брызнули слезы. Но я не могла позволить себе слабость. Я должна бороться, даже если это казалось безнадежным.
– Ты думаешь, что победил? – Мой голос дрожал, но я старалась говорить твердо. – Нашел себе новую принцессу и будешь счастлив с ней? Нет, не будешь. В итоге ты останешься один.
Его глаза сузились. Он подошел ближе к решетке, его лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего. Я думала, он снова начнет угрожать мне, но вместо этого, продолжая сверлить странным взглядом, хрипло спросил:
– Неужели даже не попытаетесь уговорить меня спасти вашу жизнь?
– Так это твой план? Загнать в угол, заставить умолять, поставить на колени?
Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Меня потряхивало, горло стянуло удавкой.
– Ну, Цин Фана вы же просили позвать. Унижаться перед ним, судя по всему, вы готовы. Что бы вы ему предложили за ваше спасение, принцесса?
Это ревность? Он совсем спятил?
– Цин Фан – мой учитель, – горько парировала я. – Просить его о помощи не унижение. Я просто хочу справедливости.
– Справедливости? – Он покачал головой. – В этом мире нет справедливости. Есть только сила и власть.
– Вэй Лун… – Я просунула руку сквозь решетку и схватила его за запястье. На миг показалось, что щека его дернулась, но руку он не убрал. Только взгляд его стал глубже, пристальней. Я облизала пересохшие губы. – Что ты хочешь за то, чтобы позволить мне увидеться с учителем Цином? Или хотя бы с Мэйлин?
Он накрыл мою ладонь своей… и сбросил мою руку.
– Не желаю больше слышать из ваших уст его имя. – Это было похоже на утробный рык.
Почему же воздух в подвале становится все холоднее и холоднее?
– …А что до служанки… Уже назначена дата ее казни – ее забьют палками до смерти.
– Пал… – Во рту пересохло, и я попыталась сглотнуть. – Палками… – эхом повторила, оглушенная новостью.
Пол неожиданно качнулся. А может, это меня повело. Пришлось схватиться за прутья, чтобы не упасть. В голове зашумело, перед глазами заплясали черные мушки.
Нет-нет-нет-нет-нет-нет…
– Вэй Лун… – Я опустилась на колени, и слезы потекли уже целыми ручьями. Собственная участь перестала казаться важной. – Прошу тебя, спаси ее…
– Вы просите спасти ее, а не себя? – нахмурился он.
Холодный воздух пронизывал до костей, но страх за Мэйлин был холоднее. Вэй Лун смотрел на меня с каким-то странным выражением, словно пытался понять, что происходит у меня в душе.
– Я прошу тебя проявить хоть каплю милосердия. Спаси ее, пожалуйста!..
Он молчал несколько долгих секунд.
– Встаньте, принцесса. Вам не идет стоять на коленях.
С этими словами новоявленный генерал развернулся и вышел из подвала, оставив меня одну в темноте.
Слезы текли по моим щекам, и не было никаких сил, чтобы сдержать их.
Эпизод 27
Днем ранее, за кадром
Мэйлин не успела даже вскрикнуть, когда ее, грубо схватив, вытащили из кровати. В тонкой ночной рубахе ее потащили по коридорам дворца. Она уже знала эту дорогу – та вела прямиком в Бюро наказаний.
– За что? Что я сделала? – кричала Мэйлин. – Где ее высочество принцесса Лю Луань?!
– Лю Луань – преступница, так что с тобой мы можем делать что захотим! – рявкнул один из стражей, с силой выворачивая ей руку.
От боли брызнули слезы, пришлось закусить до крови губу, чтобы не взвыть в голос. Это какой-то обман. Так не может быть. Лю Луань – дочь императора! Ее не могут посадить в темницу!
– Не смей говорить так про принцессу! – Плевать, что будет с ней, но ее госпожа не заслуживает подобных слов в свой адрес.
– Заткнись уже.
Мэйлин дали затрещину, от которой в глазах на миг потемнело, а тело обмякло. В груди что-то оборвалось. Она перестала сопротивляться.
Ее втащили в Бюро наказаний и кинули на пол. Мэйлин попыталась подняться, но ее ударили под колени, вынуждая снова упасть на холодный камень. Слезы катились по щекам.
Стражники встали за спиной, вперед вышел высокий чиновник с пергаментом в руках.
– Служанка Мэйлин обвиняется в пособничестве в преступлениях, а также в государственной измене. На рассвете она будет забита палками до смерти.
Измене? Какой еще измене? Она ведь всегда была верна своей госпоже. Что все-таки случилось? И о каких преступлениях речь?
– Принцесса… Что с принцессой? – Мэйлин переводила взгляд с одного стража на другого, но те не обращали на нее внимания. Тогда она ухватила одного из них за подол ханьфу. – Прошу, скажите мне, что с моей госпожой?
Тот брезгливо выдернул из ее рук полу и ударил ногой в живот. Из легких выбило дух. Мэйлин упала, жадно хватая ртом воздух.
В углу зала показалась темная фигура. Она была нечеткой, горели только нечеловеческие глаза, но воображение легко дорисовало крысиную морду и уродливые крылья без перьев.
– Демон! – пискнула Мэйлин, попытавшись указать дрожащим пальцем в угол зала. – Демон…
Стражники вокруг рассмеялись.
– Думаешь одурачить нас?! – презрительно рявкнул тот, что ударил ее, и снова замахнулся ногой – на этот раз удар грозил быть гораздо болезненнее.
Из угла послышалось утробное рычание.
– Эй! Чьи это шутки? – моментально подобрались стражники, хватаясь за рукояти мечей. Чиновник, что зачитал приговор, спрятался за их спины.
– Яо Мань, это твоих рук дело?
– А что сразу я?! Не я это! – моментально возразил тот, которого назвали Яо Манем.
Между ними начался спор, и о Мэйлин ненадолго забыли, но передышка была лишь временной – ее снова схватили и поволокли в темницу. Туда, где она должна была провести последние часы своей жизни.
– На рассвете тебя ждет публичная казнь. Все увидят твою смерть, – голос стража был полон злобы.
Она не ответила. Что можно сказать в такой момент? Слова потеряли смысл.
Ее втолкнули в клетку. Она упала на холодный пол и больно ударилась локтем.
– Привыкай к тьме, – сказал другой с ехидной усмешкой, прежде чем захлопнуть дверь.
* * *
Днем ранее, за кадром
– Хозяин! Хозяин! Прошу вас, спасите Мэйлин. Ее хотят казнить!
Гоушэн ворвался в покои Вэй Луна как раз перед тем, как командира стражи вызвали на аудиенцию к ее высочеству принцессе Лю Ифэй. Хотя теперь правильнее говорить, к Ее Величеству императрице Лю Ифэй. Церемония восхождения на престол будет проведена через пять дней после похорон императора. К тому времени Лю Ифэй как раз оправится от яда, которым ее и императора отравила Лю Луань.
В голове у Вэй Луна еще не до конца укладывалось, как все могло обернуться таким образом. Если Лю Луань хотела избавиться от родных
