усилий. Но если всплеск уже сформировался, то… У Рафаэля не было шансов.
Он смотрел на свои руки, а темные кудри закрывали почти половину лица. Гаэль больше не казался мне пустышкой.
Но он рожден, чтобы быть на виду. Ему нужна академическая среда, чтобы блистать… и работать. Совершать открытия, спорить, бороться, доказывать. Нет, я по-прежнему не могла победить инстинктивного недоверия, хотя история его друга меня потрясла.
— Чувство вины — это тоже попытка внедрить систему в полнейший хаос. Это не мое дело и я редко вмешиваюсь, просто это мне близко. Вы претендуете на ответственность за то, над чем не были властны. Готовы пожертвовать своей психикой, но доказать, что в мире есть порядок и последовательность.
Гаэль знакомо ухмыльнулся.
— Я спрятался в берлоге Кристиана. У меня куча деток, которым я полезен, как мед с лимоном. В моей голове ковыряются Ясмина, Ария и даже Трой. Разве может быть лучше?.. А, нет, может. Я встретил вас спустя шесть лет, миледи Вальмонт. Запомнил совсем другой. Тогда вы редко оглядывались по сторонам.
Мне показалось, что я ослышалась. Я повернула к нему голову и почти уперлась носом в плечо.
— Тогда вы были юны и поглощены собой. Сейчас вы изнурительно бледны, словно каждое утро может стать последним. Как глоток драгоценного вина на дне бокала.
Его лицо наклонялось ближе. Я ухватилась за стену.
— Хоть что-то из того, что вам приписывают, правда? Вы выглядите такой чистой и такой отстраненной.
Голос Кристиана за его спиной вывел меня из удушающего оцепенения.
— Последний глоток?
Я закрыла глаза и услышала глухой удар.
Глава 56
Через двадцать минут Гаэль сидел на одной из скамеек, запрокинув голову, а над ним зависла Ясмина с большим розовым платком. Как оказалось, привести в порядок запачканную — и местами даже прорванную — одежду куда проще, чем скрыть следы на лице….У Эдери были разбиты нос и губы.
Кристиан быстро сбил его с ног, а потом уже наносил удары ногой. Не думаю, что это длилось долго. Я почти сразу закричала, и князь бросился ко мне. Гаэлем же занялась подоспевшая на крик Ясмина.
Она держалась в стороне, чтобы не мешать мне знакомиться, и, наверное, здорово удивилась.
— Я всего лишь собирался обыграть фактор внезапности, — жаловался Эдери, не очень внятно и ни к кому конкретно не обращаясь. Перед этим он два или даже три раз принес извинения под немигающим взглядом Кристиана. — Я работал младшим преподавателем, когда графиня училась в нашей академии. Мы не были лично знакомы, но я готовил для Изабель учебную программу на второй курс магистратуры. Мы ждали, что юная леди приступит к занятиям. Но графиня Вальмонт вышла замуж, и больше в академии не появилась.
Он даже не был жалок. Скорее, взволнован. И полон решимости объяснить нам всем, что произошло недопонимание. Серые глаза сверкали из-под рассеченной брови.
Я продолжала опираться на руку Кристиана, не скрывая от него и от себя, что сейчас мне нужна его поддержка. Это все довольно странно.
Ночью он сказал мне много жалящих слов и отправился разрывать необдуманную клятву, которую я дала мужу. Утром я нашла в его спальне свой браслет, сплетенный для него как для суженого, а также поймала крайне непристойные видения… Потом я снова погрузилась в воспоминания, где он топтал мою влюбленность… И все это не мешало мне висеть на его локте и цепляться пальцами.
Он жуткий, сильный и упрямый. Он только что избил человека за двусмысленные высказывания в мой адрес. Рядом с ним не получалось быть одинокой или неуместной… Это какое-то временное помешательство. Я веду себя, как тот вьюн, что закрыл собой солнечную сторону фасада, и не могу ничего с этим поделать.
Кристиан то и дело бросал на меня пристальные взгляды. Но он молчал и ни о чем не спрашивал. Эдери тем временем продолжал.
— Я заметил, что графиня нервничает. Что она побаивается взрослых магов и расслабляется только в присутствии детей… И когда мы остались вдвоем и ее тронула моя история, я попробовал ей помочь… Это такой прием, который металлисты применяют постоянно, — Ясмина с Троем меня уже им достали, — удивить, встревожить и дать понять, что тебе угрожает опасность… Я немного напугал леди — она должна была дать отпор и почувствовать себя сильной.
Звучало… не знаю… убедительно и неубедительно одновременно. Так и действовал на меня Гаэль. Я не понимала, чего от него ждать.
— Нам вместе работать, — аккуратно начала я. — Предлагаю забыть об инциденте. И продолжить обход учебной зоны… Как только мистер Эдери будет готов, чтобы никого не шокировать … Я бы попросила впредь не выходить за черту директор-подчиненный. Даже из лучших побуждений. Иначе я буду настаивать на вашем увольнении, Гаэль.
Мой голос звучал твердо. Но я не до конца верила в то, что говорю. Увольнять специалиста с таким даром, как у Эдери… Который одним присутствием успокаивает энергетические завихрения? А что могу предложить приюту я, кроме своего временного контракта?
Князь и сейчас не проронил ни слова. Вместо этого погладил мое запястье с внутренней стороны.
— У миледи больше нет магии, Гаэль. То, что ты чувствуешь вокруг нее, это колебания Вилля, которые она притягивает, словно магнитом, и ресурс Кристиана. Она бы, конечно, могла ответить пощечиной. Но Ее Сиятельство, напомню, избегает физических контактов. Ты поступил глупо, напугав ее и заставив Кристиана почувствовать в тебе угрозу, — миссис Линней успокоительно журчала.
По ее мнению, угроза конфронтации до сих пор сохранялась. И все это по моей вине… Богиня, не я ли только что доказывала Гаэлю, что он перебарщивает со своей ответственностью? Но как быть с тем, что Кристиан взял на работу инвалида, а сам повел себя как психопат, когда я в не сумела постоять за себя…
— Давайте скорее забудем. Это, действительно, недоразумение. Я не совсем обычная директриса. Мистер Эдери не был готов, что моя реакция практически на любое событие — это проявление слабости… Мы скоро закончим и я вернусь в замок.
Теперь уже рука Кристиана крепко сжимала мою. Его ледяная ярость стала такой плотной, что я могла бы дотронуться и до нее, если бы потянулась к его лицу.
— Раз у нас каждый должен взять вину на себя, то я тоже покаюсь, — медленно протянул Легран. — Я четко обозначил в приюте, что Источники выбрали леди Вальмонт в качестве директрисы. Хозяйка Круа, представительница древнейшего рода, обладательница редкого дара, она сейчас переживает тяжелый развод под защитой Вилля —
