Глава 10
Анастасия
Встав с пола, я пулей ринулась обратно в свою спальню. Сердце разрывалось от боли, заперев дверь на ключ, я сползла вниз, потому что ноги совершенно не держали.
Я больше так не могу. Переодевшись в худи и джинсы, я схватила пальто с вешалки и осторожно вышла в коридор. Все происходило в состоянии аффекта: кажется, не будь я в таком разбитом состоянии, я бы никогда на такое не решилась. Михаил будто чувствовал, что я осмелюсь на подобное: двор сторожили еще несколько охранников, вместо обычных двоих. Мягко ступив на противоположную сторону дома, я вышла в зимний сад. Оттуда был небольшой выход, ведущий к тропинке через лес, прямо к дороге. Я обняла себя за плечи, понимая, что не смогу никуда уйти. Потому что вокруг меня кромешная тьма, лес и пустая дорога, ведущая неизвестно куда. Еще на улице очень холодно и дико метет, а я жуткая трусиха, которая никогда в жизни не осмелится на побег.
Вернувшись к себе в комнату, я скинула пальто и не раздеваясь, залезла на свою кровать. Голова гудела, а мысли шли кругом из-за неправильности происходящего. Что бы я объяснила семье, если бы вернулась? Что муж жесток ко мне, потому что не обращает внимания? Я бы могла поехать к Даше, но не хотелось ее смущать посреди ночи.
Больше я не выходила из комнаты. Какая разница, завтракать в этих четырех стенах или в огромном, обеденном зале, если в обоих случаях — я совершенно одна?
Катя принесла мне поднос с едой дважды на дню, а ужинать я и вовсе отказалась. Чтобы отвлечься от всего того, что терзало меня изнутри, я провела несколько часов за чтением юридической литературы, предназначенной для поступления в магистратуру следующим летом.
Мне предстоял серьезный разговор с Михаилом, но мое сердце еще не было к этому готово. За грудной клеткой рана закровоточила по-новой, как только я подумала о своем муже.
— Анастасия Николаевна, вы заняты? — робко спросила Катя, постучавшись в дверь.
Отрицательно покачав головой, я убрала учебник в сторону.
— Михаил Альбертович просит вас зайти к нему, — сказала она. Сердечный ритм снова участился при упоминании имени моего супруга. — Он в библиотеке.
Как мне смотреть на него после вчерашней ночи?
Я слабо постучалась в дубовую дверь и услышав его голос, потянула за ручку. Не глядя на меня, Михаил безлико кивнул, жестом приглашая меня приблизиться к его столу.
Переминаясь с ноги на ногу, я едва держалась стойко. Признаться, ноги уже давно превратились в желе, делая меня совершенно неуклюжей. Внезапно Михаил опустил крышку ноутбука, и выжидающе посмотрел на меня. Мужчина поджал губы в тонкую линию, его глаза, грозные, испепеляли до тла, а сам он выглядел так, словно собирался отчитать меня как школьницу у доски.
Неужели потому, что я осмелилась поцеловать его без его согласия?
Михаил
Какой же я жалкий осел. Жутко, до трясучки хочу ее увидеть еще с самого утра, хотя поклялся держаться на расстоянии. Мельтешащая целыми днями у меня перед глазами, как заноза на ладони, сегодня же, она целый день провела в своей комнате. Сейчас она стояла передо мной расстроенная, а мне ужасно неприятно от того, что это именно я ее обидел.
— Вы что-то хотели? — спросила она, но глаза на меня так и не подняла.
— Помнишь, что я тебе говорил? — задал вопрос отчетливо. Выражение ее лица изменилось, и она слабо покачала головой. — Ты можешь делать все, что угодно, — повторил я. Надеюсь, что доходчиво. — Ходить куда угодно, — добавил я. — Но возвращаться до полуночи.
На самом деле, я не такой тиран как ей кажется, просто хочу, чтобы она была в безопасности и под моим наблюдением. У меня большие проблемы с доверием, а ее семью и окружение я еще плохо знаю.
— Я была у родителей, — резко ответила она. От ее внезапного тона стало немного не по себе. Не думал, что у девочки может быть характер. — А вы оторвали меня от семьи.
— Мне плевать где ты была, — грубо ответил я ей. — Ты должна была вернуться домой вовремя.
— Я говорила Петру Ивановичу, — перебила она, поднимая голову.
Настя не смотрела на меня, но я хорошо разглядел выражение ее лица. Она сейчас сердита, но от этого не менее красива.
— Ты должна была предупредить меня лично, — громче повторил я. — А не передавать через дворецкого. Я пошел тебе навстречу, и оставил тебя на один день у родственников. Больше такого я не потерплю, поняла?
Она кивнула, а затем сделала шаг назад.
— Я разве сказал, что разговор на этом окончен? — остановил я. Настя посмотрела на меня с недопонимаем, зеленые глаза, как два глубоких озера, потемнели от злости, а губы дрогнули, словно она готова была вот-вот закатить мне скандал.
— К чему это все? — наконец-то спросила она. — Почему бы вам просто не отпустить меня домой? — возмутилась она, и я даже растерялся от неожиданности. — Если я вас так сильно раздражаю, вы могли бы оставить меня вчера у отца, а не возвращать домой. Сказали бы Альберту Михайловичу, что я не подхожу вам, и вы решили развестись со мной. — надрывно протянула девчонка.
— Выговорилась? — спросил я, уже несколько минут нагло разглядывая ее с ног до головы.
