Предсказания Шоты всегда сбывались. Но сбывались они всегда самым неожиданным образом. Никто и представить не мог, чем обернётся её очередное видение, и в то же время, они всегда оказывались правдивы. Возможно ли, что это и было истинное значение того давнего предсказания? Цепочка событий, наконец, достигла кульминационного момента, и наступает время ему сбыться? Ведь Шота категорически предупреждала их не жениться, иначе Кэлен станет матерью чудовища. Но они поженились. Не могло ли оказаться, что они исполнили пророчество? Может быть, в этом и состояло его настоящее значение?
Ричард задыхался от слёз. Его смерть — не самое страшное из всего происходящего. Кэлен ожидала судьба хуже смерти. Её ждало жалкое существование в руках тех скотов, и возможно ей предстояло стать матерью ублюдка-чудовища.
— Ричард, ты знаешь, что я люблю тебя! Это самое главное — я люблю тебя!
— Я тоже тебя люблю, Кэлен!
Ничего более значимого в голову не приходило. Да и не было ничего важнее. Те простые слова содержали в себе целую жизнь смысла, целый мир, полный смысла.
— Я знаю, любовь моя, — сказала она, и в её прекрасных глазах на мгновение вспыхнула искра мимолётной улыбки. — Знаю.
Прямо у лица Ричард увидел изогнутое лезвие, и инстинктивно отпрянул. Солдат, стоящий у него за спиной, ждал этого, и упёрся коленом в спину между лопаток, не давая Ричарду откинуться назад. Затем палач потянул его за волосы вверх.
Увидев, что происходит, Кэлен опять закричала и с новой силой принялась извиваться в объятиях мужчин, державших её.
— Не обращай на них внимания Ричард! Просто посмотри на меня! Ричард! Смотри на меня! Думай обо мне! Думай о том, как сильно я тебя люблю!
Ричард знал, что она делает.
— Помнишь день нашей свадьбы? Я вспомнила его Ричард. Я всегда его помнила.
Она пыталась в последний раз подарить ему радостные, нежные мысли.
— Я помню тот день, когда ты просил меня стать твоей женой. Я люблю тебя Ричард. Помнишь нашу свадьбу? А дом духов?
Она пыталась отвлечь его от того, что сейчас произойдёт. Но он снова вспомнил предупреждение Шоты: если они поженятся, она станет матерью чудовища.
— Как трогательно, — сказал солдат позади него. — Она такая страстная. Как считаешь, она будет хороша в койке?
Ричард готов был голыми руками оторвать голову тому солдату, но он смолчал. Его мучитель хотел, чтобы он сказал что-нибудь, умолял, протестовал, вопил от муки. Ричард не хотел доставлять ему такого удовольствия — это был его последний вызов врагам.
Кэлен кричала, напоминая ему их первый поцелуй, и снова повторяла, что любит его. И это воспоминание заставило его улыбнуться. Несмотря на обстоятельства. А Кэлен совсем не волновало, что случится с ней самой — сейчас она хотела только отвлечь его, ослабить боль и ужас последних мгновений его жизни.
Последних мгновений… Всё кончается… Кончено… Нет ничего… Кончилась жизнь. Кончилось его время рядом с женщиной, которую он любил. Больше ничего не будет. Мир кончился.
— Ричард! Ричард! Я люблю тебя! Смотри на меня Ричард! Я люблю тебя! Смотри на меня! Правильно, только на меня! Ты единственный, кого я когда-либо любила! Только тебя Ричард! Только тебя! Только это имеет значение — моя любовь к тебе! А ты любишь меня? Пожалуйста, Ричард, пожалуйста! Скажи мне. Скажи мне это ещё раз.
Он почувствовал, как лезвие коснулось его горла.
— Я люблю тебя, Кэлен. Только тебя. Всегда.
— Как трогательно, — прорычал солдат в ухо Ричарду, прижимая нож к его горлу. — Когда ты будешь валяться в яме, истекая кровью, мои руки будут шарить по её телу. Я собираюсь трахнуть твою милую женушку. О, да! К тому времени ты будешь уже мёртв. Но прежде, чем умрёшь, я хочу, чтобы ты точно знал, что именно я собираюсь делать с ней. А ты никак не сможешь это остановить, потому что так свершится воля Создателя.
Ты давно уже должен был склониться перед Орденом, но ты упорствовал в своих эгоистичных устремлениях. Ты сражался, сопротивляясь правильному и справедливому делу. Ты не просто умрёшь за преступления против ближних своих — ты будешь вечно страдать в лапах Владетеля Подземного мира. Будешь очень страдать.
И пока ты будешь на пути в тёмный мир смерти, твоя драгоценная Кэлен будет жить. Я хочу, чтобы ты знал это! Она будет нашей шлюхой. И если она проживёт достаточно долго, чтобы родить мальчика, он вырастет великим солдатом. Да, он станет солдатом Ордена, и будет ненавидеть тебя и твой народ. Уж мы проследим, чтобы однажды он вернулся сюда, чтобы плюнуть на твою могилу. И на могилы других, таких же, как ты. Тех, кто пытался воспитать его в грехе, заставляя отворачиваться от служения Создателю и своим ближним.
Думай о том, как твой дух отправится во мрак. Думай о том, что пока твоё тело будет остывать, я буду наслаждаться приятным, тёплым телом твоей любимой. Для её же пользы. Я хочу быть уверен, что ты понял всё это прежде, чем умереть.
В душе Ричард уже был мёртв. И жизни, и миру настал конец. Так много потеряно. Всё разрушено. Ни за что. Просто из бессмысленной ненависти ко всякой жизненной ценности. Из ненависти к самой жизни. Разрушено теми, кто выбрал своим уделом служение пустоте смерти.
— Я люблю тебя, и буду любить всегда, всем сердцем, — сказал он хриплым голосом. — Ты сделала мою жизнь счастливой.
Он видел, как Кэлен кивнула, давая понять, что услышала, и её губы задвигались, беззвучно произнося в ответ слова любви. Она была так прекрасна. Больше всего он не хотел видеть её безутешное горе. Они смотрели друг другу в глаза, застыв в последнем мгновении существования мира.
Ричард захлебнулся криком ужаса, муки и внезапной острой боли, когда почувствовал, как лезвие вонзается в плоть. Нож смертельно глубоко вошёл в его горло. Всё кончилось.
Глава 18
— Прекрати, — прорычала Никки
Разум Ричарда всё ещё пребывал в замешательстве. Он моргнул, когда Никки с силой ухватила запястье Шоты, убирая её руку прочь. Но другая рука ведьмы по-прежнему всё ещё лежала на талии Ричарда.
— Не знаю, что ты делаешь, — сказала Никки тоном столь опасным, что, казалось, Шота должна была в страхе отшатнуться, — но ты прекратишь всё это.
Шота не отшатнулась. Она даже не выглядела хоть сколько-нибудь испуганной.
— Я делаю то, что должна.
Никки было всё равно.
— Отойди от него, или я уничтожу тебя на месте.
Кара с эйджилом в руке выглядела даже более свирепо, чем Никки. Она заняла позицию по другую сторону от ведьмы, блокируя её. Прежде, чем Шота успела повторить заклятье, Ричард тяжело рухнул на мраморные плиты, окружающие фонтан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
