– это очень хорошее подражание Камале Савитри, но знание художником мифологии оставляет желать лучшего.
– Это не подражание, автор картины – сама Камала Савитри, – заверила Вэл. – На обороте холста есть её подпись – можете отодвинуть от стены край рамы и увидеть её.
Она умолчала, что лично знакома со знаменитой художницей. Большинство фениксов, как и Камала, являлись представители творческих профессий, это была особенность данной разновидности оборотней. Среди радужных птиц рассвета (как именовали себя фениксы) складывались целые династии художников, поэтов и актёров и род Савитри был одним из самых известных. Американская ветвь Савитри дружила с семьёй Вэл.
– В самом деле, – ошеломлённо проворчал художник, убедившись в подлинности подписи, и недоумённо нахмурился: – Странно, что художница с индийскими корнями изобразила чудовище своей страны именно таким образом. Аристотель, ссылаясь на Ктесия, указывал, что у мантикоры три ряда зубов на обеих челюстях, что она похожа на льва с плоской мордой, а хвост у неё как у скорпиона и тоже ядовитый. Всё это есть на картине, но пририсованные зверю крылья – это произвольный новодел, берущий истоки из бестиариев книг фэнтези двадцатого века! Что же касается чёрного цвета вместо красного и чешуи вместо длинной шерсти – это и вовсе бесцеремонное изменение канонов!
Ну, знаете ли, мантикоры не виноваты, что тонкую длинную чешую, плотной бронёй облегающую тело и плавно повторяющую все его изгибы при движении, средневековые непосвящённые люди издалека принимали за шерсть! А расцветка, извините, бывает разной. По одному «рыжеволосому» не стоит судить обо всей расе, среди мантикор встречаются и блондины и брюнеты, за примерами далеко ходить не надо.
– Согласно канонам мантикоры ещё ужасно злобные и дикие, и все поголовно – людоеды, – напомнила Вэл, и её личный помощник поперхнулся смехом, сделав вид, что внезапно закашлялся.
– Хорошо, мне была неизвестна классическая мифология, когда я устраивался на работу, и я года спокойно трудился рядом с... этой картиной, – сказал Тони.
– Отход от классики не всегда уместен, – холодно процедил художник, заподозрив, что над ним втайне потешаются. – О ядовитых шипах мантикор упоминалось в древних текстах, но расположение их воротником вокруг шеи придаёт мифическому монстру глупый вид!
Внутренний зверь Вэл издал грозное рычание, которое человеческой ипостаси еле удалось удержать внутри. Её любимый дедушка никогда не выглядел глупо! Он порой выглядел грозно, устрашающе, изыскано-элегантно, сдержано-благородно, порой даже добродушно, но глупо – никогда!
– Предлагаю сойтись на том, что образ мантикоры в мировой литературе меняется буквально каждое десятилетие, – примирительно сказала Вэл. – Лично мне наиболее красочным и правдоподобным кажется этот портрет.
– Не портрет, а мифический облик, – поправил педантичный художник, – но я не по поводу картины пришёл к адвокату. Мне постоянно под разными несуразными предлогами отказывают в покупке земли, и её вот-вот перекупит другой человек!
«Человек – это вряд ли, – подумала Вэл, распахивая перед посетителем дверь кабинета, – но проблем такой дотошный тип, как этот художник, и впрямь может доставить немало. Даже Иным. Тони назвал его мизантропом, а он редко ошибается в оценке характера людей, так что попробуем сыграть на нелюдимости клиента».
– Давайте сразу проясним, почему вам так понравился именно этот клочок бесплодной земли? – обратилась она к клиенту, когда он вольготно расположился в кресле и с удовольствием отпил кофе, принесённого Тони.
– Мне хочется покоя и безмолвия, и данная местность прекрасно отвечает моим запросам.
– Я не была бы так в этом уверена. Мне знакомо большое семейство, проживающее на граничащей с участком территории, и это вовсе не тихие, безобидные люди. Собственно говоря, вы обретёте весьма кровожадных соседей, – честно предупредила Вэл.
– Кровожадных? – изумился художник. – Вы явно преувеличиваете!
– Отнюдь. У вас будет общая прибрежная территория у реки, так вот: за каждую забытую на песке бумажку они много крови вам выпьют! Причём не в один момент, а будут долго и упорно цедить помаленьку.
«В рамках установленных законом норм питания, конечно, но малокровие эти мстительные типы вам обеспечат», – додумала Вэл и продолжила:
– Эта семья принадлежит к светскому обществу, у них то и дело собираются большие компании на коктейльные вечеринки, барбекю и прочие рауты на свежем воздухе, и тогда вся огромная территория их поселения наполняется шумом, музыкой, быстро мелькающими силуэтами гостей и суматошно бегающих официантов.
Мистер Франклин всерьёз встревожился:
– Частые гости?!
– Да, мне самой доводилось бывать у них, так что я знаю, о чём говорю. Кроме того, это семейство великих манипуляторов, которые кого угодно заставят плясать под свою дудку.
«И вас в том числе, как только вы перестанете бегать по адвокатам Иных, способных определить факт незаконного воздействия на вас ментальной магией», – пронеслось в её голове. Привычка произносить вслух лишь половину всего, о чём думаешь, вжилась в неё с тех пор, она впервые взяла в клиенты непосвящённого человека.
– У этих типов из особняков закрытого посёлка имеются острые зубы, которые они не преминут пустить в ход, чтобы доставить вам максимальное количество неудобств, – машинально потирая запястье, заверила Вэл. – Ваша тяжба относительно покупки этой земли будет тянуться веками и даже ваших правнуков не оставят в покое. Крайне неудачное соседство, что и говорить, недаром никто из местных жителей никогда и не пытался поселиться там. Вы же совершенно точно не местный, иначе и вам бы такая идея в голову не пришла.
– Я из Монтаны, захотел поселиться южнее и поближе к океану, чтобы выезжать на морские этюды.
– Тогда почему бы не рассмотреть вариант покупки земли в пригороде Саванны? Это тоже штат Джорджия, но город расположен на самом берегу Атлантического океана, да и Мексиканский залив близко.
– Если бы там имелся хоть один приличный свободный участок, я бы, разумеется, не сунулся в вашу Атланту с шумным и кровожадным населением, которое настолько ненавидит чужаков, что готово на любые каверзы, лишь бы от них избавиться, – раздражённо огрызнулся клиент. – У побережья всё давно распродано! Да ещё раздроблено на мелкие участочки с кучей шумных соседей! Я бы с удовольствием купил землю в центре выжженной солнцем пустыни, но американцы умудряются даже в мёртвых песках Лас-Вегасы строить и многотысячные фестивали проводить!*
– Если вы дадите мне буквально пятнадцать минут, я предложу вам несколько участков на выбор, которые вы оформите быстро и без всяких препон. В самых безлюдных и живописных гористых местах и
