так поразившие меня балахоны в классе малышей — результат того, что они переоделись к практическому занятию.
Девчонки и Ария присели в забавных книксенах. На меня уставились четыре пары глаз. Если две младшенькие не скрывали взволнованного любопытства, то старшие, — ну, вылитый Тобиас, — изображали вежливую невозмутимость.
Все имели замечательно кудрявые прически. Похоже, как раз освоили наведение кудрей.
— Графиня… Герцогиня… Леди, — посыпалось на меня. — Мелинда… Вивиан… Энни… Лора.
Кристиан положил руку мне на талию так, что никто не мог ее увидеть.
— Достаточно, Изабель, — прошептал он. — Не вздумай их касаться. Тебе на сегодня довольно.
Я же снова впала в то возбуждение, с каким час назад общалась с младшим классом. Оно усиливалось, оттого что после большого перерыва тело и сознание снова взаимодействовали с магией.
Я не понимала, почему я должна останавливаться, если еще ничего не начинала. Девочки так удачно стояли группкой. Можно сплести невидимую сеть малого диаметра и взглянуть на их взаимодействие иным зрением. Тогда проблема каждой будет подсвечена.
Но пальцы Кристиана предостерегающее поглаживали, призывая отступить.
— Леди Вальмонт не терпится познакомиться со всеми учениками и ученицами. Предлагаю, не откладывая, устроить школьный праздник. Допустим, завтра. Со своей стороны обещаю всяческое участие, поэтому не подготовиться мы не успеем, даже если захотим.
С этим словами Кристиан увлек меня в сторону. Это я ему еще не рассказала, что сегодня у нас уже гостят четверо детей.
Я изо всех сил пыталась справиться с разочарованием. Ведь шла сюда с мыслью провести диагностику хотя бы двоих воспитанников… И желательно сразу оказать помощь, как это было с Люком и отчасти — с темным магом Бенджамином.
Надо хотя бы пообщаться с Сесилией и выяснить, насколько опасно ее состояние.
— А как же устранение ментальных ловушек? Вы запрещаете леди директрисе даже попробовать сплести отражение главного страха? — охнула Ария. — Это каждому полезно. Ясмина обожает такие упражнения.
Мы с Кристианом переглянулись. Он пожал плечами… Вот так? Лечить детей мне нельзя, а ковыряться в своей голове — пожалуйста.
— Люк сказал, что это большая удача. И князь тоже так считает… Только есть ли смысл… Я вполне откровенна сама с собой. Знаю, чего боюсь и почему. Это огромный малоприятный список.
— Вы смелая девушка, — заверила Ария. — Сесилии даже от короткого контакта с вами стало плохо. Она крайне чувствительна к чужой боли. А в свете последних новостей из вашего графства… Не знаю, смогла бы я работать в такой день…
Кровь отхлынула от лица.
— Объяснитесь, потому что я не в курсе, — потребовала я. Пришлось выглянуть из-за плеча князя, потому что он вырос между нами. И откуда у меня только взялся приказной тон... Я не смогу ему перечить, если он прикажет сейчас всем заткнуться и разойтись.
Глава 59
Нет, разумеется, я не забыла, о чем договаривалась с Робертом прошлой ночью. Я приняла его условия, чтобы вернуть трех похищенных девушек, а утром малодушно не спросила у Ясмины, не появилось ли новостей из Круа.
Муж выдавил из меня совершенно жуткое обещание, которое бы развязывало ему руки — я согласилась подкармливать его своей болью, чтобы он вернул несчастных в их семьи.
Однако, как справедливо заметил Кристиан, это не помешало бы герцогу ту же поймать и мучить следующих. Я рассказала князю все, как было, и фактически вынудила его напасть на Роберта. Легран забрал у меня уродливое шило, сплошь состоящее из энергии, и тем самым разрушил мою необдуманную клятву.
Однако неопределенностей по-прежнему было слишком много. Насколько плох (или хорош) сейчас Роберт? Сообразил ли хозяин Источников, как блокировать троюродному кузену доступ на Вилль? Марбо получил его через меня, — к темной магии, которой я не владела, — ведь наши с ним узы по-прежнему не разорваны.
Скорее всего уничтожить этот магический союз мог только мой супруг. И, еще одна подсказка от моей едва работающей интуиции — если он не сделал этого до сих пор, то как бы ни грозился, торопиться не будет и сейчас.
На этом фоне удалось кое-как абстрагироваться. Разумеется, я вернусь к делам графства. Я должна забрать у Марбо земли моей семьи и прикрыть своих людей. Но ближайшие нескольких дней я собралась посвятить тому, чтобы помочь приютским детям.
Кристиан мягко обхватил меня сзади за плечи. Наверняка, он взглядом что-то намекал и Арии, однако эта странная девушка даже не поморщилась. Ее отрешенная улыбка осталась на своем месте.
— Мы с Белль об этом не разговаривали, однако я считаю, что абсолютно все новости графине знать необязательно, — заявил он.
Мой приказной тон, по сравнению с его, сошел бы за детский лепет. Я готова была с ним заспорить, но дети — неподходящая для этого компания. Не следовало при них демонстрировать разногласия. Неожиданно помочь вызвалась Сесилия.
Она снова хлопнула в ладоши.
— Ребята, давайте сдвинем кресла в угол. Оттуда их транспортировать в портал будет проще. Самые аккуратные… Так, а кто у нас самый аккуратный?.. Могут переместить зеркала туда же.
Ученики откликнулись сразу же. Это куда интереснее, чем дожидаться, когда взрослые закончат свои беседы полушепотом. К тому же то ли Ария, то ли Кристиан выставили вокруг нас и звуковой щит.
Работа закипела. Девчонки бережно накрывали почти двухметровые напольные зеркала бархатными чехлами. Мальчики под руководством Эрика громоздили кресла одно на другое, не забывая надевать чехлы теперь уже на ножки.
Тобиас отошел в сторону и уставился в запертые ставни, которые закрывали окна с этой стороны во время занятий.
Мы находились в небольшой ментальной зале. Я определила назначение помещения по хрустальным люстрам, свешивавшимся почти на метр и причудливо игравшим со светом дополнительных магических ламп. Но в первую очередь — по характерному глушению на стенах, обитых сумеречником. Эта древесина была уникальна тем, что вытягивала излишки магии из воздуха, но не из ее носителей. При выбросе сумеречник не выпускал разрушительные вибрации за пределы комнаты.
Панели из этого дерева изначально имели нежно-розовый оттенок, однако по мере поглощения все большего количества сырой энергии уходили в насыщенный бордовый. Так вот, в ментальном классе Арии обивка уже приобрела вишнево-розовый цвет.
Это значило, что госпожа Ле-Морт частенько позволяла выбросы на своих занятиях, то есть относилась к тем менталистам, кто выбирал эмоции, а не сдерживание… По ее виду и не скажешь. Магичка напоминала ледяной экзотический цветок.
Она высоко вскинула брови, давая понять, что не согласна с вердиктом своего работодателя.
— Леди Изабель больше не прячется от реальности. Ясмина считает, что наша директриса готова не только к
