перемотанной черной кожей рукоятью и потянулся к руке пленника. Лезвие с легкостью срезало кусочек ногтя. Лич убрал серп и достал из кармана запечатанный сургучом пузырек.
— Перо, бумагу и стол, — коротко обронил Орхем, повернувшись к ифриту. Джин сел и сложил руки на груди, готовясь высказать этому недоубитому смертному все, что думает о его приказах, но магистр оказался быстрее: — Если хочешь вернуться домой, то изволь выполнять все, что я прошу.
— Ты забываешься, сметный, — проворчал Хранитель, но все же махнул рукой и у стены появился деревянный стол и письменные принадлежности.
Лич сорвал с пузырька сургуч и осторожно просунул в горлышко ноготь дроу. Зелье вспенилось, воздух наполнился приторно-сладким ароматом цветов. Орхем поднес пузырек к лицу пленника. Спустя несколько томительных мгновений Айзири открыл глаза.
— Ты меня слышишь? — магистр заглянул в мутные глаза пленника.
— Да, — безжизненным голосом произнес некромант.
Лич довольно улыбнулся и потянулся за ключами, освобождая руки пленнику:
— Ты напишешь леди де Оре, — Айзири неподвижно замер у стены. — Мне нужно, чтобы она доверилась тому, кто передаст записку.
Некромант подошел к столу и медленно начал водить пером по бумаге.
***
Замок на двери приятно щелкнул, даря чувство пусть и мнимой, но безопасности. Рей вернулась в гостиную, забралась с ногами на диван и достала из кармана послание ифрита. На листе знакомой рукой министра магии было выведено:
«Госпожа Снот, поздравляю Вас с столь удачным приобретением, уверен, что Ваша новая игрушка придется Вам по вкусу. Возможности вашего нового друга чрезвычайно высоки, не покривлю душой, сказав, что он способен выполнить любое Ваше желание.
Также надеюсь, что в ближайшее время Вы окажете мне ответную услугу».
Ниже шел короткий список: книга Эйру, «Сердце моря» и голова госпожи де Оре. Внизу корявым детским почерком было выведено: «Загадай желание, смертная. Жду тебя завтра вечером у колодца. И прихвати с собой эльфа». Рей смяла листок.
Жемчужина, не задумываясь, налила себе вина и в три глотка осушила бокал. Впервые с министром они столкнулись лет семь назад, после выхода в свет ее первой статьи. Написанное все тем же уверенным почерком письмо ожидало ее в кабинете. Корнус выражал свое восхищение ее успехами и приносил свои соболезнования по поводу происшествия на раскопках. И даже обещал грант на исследования при условии, что юный историк больше не будет подвергать себя опасности и займется исключительно книжными изысканиями. Именно тогда Рей впервые поняла, что нашла нечто действительно интересное.
Часы на главной башне пробили полночь. Жемчужина налила второй бокал, но не притронулась к нему. Мысль о побеге вдруг показалась безумно привлекательной, но Рей запретила себе даже думать о том, чтобы сдаться, когда появился реальный шанс на победу. Она сбежит, но прихватит с собой книгу Эйру.
Жемчужина свернулась клубочком на диване и сама не заметила, как уснула. Смятое послание министра выпала из ослабевшей руки и укатилось под диван, где его тут же схватили проворные зеленые листочки.
Лютик воровато оглянулся и поспешил к так и не закрытому окну.
Глава 13
Среди многочисленных талантов госпожи де Оре напрочь отсутствовал талант дипломата. Она могла приказать, могла заставить, но идти на уступки и договариваться Рей не умела. Каждый раз в ее воображении беседа с эльфом заканчивалась тем, что-либо она приставляла Его Высочеству нож к горлу и вела к колодцу, либо разбивала о его голову что-то тяжелое и опять волокла к колодцу. Правда, оставался еще один рычаг давления — записка министра, которая куда-то подевалась. Но в любом случае Рей рискнула бы прибегнуть к ней только в самом крайнем случае. Слишком велик был шанс, что эльф вместо того, чтобы ринуться в храм Эйру, утащит Рей в чащу и никогда уже оттуда не выпустит.
В кабинет рыбкой проскользнул Ири:
— Адепт де Ро хочет с Вами поговорить. Пригласить? — ректор кивнула.
Непривычно серьезный оборотень опустился в кресло.
— Я слушаю вас, Ваше Высочество.
Инери исподлобья посмотрел на нее:
— Я уезжаю завтра на рассвете. Артефакт у меня, и здесь меня больше ничего не держит. «Дикая охота» у пятого причала, мы уходим с отливом.
Оборотень поднялся и, не прощаясь, покинул кабинет.
Рей прикрыла глаза, собираясь с духом, как перед прыжком в ледяную воду. Или сейчас, или никогда.
— Ири! — сердце набатом стучало в груди, — пригласи ко мне Его Высочество Лирнрианелема, пожалуйста. — Секретарь кивнул. — И мне понадобится Ваша помощь. Завтра. На рассвете. Корабль «Дикая охота», — Широми снова кивнул и неслышно вышел из кабинета.
Рей не могла усидеть на месте. Она встала и принялась нервными шагами мерить кабинет. Страх и волнение таяли. У нее захватывало дух от одной мысли, что уже через несколько часов она своими глазами увидит нетронутый храм Эйру. Впервые она подобралась к тайне Исхода так близко.
Стук в дверь вернул Рей к реальности. Она вернулась за стол, сцепила руки в замок и ровным голосом произнесла:
— Войдите.
Первыми в кабинет просочились три куста лютиков, за ними, стараясь не наступить на свою свиту, в кабинет вошел Лем. Где-то на заднем фоне мелькнуло недовольное лицо Лиири.
— Доброе утро, госпожа ректор, — рассеянно поздоровался эльф, пытаясь уследить за тремя желтыми кустами сразу.
— Доброе, Ваше Высочество, — в тон ему ответила Рей, глядя на то, как самый маленький лютик ковыряется согнутой проволокой в замке нижнего ящика стола. Проследив за ее взглядом, Лем обошел стол и нахмурился. Почувствовавший
