замотала головой. – Можно пожить у тебя какое-то время?
Глава 19
Мой чемодан, который я распаковала в гостевой спальне в доме Алисы, был непривычно пуст. Обычно мой гардероб был неярок, но разнообразен, а главное, в нём всегда были умопомрачительные туфли. Но зайдя в гардероб, чтобы собрать свои вещи, я ощутила растерянность. Все эти шмотки показались совершенно неуместными – короткие платья и обтягивающие джинсы, блузки с глубоким вырезом и высоченные шпильки. Если раньше они были отражением меня, то сейчас я едва ли могла узнать себя в них.
Свободные джинсы, пару футболок, свитшот и кроссовки – это единственное, что теперь мне подходило.
Я долго стояла перед бархатной полкой, заполненной ювелирными украшениями, но как бы мне не хотелось взять что-то с собой, рука дрогнула и захлопнула дверцу. Сверкающие драгоценности сейчас олицетворяли всё то, к чему я больше не хотела возвращаться. И несмотря на весь свой блеск для меня сейчас это были самые грязные вещи на свете.
Накинув лёгкий плащ, я взяла в руки чемодан, прощальным взглядом окинула квартиру, положила ключи на полку возле входа и вышла прочь. Я не думала, что ещё сюда вернусь. Хоть апартаменты и были сняты на полгода, и я спокойно могла ещё пару месяцев жить в них, я просто не могла себя перебороть. Остаться здесь – значило бы смириться и продолжать жить так как раньше.
Алиса была только рада моему соседству. Её дом, как по мне, был слишком просторным для одного человека, а тот самый Игорь, чьей содержанкой она являлась, никогда здесь не появлялся. Так что я спокойно могла пожить у подруги какое-то время, пока не решу, что делать со своей жизнью дальше.
Я не удивилась, когда на улице заметила тот же внедорожник, что привёз меня сюда и приняла как должное, когда поняла, что он следует за нами. Теперь меня вряд ли оставят без надзора. Следуя на безопасном расстоянии, машина доехала до посёлка, где был дом Алисы, но дальше шлагбаума им попасть не удалось – всё-таки охрана была гораздо серьёзнее, и богатые люди, что жили здесь, ценили своё спокойствие и безопасность.
Я быстро разложила свои скромные пожитки по ящикам и, даже не принимая душ, завалилась в кровать. На предложение Алисы выпить ещё вина я отказалась, хотя ужасно хотелось забыться. Но я знала, что это меня не спасёт от тех мыслей, что не давали мне спать. Все они были заполнены только одним человеком.
Я вновь взяла в руки смартфон, открыв телефонную книжку на его номере и, недолго думая, нажала зелёную кнопку. Но не успел прозвучать первый гудок, как я сбросила вызов. Даже если он поднимет трубку, что я ему скажу? Какие слова должна подобрать, чтобы он послушал меня? Как рассказать, что меня не перестаёт преследовать чувство вины за брошенные слова, что я хочу видеть его… что я хочу его.
История сообщений была всё так же пуста.
Я хотела написать целое эссе о том, что я чувствую, готова была потратить всю ночь, чтобы подобрать слова и выражения, исписать толстую тетрадь, но разве это могло помочь? Разве бы не выглядело это наигранно?
«Спасибо и прости меня».
Я долго смотрела на эти четыре слова, прежде чем отправить сообщение. И тут же выключила телефон, боясь увидеть сообщение прочитанным, или, что ещё страшнее, увидеть, что он ответил.
Пусть так. Пусть хотя бы будет последнее «прости», если мы не смогли попрощаться как следует.
Я ещё долго ворочалась, прислушиваясь к малейшему звуку, жаждая и боясь услышать жужжащий звук мобильного, но постепенно провалилась в сон.
***
Поджав под себя ноги, я сидела в гостиной, не зажигая верхний свет, и щёлкала каналы на телевизоре в поисках информационных выпусков. Сегодня прощались с Павлом и, возможно, это была одна из самых главных новостей. На первом государственном этому посвятили почти десять минут. Рассказывали о его бизнесе, благотворительной деятельности и семье, выставляя всё в самом лучшем свете, аккуратно обходя тему его любовницы, то есть меня, которую мусолили ещё несколько дней назад.
Что ж, так даже лучше. Не будет лишнего внимания.
На вышколенной картинке крутили хронику достижений, архивные записи, а затем то, что заставило отвести меня взгляд – роскошный гроб в цветах, а в нём неподвижная бледная фигура.
Меня, конечно, никто не ждал на похоронах, да и не было ни малейшего желания там присутствовать. До сих пор каждый раз мороз пробегал по коже, стоило мне вспомнить ледяной взгляд Елены и её сына Олега. Не знаю, какими Корчинские были в жизни. Возможно, для своих друзей они были милейшими людьми, но я верила в то, что характер и привычки всегда отражаются на лице человека. И, судя по всему, оба они были людьми жёсткими, непреклонными и безжалостными. Не хотела бы я оказаться с ними тет-а-тет даже на минуту.
– Ты так и будешь сидеть перед телевизором целый день? – Алиса, одетая в короткое облегающее платье, благоухая дорогими духами, стояла в проёме двери. Явно нарядилась для очередной вечеринки.
Я, сидящая на её диване, стала уже привычной картиной для гостиной. Не было никакой мотивации подниматься с места, даже чтобы помыть голову. Маникюр пришёл в полную негодность не только из-за того, что я давно пропустила салон, но и из-за нервных покусываний ногтей. Я почти не ела, тая на глазах, по вечерам пропускала пару бокалов вина, иногда даже бутылку, игнорировала приглашения подруги прогуляться или съездить с ней на какую-нибудь вечеринку…
…а телефон по-прежнему молчал.
Несколько дней я чуть ли не каждый час проверяла его на пропущенные вызовы или сообщения, но, кажется, кроме мамы обо мне все забыли. Она всё порывалась приехать, но я по-прежнему уговаривала её остаться дома – ещё была недостаточно готова к "большому разговору".
– Может, всё-таки составишь мне компанию? – протянула Алиса. – Там наши девчонки будут, развеешься, отвлечёшься.
Я продолжала молча пялиться в телевизор.
– Наконец забудешь этого идиота…
– Какого идиота? – я нахмурилась.
– Водителя своего.
Я напряглась и посмотрела в упор на подругу, на лице которой застыла ироничная улыбка. Догадалась.
– Не о чем там даже вспоминать, – как можно спокойней ответила я.
– Ты из меня дурочку-то не делай. Ты когда из рук телефон в последний раз выпускала, в надежде, что он напишет? Тут и ёжику будет ясно, что между вами что-то было.
– Ты подглядывала? – возмутилась я.
Но Алиса выглядела по-настоящему оскорблённой.
– Аннет, ты чего? Забыла, как пару дней назад сама при мне строчила ему эсэмэски? Еле оттащила тебя,
