Если поначалу Ричард был растерян, то теперь он отчаянно старался всё вспомнить, чтобы понять, как очутился здесь. Как случилось, что он стоит на коленях в грязи посреди лагеря солдат Имперского Ордена. Казалось, если постарается, он сможет вспомнить, как попал сюда. Он почти вспомнил! Но это самое «почти» оставалось вне досягаемости, подобно забытому слову, которое затерялось где-то в тёмных глубинах памяти.
Ричард посмотрел вдоль линии стоявших на коленях пленников, и увидел, как солдат ухватив за волосы мужчину, дернул его голову кверху. Человек закричал — сдавленные звуки, вырвавшиеся из его груди, были полны ужаса. Ричард хорошо видел, что, несмотря на нечеловеческие усилия, у того мужчины не было ни единого шанса на спасение. От мольбы, звучавшей в его крике, у Ричарда волосы встали дыбом. Солдат зашёл пленнику за спину и приставил длинный, острый нож к его незащищённому горлу.
И вновь Ричард принялся доказывать самому себе, что всё происходящее — нереально и он зачем-то вообразил весь этот ужас. Но он ясно разглядел скол на лезвии грубо заточенного ножа. Отчётливо видел, как мужчина, охваченный паникой, раз за разом пытается сглотнуть. Видел самодовольную ухмылку на мрачном лице солдата.
Нож глубоко резанул по горлу. И мужчина, и Ричард одновременно вздрогнули, один — от боли, другой — от потрясения. Человек задёргался, но солдат без малейшего усилия удерживал свою жертву за волосы. Блестящие от дождя мышцы на мощной руке напряглись, когда солдат с усилием ещё раз провёл ножом, всё глубже перерезая шею мужчины. Тёмная кровь, ужасающе-красная в сером свете дня, хлынула из раны в такт ударам сердца, продолжавшего биться в груди того человека. Ричард содрогнулся от запаха свежей крови, ударившего ему в нос.
Он снова попытался убедить себя, что происходящее невозможно. Тем не менее, непонятно почему, всё было слишком реально. Мужчина, который слабо извивался на земле; кровь, пятном расползающаяся по рубашке и пропитывающая штаны. Тело с зияющей раной на шее изогнулось в последней конвульсии; правая нога его дёрнулась в сторону. Не выпуская волос своей жертвы, солдат одним движением скинул убитого в яму. Ричард услышал всплеск, когда мёртвое тело шлепнулось в жидкую грязь на дне ямы.
Сердце Ричарда бешено колотилось в груди, казалось, что оно вот-вот разорвётся. Он почувствовал тошноту и решил, что его сейчас вырвет. Прилагая отчаянные усилия, он пытался освободить руки, но ремни только глубже врезались в его плоть. Дождь, пот и слёзы заливали ему глаза. Кожаные путы были затянуты очень туго, и каждая новая попытка ослабить их лишь мучительно обжигала кровоточащие раны, вызывая новые слёзы. Боль не могла остановить его. Кряхтя от усилий, напрягая все мускулы, он снова и снова пытался разорвать путы. Он чувствовал, как ремни трутся об оголённые сухожилия на его запястьях.
И тут Ричард услышал своё имя. И узнал голос. Кэлен.
Всё замерло в одно мгновение. Жизнь остановилась. Он принялся искать взглядом её глаза. Зелёные, ослепительно-прекрасные. Все чувства, которые переполняли его, мгновенно пропали. Остались лишь неясная тоска и ужасающая боль, проникающая в самую глубину души. Он так долго был вдали от неё…
Забыв обо всём, он вглядывался в каждую чёрточку её лица. Вот эта маленькая морщинка между бровями... А прямая линия стройной спины, когда она стоит вот так, чуть повернувшись... Её волосы, тяжёлые, растрёпанные дождём... Зелёные глаза… Разве могло всё это ему привидеться?
Кэлен протянула руку.
— Ричард!
Его словно парализовало. Как много времени прошло с тех пор, когда он впервые слышал её необыкновенный голос! С самой первой встречи этот голос притягивал его. Такой чистый, певучий, мягкий, полный особого пленительного очарования. Но сейчас всё было по-другому. В нём не осталось ничего, кроме страдания. Та же мука ясно читалась на лице Кэлен. Ужас исказил прекрасные черты, при виде Ричарда, стоящего на коленях в грязи. Её прекрасные глаза покраснели от слёз, которые текли по щекам, смешиваясь с каплями дождя.
Ричард похолодел. Она здесь, совсем рядом и так далеко. Здесь, прямо посреди многотысячного вражеского войска!
— Ричард!
Она отчаянно протягивала к нему руки. Пыталась добраться до него, и не могла. Её держал огромный солдат с бритой головой. Тут Ричард впервые заметил, что пуговицы на одежде Кэлен сорваны. Рубашка распахнулась, выставляя напоказ её тело, открывая его похотливым взглядам солдат.
Но это не заботило Кэлен. Ей было нужно только одно: чтобы Ричард видел её. Как будто это — единственное, что имело значение. Вся её жизнь заключалась в этом единственном взгляде. Только это и было ей нужно, чтобы жить. В горле что-то болезненно сжалось; хлынули слёзы. Ричард смог лишь с трудом прошептать её имя, он был слишком потрясён, чтобы сделать что-то ещё.
Кэлен снова потянулась к нему, отчаянно пытаясь вырваться из удерживающих её мясистых рук. Захват солдата был настолько силён, что на коже её рук оставались отчетливые белые отпечатки.
— Ричард! Ричард! Я люблю тебя! О, духи, я люблю тебя!
Она вырывалась, тянулась к нему, но солдат крепко обхватил талию Кэлен, одновременно запуская руку ей под рубашку. Большим и указательным пальцами мужлан захватил сосок и принялся его выкручивать, с ухмылкой наблюдая за Ричардом, проверяя, всё ли ему видно.
Из горла Кэлен вырвался сдавленный крик удивления и боли — и это была её единственная реакция на приставания солдата. Она снова и снова выкрикивала имя Ричарда, и голос её был полон ужаса и безнадежности. Нужно добраться до неё! Это его единственный шанс. Больше такой возможности не будет! Волна неистовой ярости захлестнула Ричарда, и он потянулся к ногам солдата. Тот лишь рассмеялся, наблюдая за тщётными попытками Ричарда.
Едва Ричард пошевелился, как сапог охранника с силой вонзился ему в живот, заставив согнуться пополам. Второй солдат, стоявший рядом, на всякий случай пнул его по голове, чтобы оглушить. Мир померк. Звуки слились в унылый гул. Ричард изо всех сил пытался оставаться в сознании. Он не хотел терять из виду Кэлен. В целом мире не было ничего важнее, чем возможность видеть её. Он должен найти способ вырвать ее из этого кошмара.
Пока он пытался отдышаться, солдат огромной рукой ухватил его за волосы и вздёрнул на ноги. Ричард задыхался, он пытался глотнуть немного воздуха, превозмогая ошеломляющую боль. Он чувствовал теплую кровь, которая стекала по лицу и шее, смывая грязь.
Подняв голову, Ричард снова увидел Кэлен. Её длинные волосы, намокли под дождём и сбились в спутанный клубок, но зелёные глаза были прекрасны, как и прежде. Он чувствовал, что его сердце готово разорваться от боли. Она стоит перед ним так близко, живая, а он не может даже прикоснуться к ней. А ему так хотелось её обнять, чтобы защитить и успокоить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
