаются, чтобы выпить напоследок, я прощаюсь и отправляюсь домой к Сиенне.
Обратная дорога в пентхаус проходит в тишине. Я погружаюсь в мысли о работе, обдумывая, что предстоит сделать завтра.
— Спокойной ночи, — говорит Нико, когда мы подъезжаем к нашему обычному парковочному месту.
— Спасибо, тебе тоже.
— Спокойной ночи. — Люк кивает мне, направляясь к Чиро, Альфио и остальной команде.
Как только я нажимаю на кнопку лифта, двери открываются, и я отступаю назад, увидев свою тещу, Бьянку и Юки.
— Вы хорошо провели время? — спрашиваю я, когда они выходят из лифта.
— О, да, — отвечает Бьянка.
Прощаясь с ними, я сканирую свою ключ-карту, и, когда лифт поднимается на мой этаж, устало вздыхаю.
Войдя в пентхаус, я ввожу код на панели, блокируя лифт и активируя сигнализацию.
— Принцесса?
— На кухне.
Она загружает посудомоечную машину, и, видя, как она расслаблена, я сразу чувствую облегчение.
— Мне нравится возвращаться к тебе домой, — говорю я, обнимая ее и целуя в шею.
— Я подумала, что мы могли бы остаться дома в эти выходные, наесться всякой вредной еды и устроить киномарафон. — Она поворачивается ко мне. — Ты много работал, и тебе нужен отдых.
— Звучит идеально. — Я целую ее в губы, затем, подняв ее на руки, выношу из кухни и направляюсь в нашу спальню.
Пока я снимаю брюки с рубашкой, Сиенна переодевается в пижаму. Когда мы забираемся в постель, я прижимаюсь к ней всем телом и утыкаюсь лицом в изгиб ее шеи.
Глубоко вдохнув аромат моей женщины, я начинаю успокаиваться, а шум в голове постепенно стихает. Мое тело дрожит, освобождаясь от части стресса, связанного с работой.
Сиенна начинает перебирать пальцами мои волосы, и от этого по моей коже бегут мурашки.
— Мне нравится, когда ты так делаешь, — бормочу я, чувствуя, как глаза начинают слипаться.
— Знаю. — Целуя меня в макушку, она шепчет: — Люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. — Я засыпаю, обретая покой в объятиях жены.
Эпилог
Сиенна
(Три года спустя...)
— У вас здоровый мальчик, — говорит доктор Милаццо, когда я откидываюсь на подушки. Моя кожа взмокла от пота, а дыхание стало сбивчивым после только что прошедших родов.
Кристиано ослабляет хватку на моей руке и, наклонившись, целует меня в лоб. Когда у меня начались схватки, он отвез меня в личную больницу Коза Ностры.
Раздается тихий крик, и мой взгляд мгновенно устремляется туда, где Симона, медсестра, ухаживает за нашим ребенком.
Она заворачивает его в мягкое одеяло, и когда подносит его мне, мое сердце начинает биться еще быстрее. Когда она кладет маленький сверток мне на руки, мониторы начинают пищать как сумасшедшие.
— О боже, Кристиано, — всхлипываю я, глядя на нашего сына. — Он такой маленький.
— Он будет самым защищенным ребенком на этой планете, принцесса, — в миллионный раз заверяет меня мой замечательный муж. Проведя ладонью по моим волосам, он
