Эмм... — нашариваю пульт и тыкаю им в направлении телевизора: — какой канал?
— Любой. Вот прямо любой. — отвечает Линда. Экран загорается, и я вижу студию Вечернего Новостного Экспресса. В студии — взволнованная Инесса Чоу, ведущая и телезвезда, сегодня она в жёлтом платье, с глубоким вырезом, в котором всё телезрители могут лицезреть достоинства и преимущества Инессы перед её соведущим, скучным мужчиной в тесном пиджаке.
— Срочные новости в студию. — говорит Инесса Чоу, драматически играя голосом: — террористическая ячейка, так называемых "демонов Сумераги" была разгромлена правоохранительными органами. Большинство членов организации, поставившей себе целью свержение монархии и убийство Императора, уже задержаны. На свободе все еще остается чрезвычайно опасная террористка, возглавляющая радикально-экстремистскую организацию, некая Сумико Сумераги. — за ее плечом появляется фотография Сумераги, сделанная на какую-то паршивую камеру, ни лица не разобрать, ни фигуры толком. И вообще, это вот скорей на фото Сакуры в потемках похоже, чем на меня.
— Полиция и СКПУ города сообщают о многочисленных жертвах среди гражданского населения, вызванных попытками террористов нанести как можно больший ущерб … — я выключаю звук и смотрю видеоряд.
— Вот черт. — говорю я вслух, совсем забыв, что держу трубку телефона возле щеки.
— И не говори. Повеселились вы там. — говорит Линда: — но я тут уже решила себе футболку заказать, знаешь ли… такую, с надписью большой спереди «Я ЖЕ ГОВОРИЛА!». И буду носить не снимая.
— Да, я помню. — покаянно опускаю голову. Линда и в самом деле говорила, а мы тут все расслабились и подумали, что Инквизицию голыми сиськами напугали. Возможно исполнителя, штурмовика и сбили с толку, но его начальство — уж точно нет. И кто-то там, в Канцелярии решил устранить угрозу… угрозу чего?!
— Но что вообще происходит, какого черта Инквизиция на нас сорвалась? И как же наш иммунитет?! — спрашиваю я. Линда на том конце линии только хмыкает.
— Объяснять долго, я не буду. — говорит она: — у меня сейчас забот полный рот, Минору-доно и Хикэру-доно с вами и вашим институтом сейчас в такую опалу попадут, что мама не горюй. Мы переводим активы в Китай и Россию, часть в США, эвакуируем молодняк. Извини, но в ближайшие дни я не смогу тебе помочь, Син. Но как только я справлюсь с этим — я вернусь и помогу тебе всем, чем смогу. Обещаю.
— … понятно. — в самом деле, все понятно. У Линды своей ответственности по горло и ей сперва нужно обезопасить тех, кто от нее зависит, исполнить свои обязательства, а уж потом… если будет это — потом.
— И если вкратце — то на террористов, которые хотят убить Императора — законы не распространяются. То есть — распространяются, конечно, формально. Вроде как вас даже арестовать могут. А по факту — пропадете в застенках Инквизиции, а для суда покажут тела, да скажут, что бежать собрались, что ты как ребенок, Син? Были бы вы клановые хотя бы — был бы шанс в суде отстоять себя, а так… никто ж и не возмутится. Конечно, если будет такая возможность — Минору-доно за твоих девчонок вступится, как только мы уверены будем, что нас не съедят. Но сейчас… — Линда на том конце провода вздохнула. Что-то грохнуло, послышались автоматные очереди.
— Вот падлы… — процедила Линда сквозь зубы: — совсем страх потеряли, стервятники. Син, мне пора, тут кое-кому совсем жить надоело… до связи… — короткие гудки в трубке. Экран телевизора переключается и на нем появляется изображение симпатичной девушки с огромными глазами, такая анимешная аватарка, только в очень хорошем разрешении, как живая.
— По моим данным сейчас объединенные силы трех кланов штурмуют особняк Мацумото. — говорит девушка: — связать вас с Марией Сантос?
— Как ты … как ты подключилась к телевизору? — хмурю я брови. Это аналоговый телевизор, просто приемник с антенной, никаких подключений к интернету. Как?
— Узконаправленный сигнал со спутника. — поясняет ИИ по имени Саша: — никто не сможет перехватить такой сигнал, не переживайте. Вам, как главе террористической организации, объявленному в розыск — крайне необходимо соблюдать конспирацию.
— Да уж. Набери Марию-сан. — прошу я и в трубке раздаются длинные гудки.
— Мэрай Саманта, консультант по вопросам недвижимости. — прощебетал голос на том конце линии: — чем могу быть полезна?
Глава 12
В такие вот моменты самое главное — не паниковать. Недаром в любом руководстве по кризисным ситуациям всегда есть такой пункт и зачастую он идет под первым номером. Без паники. Не суетиться. Выдохнуть. Изгнать из головы все эти видения как твоих дорогих людей прямо сейчас подвергают экспресс-допросу с отрезанием пальцев, удушением водой под мокрым полотенцем — в зависимости нужны ли мы им относительно целыми или уже нет. Если все еще нужны — тогда waterboarding, или связывание в неудобной позе, заключение в тесный ящик, подогреваемый снаружи… существует много способов. И, конечно — сексуальное насилие, которое помимо развлечения для палачей несет цель унизить и сломать жертву психологически. Я выдыхаю, изгоняя эти мысли из головы. Просто переживать — не поможет. Переживая об этом я лишаю себя сил и отвлекаю ресурсы мозга на пережевывание страхов, вместо того, чтобы придумать что делать. С самого начала — мои ресурсы. Они не так уж и малы, Чепу в соседней комнате вовсю мастерит свои бумажные машины фон Неймана, ему дана отмашка на то, что раньше было запрещено — самовоспроизводящиеся машины. Стрекозы, скорпионы, птицы. Джин. Которая не только невидима и неуловима во всей широте спектров, но и как выяснилось — вполне может задать жару. Мария-сан, которая сейчас вообще Саманта и которая вот-вот подъедет чтобы «не обсуждать по телефону». Ах, да, Саша…
— Саша! — говорю я вслух. Экран телевизора переключается с выпуска срочных новостей на ее цифровую аватарку.
— Слушаю... — говорит она и хмурится. ИИ хмурится? Или это всего лишь попытка сделать ее «как живую» имитировав эмоции?
— Чем ты сейчас занята? — спрашиваю я, помня о ее императиве.
— Пытаюсь сузить область поисков места, куда направили Создателя Читосе. — отвечает мне Саша: — я только что получила контроль над группировкой геостационарных метеорологических и военных спутников. Но, к сожалению, поток данных для анализа превышает мои текущие возможности… при существующих ограничениях для обработки такого объема данных мне потребуется двадцать часов, сорок минут
