— Отойди от него, или я уничтожу тебя на месте.
Кара с эйджилом в руке выглядела даже более свирепо, чем Никки. Она заняла позицию по другую сторону от ведьмы, блокируя её. Прежде, чем Шота успела повторить заклятье, Ричард тяжело рухнул на мраморные плиты, окружающие фонтан.
Он задыхался, ужас рвал его душу. Какая-то часть его всё ещё была там, рядом с Кэлен, бьющейся в руках тех головорезов. Он всё ещё чувствовал острое лезвие, рассекающее ему горло.
Ричард осторожно дотронулся до шеи, но не обнаружил там ни зияющей раны, ни крови. Он отчаянно не хотел отпускать из памяти образ Кэлен, и в то же время с ужасом представлял её страх и безнадёжность. Единственное, чего он хотел больше всего на свете — это навсегда стереть из своей памяти жуткое зрелище. Он не сознавал до конца, где находится. Он не понимал, что случилось, и не смог бы с уверенностью сказать, что реально, а что — нет.
Он пытался определить: жив он или уже на грани смерти? Чем были эти путаные видения: явью или предсмертными галлюцинациями, сопровождающими его в мир смерти? Последней иллюзией, которая будет терзать сознание, пока утекает его жизнь? Он пошарил вокруг, нащупывая тела, которые должны были лежать тут же, рядом с ним, в этой яме.
Пока Кара преграждала путь ведьме, защищая своего лорда Рала, Никки оставила препирательства с Шотой, опустилась на пол рядом с Ричардом и обняла его за плечи.
— Ричард, что с тобой? — колдунье пришлось наклониться ниже, чтобы заглянуть в его глаза. — Ты словно Владетеля увидал.
Не обращая никакого внимания на Кару, Шота сложила руки и пристально смотрела на Ричарда.
Образ Кэлен всё ещё стоял перед его глазами. Она звала его, выкрикивала его имя... Любимый голос эхом отдавался в сознании Ричарда, разрывая на части его сердце. Их разлука была такой долгой! А неожиданная встреча в такой момент оказалась настоящим потрясением.
— Всё хорошо, Ричард, — сказала Никки. — Я рядом. Ты — здесь, с нами.
Ричард прижал руку ко лбу.
— Сколько меня не было?
Никки вздёрнула брови.
— Не было?
— Думаю, Шота что-то со мной сделала… Что? И как долго это продолжалось?
— Я не позволила ей ничего сделать. Я вмешалась, не дав ей возможности даже попытаться. Едва она коснулась твоего подбородка, я её остановила. Она ничего не успела сделать — у неё просто не было на это времени.
Перед глазами Ричарда всё ещё стояла Кэлен. Она кричала и билась в удерживающих её грязных лапах имперских солдат. Он взъерошил волосы дрожащими пальцами.
— У неё было достаточно времени.
— Мне так жаль, — прошептала Никки. — Мне казалось, я остановила её достаточно быстро.
Он не думал, что сможет так жить. Сомневался даже, что у него хватит сил, чтобы глубоко вздохнуть. Казалось, отчаяние уже никогда его не покинет. Он больше не мог сдерживать свои муки, свою боль, свои слёзы. Никки молча прижала его лицо к своему плечу, укрывая в своих спасительных объятиях.
Все казалось таким бесполезным. Это конец. Всё пропало. Он всегда говорил, что победить армию Джеганя невозможно. У них нет шансов. Орден слишком силён, он выиграет войну, и Ричард ничего не может с этим поделать. Остаётся только дожидаться смерти, ужасной смерти, которая неминуемо настигнет их всех.
Шота шагнула ближе к мраморному краю бассейна, где сидел Ричард, держась с противоположной от Никки стороны, и попыталась положить руку ему на плечо. Но её запястье перехватила Кара.
— Прости, что пришлось так поступить с тобой, Ричард, — произнесла Шота, не обращая внимания на Морд-Сит. — Но ты должен был увидеть своими глазами, чтобы понять, что…
— Заткнись, — перебила её Никки. — И держи свои руки подальше от него. Ты что, не понимаешь, что причиняешь ему боль? Может, достаточно? Разве обязательно причинять вред? Неужели ты не можешь помочь без того, чтобы одновременно не ранить его или не доставить неприятности?
Шота убрала руку. Никки обхватила ладонями лицо Ричарда, стирая большим пальцем слёзы с его щеки.
— Ричард…
Он благодарно кивнул в ответ на её нежную заботу, не в силах произнести ни слова. Он всё ещё слышал, как Кэлен зовёт его… Видел, как она пытается вырваться из безжалостных рук… Пока он жив, эта картина будет преследовать его. Больше всего на свете он хотел бы вырвать её из жестоких лап Ордена, избавить от зрелища своей казни. Ему необходимо вернуться туда, сделать что-нибудь, избавить её от такого бесчеловечного обращения. Он не перенесёт того, что её мир рухнул, пока она смотрела, как его убивают.
Но ведь этого не было! Он никак не мог быть там. Невозможно. Скорее всего, это только его воображение. На него нахлынуло облегчение. На самом деле ничего этого не было. Конечно, не было! Кэлен вовсе не захвачена Орденом. Она не видела его казни. Его видение — лишь жестокая выходка ведьмы. Её очередная иллюзия.
Иллюзия — для Ричарда. А для жителей Галеи, для жителей других Срединных земель, завоеванных Орденом, всё происходящее было реальным. Даже слишком реальным. Их судьбы завершились именно так. Но теперь Ричард точно знал, каково им пришлось. Никакое воображение не могло бы затмить их реальных страданий.
Сколько их, хороших людей, неизвестных, безымянных, потеряли свой шанс на счастливую жизнь? И всё ради амбиций извергов из Древнего Мира? Ради чего-то непонятного, что находится по ту сторону жизни?
Внезапно его окатила новая волна страха. У него есть дар. Он — боевой маг. У большинства одарённых магические способности проявляются лишь в одной области. Но у боевого мага дар проявляется во многих областях. И одной из способностей является пророческий дар. А что, если его видение было пророчеством? Что, если именно так всё и должно случиться? Что, если он провидел будущее?
Он не верил в предопределённость грядущего. Разумеется, некоторые вещи неизбежны — смерть, например. Но это вовсе не означает, что всё давным-давно предопределено. Или, что не нужно и пробовать ставить перед собой достойные цели, не стоит пытаться предотвратить бедствия, не нужно стремиться изменить ход событий. Если это было пророчество, то оно лишь показывает возможный ход событий. И вовсе не значит, что нельзя предотвратить его, не позволить ему произойти.
В конце концов, пророчества Шоты никогда не исполнялись в точности так, как она их преподносила. В любом случае, то, что он увидел, то, что он испытал, больше всего походило на воздействие Шоты.
Ричард с молчаливой признательностью сжал руку Никки и тепло улыбнулся ей. В ответ колдунья легонько сжала его плечо; улыбка растопила беспокойство, возникшее у Никки при виде того, как к Ричарду медленно возвращается сознание. Ричард преградил Шоте путь, стараясь заставить её отступить назад. Но ведьма не сдвинулась ни на шаг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
