его из ювелирного магазина — там они что-то купили, рассчитавшись картой! Сняли пару тысяч в банкомате, сели в машину и продолжили свой путь! Они ехали домой, к своим детям! Предвкушали, как приедут и порадуют дочурку сюрпризом! Она ждала подарка, ждала праздника, Артур! — кричал мой брат, схватив Аксенова за волосы. А я все резала и резала ремень, глотая слезы. Перед глазами пролетал тот день. Я все опять прокручивала в голове, как будто все случилось час назад. — А когда они припарковались возле продуктового магазина, на них напали! По ним просто открыли огонь! Безжалостно убили и забрали деньги! Все до копейки! Даже подарок не оставили! Как ты считаешь, — орал Максим под вой винтов, сжимая горло "подсудимого", — кто это мог быть?! Кто мог поступить настолько подло и ужасно, Аксенов?! КТО?! — Не дождавшись ответа, он ударил рукоятью пистолета по лицу. И проорал: — ЭТО ТЫ! ТЕМ УБЛЮДКОМ БЫЛ ТЫ! Я НАШЕЛ ТВОЙ ОТПЕЧАТОК НА ДВЕРИ! ИХ УБИЛИ ВЫ С ДАНИИЛОМ! НЕНАВИЖУ ВАС ОБОИХ! — Макс отошел на пару шагов, чтобы Артур не смог помешать ему выстрелить. И сказал последнее слово: — Младший сдох. Осталось добить старшего.
К этому моменту я разрезала ремень. Выбралась из салона и бросилась к Артуру. Просто стала между ним и выстрелом.
— Не стреляй — он отец моего ребенка!
Максим чуть не нажал на спусковой крючок.
И хоть я рисковала жизнью, это помогло — он не выстрелил. Застыл на месте с пистолетом в ладонях. С вопросом на лице. Мой брат не мог понять, что происходит. Что он услышал?
— Что? — вместо адского драйва его глаза заполнила растерянность. — О чем ты говоришь сейчас, Ульяна?
— О том, что я беременна! Беременна от этого человека! Артур Аксенов — отец моего ребенка! И если ты его убьешь, то сделаешь мое дитя сиротой!
Выражение лица Максима быстро менялось. От агрессии, жестокости оно переходило к панике. Но уже через мгновенье им опять овладевала месть. Только теперь она питалась не к Артуру — к нам обоим. Ведь я предатель, это уже очевидно.
— Как ты могла?! — схватил он меня за одежду. Тряс так сильно, что рвались швы. — Какая же ты сука, Уля! Как ты могла быть такой идиоткой, чтобы залететь от главаря преступной группировки?! Как ты вообще могла пойти на близость с таким отбитым ублюдком?! Объясни мне, пока я не сошел с ума и не пристрелил вас обоих!
Он совсем потерял рассудок. Мне казалось, что если я скажу о беременности, то Макс меня поймет. Но это было глупо. Это правда — Артур был абсолютно прав — надо было сохранить все в тайне.
— У меня не было выбора! Ты лежал тогда в коме, мне надо было срочно отыскать шестнадцать миллионов! А он их дал — единственный, кто помог! Не Никита! Не Шептицкие! Не полиция! Не твои товарищи по службе! А именно тот, кого ты хочешь сейчас убить — именно этот человек пожертвовал деньги на операцию! И ты обязан ему жизнью, Макс!
— Какой ценой, Ульяна?! Какой?!
— Я отдала ему себя! Взамен на твою жизнь я отдала свое тело, свою невинность! И это произошло, я забеременела от Артура!
С неба снова падал дождь.
Он поливал наши горячие головы, смывал со щек и кровь, и соль от слез. Эта вода могла все смыть, все обнулить. Заставить нас забыть о прошлом и простить друг друга за ошибки. Ведь все умножалось на ноль. Я спасала брата. Сам он мстил за мать. А Артур — не важно, каким он был раньше. Теперь он стал моей главной опорой, я хочу уехать с ним и начать все по новой. С чистого листа. Как только этот дождь смешает все обиды, разочарования. Заставит отряхнуться и пойти вперед…
Но Макс не хотел. В то мгновенье все зависло на нем. Он не мог это выбросить из головы. Просто не мог. И не хотел. Он вцепился в месть и шел за ней до самого конца.
— Так он отнял у тебя девственность? Зачал в тебе ребенка? Хах… — Мой брат опять поднял оружие. Качая головой, он повторял одно и то же: — Он уже за это достоин смерти. Я должен застрелить его уже за то, что он сделал с тобой.
— Но ведь он спас тебе жизнь!
— Он не знал об этом! Не знал, что ты потратишь деньги на лечение мента! А если бы знал, то никогда бы их не дал! Он просто хотел заиметь себе игрушку, Уля! Он просто использовал тебя! Купил тебя на деньги, которые украл! Эти шестнадцать миллионов пропитаны кровью! На них кровь всех тех, кого он убил ради наживы! Включая наших с тобой родителей!
Последний шанс что-либо исправить уходил от меня как песок сквозь пальцы. У меня не получалось убедить Максима. Он не слушал ни меня, ни Артура — никого. Только себя. Свою израненную душу несчастного человека. Который посвятил полжизни поиску правды, а в итоге натолкнулся на новую ложь. Ходил будто по кругу — порочному кругу из вранья.
— Но ведь ты жив благодаря этим деньгам!
— Ты думаешь, я скажу тебе спасибо за это, за спасение? — Макс разочарованно мотал головой. — Нет, сестра. Благодарности ты не получишь. Лучше бы я сдох в тот день. Лучше бы ты ничего не делала и дала мне подохнуть… чем продать себя ему. В обмен на кучку денег… Стереть этот позор можно только одним-единственным способом — кровью, — кивнул мой брат и щелкнул затвором пистолета. — Его кровью.
Артур
Я потерял почти все силы.
Было больно, холодно. У меня не получалось даже встать на ноги. Рана жгла и ныла, казалась тяжелым камнем на моем плече. Меня будто тянуло вниз. Хотелось закрыть глаза и немного вздремнуть, отдохнуть. Единственное, что меня держало — это вертолет. И обещание забрать ее с собой.
Мне не стоило его щадить. Не стоило слушать Ульяну и давать ему надежду. Ее брат не из тех, кто достоин поблажек. Хотя и надо отдать должное — за память родителей он сражался яростно, с полной отдачей. Пусть и слепо, закрывал глаза на детали — очень важные детали. Но это рвение найти виновных, отомстить — оно заслуживало уважения.
Хотя он и ошибся. Ни я, ни брат не делали того, за что Максим хотел убить.
— Приготовься к расстрелу!
Он стоял передо мной и не давал Ульяне подойти. Стоял, направив пистолет. Эта черная точка от дула смотрела в меня. И я понимал, что на грани. Сейчас из этой точки будет вспышка —
