И пристально посмотрел на земника.
- И что же ты можешь сказать? - поднял на него глаза чародей.
- Я не знаю, что это за штуковина такая у малыша в руках, - сказал ратник, - но сдается мне, что именно она и спасла его и в его странствиях по болоту ночью, и там, в крепости.
И Долмат указал на мерцавшую в руках безмятежно спящего барздука заколку.
- Только вот сдается мне, что из лагеря все же выманила не она его - а что-то другое. Точнее, кто-то другой.
Чародей быстро зыркнул на ратника.
- Ты думаешь, все-таки кто-то увязался за нами следом, да так, что мы его не обнаружили?
- Именно, - кивнул старый воин.
- Нечисть?
- Не думаю, скорее всего - мелкий болотный дух в услужении у нее, - сказал ратник. - Эти твари могут насылать наваждение и заманивать в трясину путников, чтобы утопить. Но вот сами по себе они ничего не могут сделать. Кроме...
И замолчал.
Чародей резко глянул на Долмата.
- Кроме чего? - с тревогой спросил Мамай.
- Я боюсь, как у твоего друга не началась после этих блуканий болотная лихорадка, - тихо ответил ратник. - Поэтому чем быстрей мы выйдем из этих мест, тем будет лучше для всех.
Чародей внимательно посмотрел на Лиго, всё еще посапывающего во сне, насланном то ли болотным духом, то ли мерцающей заколкой, подхватил его на руки и, быстро поднявшись, сказал:
- Идем.
И фигуры ратника и чародея с земником на руках через несколько минуту растаяли в густом болотном тумане.
А через пару часов на месте древней разрушенной крепости появилось несколько облезлых тощих старых волков. Они понюхали воздух, посмотрели на свежие развалины, облизнулись и глубокомысленно посмотрели друг на друга.
Самый матерый из них, пошевелив носом, довольно проворчал:
- Сдается, не там все наши искали этих гавриков - а они, гляди-ка, здесь отметились, в самом сердце болот, в Турухтановой Крепи! Хм, кто бы мог подумать, а?
- Надо бы позвать подмогу - то-то будет наслаждение задрать сегодня к вечеру свежатинку! - буркнул волк помоложе.
Вожак недовольно покосился на него и тихо прорычал:
- И без твоих подсказок знаю, что делать. Так что заткнись, пока я тебе глотку не перегрыз.
Молодой волк испуганно осекся, трусливо опустил уши и поджал хвост.
- Так-то будет получше, - проворчал матерый самец, а затем, обращаясь к остальным, еще раз рыкнул: - Так, всем рассеяться и вынюхать здесь всё до последнего следа - чтоб ни единой мелочи не упустить!
И волки, уткнув носы в болотистую топь, стали тщательно рыскать вокруг.
Через полчаса вся картина была ясна старому вожаку, как божий день. Он удовлетворенно ухмыльнулся, еще раз облизнул свой выцветший нос и хмыкнул:
- Ну что ж, господа барздуки и мерзкие людишки, охота на вас теперь примет совсем другой оборот. Будем трубить общий сбор. И, клянусь своими клыками, если не к вечеру, то уж к завтрашнему утру мы вас не только обложим со всех сторон, но и загоним куда надо.
И протяжно завыл, задрав морду к небу.
А минуту спустя и волчья стая так же исчезла в белесом колышущемся мареве.
--------------------------
ГЛАВА 15
К ЛЕСИСТЫМ ГОРАМ
- Если будем идти очень быстро, и не только днем, но и всю эту ночь - к утру выберемся из болот и достигнем отрогов Лесистых гор, - говорил Мамай своим спутникам. - Тогда у нас есть возможность избежать ловушки и вырваться из западни.
Поэтому и спешили. Лиго, который всё еще крепко спал, несли на руках по очереди Долмат с Мигулей. Носилки сооружать не стали - и не из чего было, кругом рос лишь один чахлый кустарник, да и времени на поиски подходящего дерева и обустройство носилок тратить тоже не стали: каждая минута была на счету. Так и шли - Мигуля впереди нащупывал дорогу, посередине Долмат и чародей, менявшиеся по очереди, вокруг которых семенил охающий и причитающий Прок Пеколс, а замыкал отряд Мартин Бубилас.
Спешить хоть и спешили, но с умом - никому вовсе не хотелось угодить в ненасытную трясину, ибо такая задержка с выручкой потерпевшего всем стоила бы жизни. Наверняка нечисть уже пронюхала все случившееся в Турухтановой Крепи, собрала все свои силы и стала преследовать путников по пятам, при этом также обкладывая маленький отряд и с боков, норовя отрезать от выхода из болот.
Уже не обращали внимания на мерзко чавкающую грязь, на лившийся ручьями пот, на предательски дрожащие руки, то и дело норовившие выпустить дорожные посохи, которыми ощупывали тропу в топях перед собой. Ноги путников давным-давно налились свинцовой тяжестью от усталости, а спины гудели от тяжелых котомок. И в головах стучала одна только мысль - как бы дойти. И так, через силу, делали шаг за шагом, сцепив зубы и невзирая на все тяготы. Только бы дойти, добраться, вырваться из плена ненавистных болот.
И лишь далеко за полдень небо над головами путников вдруг прояснело, туман слегка зашевелился и с недовольным шипением клочьями стал расползаться по сторонам. А в освободившееся пространство сверху вдруг хлынул солнечный свет - такой яркий и ослепительный, что путники все как один зажмурили глаза.
- Здравствуй, солнышко! - радостно воскликнул Мартин.
И все, включая старого ратника и чародея, вдруг чему-то улыбнулись.
На душе полегчало, стало намного светлей. Надежда снова зародилась в сердцах. И хотя буквально через несколько мгновений солнце снова спряталось в плотных тучах над головой, а со всех сторон вновь стал наваливаться сырой тяжестью белесый туман, усталость как рукой сняло. Этой короткой передышки хватило, будто глотка свежего воздуха в затхлой темнице. И путники с новыми силами зашагали по топям, твердо зная, что вырвались из сердца болот и близятся к их краю.
И снова час за часом отмеряли шаги, аршины, версты по предательским топям. Почти не разговаривали друг с другом, тяжело дышали - но у каждого в душе горел тонким лучиком солнечный свет, который вселил в них надежду после долгих унылый дней скитаний в мертвецких топях.
И лишь когда уже совсем почти стемнело, ратник встал как вкопанный и окликнул Мигулю:
- Эй, сынок, поумерь-ка свой пыл! Хватит топать без перерыва - этак мы сами себя совсем в конец загоним.
И, обернувшись к Мамаю, несшего в это время мирно спящего Лиго, сказал:
- Сударь, так дело не пойдет - отряду нужна хоть и небольшая, но передышка!
Чародей пожевал свой ус и с сомнением произнес:
- А хватит ли сил и воли нам всем подняться после этого привала? Лучше уж идти, пока идется...
- Ну да, и упасть, как падается... - проворчал под нос Прок Пеколс.
Мамай покосился на него, а затем махнул рукой.
- Делай как знаешь, Долмат. Привал? Пусть будет привал!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
