и поднялась с кровати. — Даже у дохлых ос есть уши.
Если бы хотела, она могла прямо сейчас коснуться Αрчибальда, стоит лишь чуть потянуться. И в окно удобнее смотреть с кровати, подогнув под себя ноги. Комнатка-то небольшая, вдвоем едва развернешься, зато со столом и светлая. Видимо, поэтому хозяин счел ее лучшей и заломил соответствующую цену. Αрчибальд не торговался. Лучше так, чем конура, где спать можно только стоя и то, если соседи справа и слева позволят — тут ведь не стены, а загородки. Зато их комната была полноценной комнатой, отдельной и у лестницы, в торце дома.
— Скорей бы все закончилось! — озвучил общую мысль Арчибальд.
— Недолго осталось. Неделя, не больше. Боишься?
Каролина встала рядом с советником и оперлась локтем о стол. Подбородок уткнулся в согнутую ладонь, внимательный взгляд устремился в лицо лорда.
— Нет, — не покривил душой Арчибальд. — Я хочу развязки, какой бы она ни была.
— Ты пессимист! — усмехнулась принцесса и выпрямилась: тяжело долго стоять в неудобной позе. — Или жалеешь брата?
— Смеешься? — поднял брови лорд Трайд.
Ему хотелось усадить любовницу на колени, провести рукой по ее влажным, не успевшим просохнуть с дороги волосам, но он не знал, как она отреагирует. Каролину лучше не злить, лишний раз не оспаривать ее первенство, даже если речь шла об обыденных вещах. Да и сложно сказать, в каком она сейчас настроении. Может, принцессе вовсе не до ласк, хотя чем еще заняться на этом дрянном постоялом дворе, только любовью. Все равно ехать дальше пока нельзя.
— Рада слышать.
Пальцы Каролины в скупой ласке прошлись по лицу Арчибальда. Непривычно: колется. Порой она его не узнавала — настолько изменился лорд ради новой роли. Собственное отражение тоже вызывало оторопь, хотелось скорее избавиться от наносного, чужого.
— Чем хороши подобные места, так это полным равнодушием к приличиям. — Принцесса снова уселась на кровать, но теперь смотрела на Арчибальда. — В обычной гостинице проследили бы, чтобы кучер не задержался у госпожи. А тут и слова не сказали, платите и живите.
— Надо бы проведать маркиза. Если ты не забыла, — лорд кинул короткий хитрый взгляд на собеседницу, — Жанна путешествует с дядюшкой.
— Дядюшка греет кости у очага внизу, не трудись искать его в этом крысятнике. Нам тоже неплохо бы поесть. Ты не рад? — Каролина уловила легкое сожаление на лице любовника.
— Чему именно?
Оба друг друга поняли. Нет, так нет.
Принцесса пожала плечами и прищелкнула пальцами:
— Подай мне баул. Хочу переодеться. Может, это и дыра, но фамилия Ора обязывает. А тебе и так хорошо. Чем больше грязи, тем лучше маскировка. Ни один порядочный дворянин не позволит себе сидеть в таком виде при даме.
— А я неприличный, — подмигнул Αрчибальд. — Во всех смыслах этого слова, поэтому умоюсь и поищу свежую рубашку. Эта насквозь провоняла дождем и тиной.
По дороге колесо экипажа застряло, и лорду пришлось, стоя по колено в жиже, вытаскивать его из ямы. В результате он поскользнулся и искупался в образованном непогодой вязком озерце с лягушками. Таковы уж прелести проселочных дорог — по известным причинам пользоваться основными трактами маркиз и его лжеплемянница не могли.
Каролина принюхалась и брезгливо наморщила нос:
— Тут не только тина. Как я раньше не замечала?
— Потому что и тут пахнет не розами. Хорошо, если не придется перебирать матрас.
— Брр!
Принцесса вскочила и поежилась при мысли, какая живность могла прятаться среди соломы.
— Не беспокойся, покусают меня. Ты для клопов слишком ядовитая.
Посмеиваясь, Αрчибальд скрылся за куцей занавеской, отгораживавшей закуток с табуретом и тазом для умывания. Там же предлагалось хранить ночной горшок, если по каким-то причинам постояльцы не желали бегать во двор. Пока лорд, фыркая, плескался в тазу, Каролина наскоро обтерлась пропитанной ароматическим маслом тряпицей и нацепила один из нарядов Жанны.
— Вот так, — разгладив оборки, пробормотала принцесса, — теперь я точно убогая провинциалка.
Серое и розовое — скучно до зубовного скрежета, не всякая пансионерка наденет. Но финансовое положение настоящей племянницы маркиза не располагало к капризам, она довольствовалась минимумом одежды, которую в случае порчи не выбрасывала, а бережно зашивала.
Какая провинциалка без косы! Каролина заплела даже две, небрежно заколов над ушами.
Заглянув за занавеску, принцесса гордо продемонстрировала результат преображения, снабдив его шуткой:
— Ну вот, наше грехопадение свершилось, слуга вдоволь нарезвился с дурочкой-госпожой, и оба они зверски проголодались.
— Отвыкай, Каро! — нахмурился Арчибальд. — Королевы так не выражаются.
Девушка промолчала, только проследила взглядом за капелькой воды, скользнувшей между ключиц любовника. Как себя вести, она решит сама, но ссориться по пустякам не собиралась.
Маркиз Ора действительно трапезничал внизу, но занял вовсе не ближний к очагу стол, как предполагала принцесса. Его облюбовал другой мужчина, не пожелавший даже в помещении опустить капюшон. Еще больше желая отгородиться от мира, он повернулся спиной к небольшому обеденному залу. Сутулость, поникшая линии плеч и опущенная голова выдавали крайнюю степень усталости.
Завидев на скрипучей лестнице спутников — как и полагалось, Каролина спускалась первой, Арчибальд следовал за ней на почтительном расстоянии, — маркиз приложил палец к губам и поманил их к себе. Недоумевая, что могло произойти, Каролина окинула зал тревожным взглядом. Никакой опасности, не считая мужчины у очага, они совершенно одни.
Девушка быстрым шагом пересекла комнату, периферийным зрением следя за меланхоличным хозяином, коротавшим время за кружкой эля, и остановилась подле мнимого дядюшки.
— Что случилось?
— Да так, — загадочно улыбнулся маркиз и покосился на нелюдимого посетителя. — Сами взгляните. Держу пари, очень удивитесь.
— Говорите прямо! — недовольно потребовала принцесса. — Терпеть не могу недомолвок!
— Там ваш дядя. Судя по его виду, для канцлера настали не лучшие времена. Я проверил, — предупредил он вопрос Каролины, — никакой засады. Даже собаки в будки попрятались.
Взгляд принцессы с любопытством обратился к очагу. Дождавшись, пока подойдет Арчибальд, она попросила его осторожно зайти сбоку, попытаться рассмотреть лицо мужчины. Лорд Трайд кивнул и вразвалочку поплелся к огню, будто чтобы погреться. Одинокий мужчина забеспокоился; его рука скользнула под плащ. Οпытный глаз Арчибальда сразу определил: под ним меч. Не желая провоцировать незнакомца, он, насвистывая, вытянул ладони над огнем. Ну вот, успокоился, снова погрузился в прострацию. Теперь можно и посмотреть.
Αрчибальд удивился не меньше, чем некогда маркиз Ора. Он как раз спускался, когда потрепанный непогодой герцог Формор переступил порог постоялого двора, потребовал еду и кров. Маркиза он не заметил: увлекся спором с хозяином, предлагавшим ему «собачью конуру» вместо нормальной комнаты.
