в голову использовать магию таким образом, но это было… было захватывающе! Для синхронизации магпотоков и траектории собственного тела требовалась хорошая физическая форма и годы тренировок.
Если не смотреть под ноги, а глядеть по сторонам или строго вперед, то ощущение полета усиливалось с каждым мгновением. Ведь можно подняться чуть выше, а скорость немного прибавить… И почему я все силы тратила на плетения и не пробовала освоить подобные упражнения?
Мы ступили на крыльцо школы ровно через две минуты. Мои легкие, разумеется, не сказали мне спасибо, но глядя на ухмыляющегося гиганта, я заподозрила, что они с Ясминой родственники. Это провокация была бы вполне в ее духе.
Щеки раскраснелись, волосы выбились из прически. Заколка и несколько шпилек остались где-то позади. Я позабыла большую часть из того, чем мучила себя минутой ранее. Кожей ощутила, что на меня смотрят. Подняла взгляд и заметила, что на втором этаже мальчики и пара девочек прижимались носами к стеклам. Потом они исчезли, видимо, отреагировав на призыв учителя.
Гаэль распахнул передо мной дверь.
— Добро пожаловать, леди!
Мне вдруг стало все равно. Наверняка, Эдери и остальные ждали чего-то определенного. Возможно, я не оправдаю надежд Кристиана. Но там наверху дети, которым я смогу помочь, пока это чудом сохранившееся энергетическое зрение еще при мне.
Я в этом вполне уверена, хотя думала, что забыла, что это за чувство.
Глава 53
Охотно верю, что раньше здесь располагалась фабрика. А толстые стены понадобились, чтобы сдерживать магические взрывы. Однако и Ясмина была права: здание школы вполне сошло бы за монастырь или маленький старинный замок, принадлежавший не богатому, но знатному роду.
Внешние фасады закрывал тот самый плющ. Внутри же стены из серого пористого камня неожиданно излучали тепло. Полезное свойство, так стоявшее недалеко от берега здание, казалось, должно было продуваться всеми ветрами.
Над центральным входом вас встречала эмблема школы — окружность, куда разными цветами скульптор рельефно вписал символы всех четырёх стихий (вода, пламень, ветер и листва). Потом этот знак я находила над каждым из широких арочных проходов, которые на первом этаже заменяли двери.
Узкие узорчатые окна чередовались с почти круглыми. Свет лился обильно и отовсюду, но его яркость притупляли тончайшие энергетические занавесы. Все было продумано до мелочей, и в первый момент я растерялась.
Учебные заведения, в которых мне доводилось бывать, в общем, строились по единому принципу. А здесь… Легран или его предки серьезно перекраивали будущую школу. Каждая лестница, которую я заметила, отличалась шириной и малой высотой пролета, а также плоскими ступенями.
— Вам здесь нравится, — заметил Эдери. — Я еще не встречал человека, который не оценил бы, как тут все удобно организовано.
Несмотря на то, что он чуть ли не обвинил Кристиана в моем похищении, куратор не сомневался, что я буду восхищаться построенной князем школой. Я же, впрочем, и не скрывала своего интереса.
— Хах, над внутренним убранством трудилась целая свора дизайнеров. Дай им волю, они бы продолжали преобразовывать и преобразовывать, — пробурчал Трой.
Миновав холл с расписным потолком, мы неожиданно вышли в главную залу. Из нее в обе стороны отходили галереи. Я с восторгом сообразила, что здесь устроен самый настоящий теплый пол. Под каменными плитами по трубам пустили воду из горячих источников. И даже магия не понадобилась.
Потолки тут еще выше, чем в холле, — с открытыми деревянными балками. Очевидно, что зала служила и местом собраний, и зоной отдыха. Вдоль стен тянулись скамьи, чередуясь с большими мягкими подушками. Коробки с игрушками стояли то там то сям. Их не пытались спрятать или убрать в так называемую игровую. А вот книги, наоборот, аккуратно занимали свое место на полках. В отличие от игрушек, их не раскладывали повсюду. Главная зала
В зале, в небольшой оборудованной лекторской зоне (кафедра для учителя и два ряда вытянутых парт), как раз шел урок.
— У нас два класса, — продолжал Гаэль. — Дети разделены примерно поровну. Сначала мы ввели разделение по магическому признаку. Старались не смешивать водников и воздушников с огневиками и землей. Но что вы думаете?
В его голосе звучала гордость. И если в плане базового общения Эдери меня раздражал, то его увлеченность школой, пожалуй, нас сблизит.
— Во-первых, у нас есть дети с тремя стихиями, — он глянул на меня, желая впечатлить. Да я и сама не возражала впечатлиться. — Во-вторых, оказалось, что ученикам девяти-десяти лет сложно впитывать знания вместе с трехлетками. Какими бы талантливыми ни были наши малыши. Приют Святой Терезы
Говоря это, Гаэль не отрывал взгляд от дамы, которая вела занятие в лектории. Точнее, он пытался казаться невозмутимым, но его глаза то и дело возвращались к кафедре.
Какой он, разносторонний мистер Эдери, восхитилась я про себя. Только что смотрел на меня вполне определенно. А ведь я не склонна придумывать себе поклонников.
Однако преподаватель за кафедрой привлекала и мое внимание тоже. Я видела впереди женщину средних лет, брюнетку, с гладко зачёсанными волосами и несколькими яркими седыми прядями. Благодаря хорошей акустике (или по другой причине) даже отсюда ее было хорошо слышно. Она обращалась к своему младшему классу ласково, но твёрдо. Засмотрелось я и на ее узкое зеленое платье-футляр. Все-таки в научно-преподавательской среде быть экстравагантной куда проще, чем если ты первое лицо герцогства.
Дети сидели к нам спиной, но я вроде бы заметила непослушную копну волос Морри. А вот они нас — нет.
— Это занятие миссис Сесилии Вант. Она ведет урок по общей магтеории у малышей от трех до шести лет, — Трой Кернан не прилип к коллеге глазами, как это сделал Эдери, но говорил о ней с явным одобрением. — Они скоро закончат. Пока же могу показать вам ваш кабинет. Сейчас мы их не отвлекаем. Там пелена, поглощающая лишние звуки.
Но я не собиралась оттягивать то, к чему готова. В кои веки ощущала воодушевление.
Сесилия уже как минимум четыре раза прикоснулась к здоровенному кулону у себя на шее. Там у нее что-то необычное… Цветок? Изображение животного?
Я с ней переговорю. Как и со всеми остальными учителями тоже. Но сначала неплохо бы почитать личное дело каждого взрослого из приюта Терезы
То ли кряхтение, то ли скрежет заставили нас троих оглянуться на стену позади. Звук раздавался из часов, имевших маятник, но, видимо, неисправных. Весь циферблат был разделен пополам на две зоны — красную и синюю. Границы между ними темнели, как шрамы.
Я определила, что это — до того, как Кернан пустился в объяснения. Механизм фиксировал
