даже с такого расстояния было понятно, что он чётко смотрит в наше окно.
Секунды тянулись, превращаясь в минуты. Никто не стрелял — и мы, и синий словно замерли в странном противостоянии. Серые и зелёные зомби вокруг него тоже остановились, их головы были повёрнуты в сторону нашего дома. Вся сцена выглядела сюрреалистично — словно какая-то извращённая пародия на мексиканскую дуэль.
— Почему он бездействует? — спросила Вика, не опуская прицел.
Я внимательно вглядывался в синего, анализируя его поведение. Он словно чего-то ждал.
— Я думаю, что раз он до этого двигался, используя свои способности, возможно, сейчас у него или какое-то кд. Или же закончилась энергия. По типу, как у меня это происходит, — озвучил эти мысли тихо Вике.
Моя рука машинально потянулась к карману, где лежали энерго-ядра. Я вспомнил, как сам чувствовал истощение после использования рун, как система ограничивала частоту их применения истощая запас энергии.
Вика кивнула, соглашаясь:
— Имеет смысл. У всех способностей должны быть ограничения, иначе система была бы несбалансированной.
Егор же хмыкнул:
— Что, мол, ну, тебе, Вика, должно быть виднее, ты же у нас одарённая.
В его голосе проскользнуло что-то среднее между уважением и завистью. Для многих выживших одаренные были предметом зависти — людьми, получившими от системы силы, недоступные обычным.
Та кивнула, не отрывая взгляда от синего. Её лицо было напряжённым, глаза сузились, словно она пыталась разглядеть в твари что-то недоступное остальным.
А в это время вокруг синего стало твориться совсем другая картина.
К нему стали подтягиваться зелёные. Сначала один, потом парочка, в итоге за буквально минут десять вокруг него было уже почти полтора десятка зелёных и штук пять серых тварей. Они собирались, словно на зов невидимого пастуха, стекаясь со всех сторон — из-за брошенных машин, из тёмных проёмов разбитых окон, из переулков между зданиями.
— Ну вот и насобирал. — Опять буркнул Егор, нервно перехватывая автомат. Его пальцы, покрытые застарелыми мозолями, побелели от напряжения. — Чувствую, сейчас начнётся веселье.
Он облизнул пересохшие губы, не отрывая взгляда от растущей толпы мертвецов. Синий зомби, стоявший в центре этой кошмарной свиты, оставался неподвижным — только голова его поворачивалась из стороны в сторону, изучая местность с каким-то пугающим методичным вниманием.
— Фишка-то в том, — продолжил Егор, проверяя магазин и досылая патрон в патронник, — что сейчас они будут все действовать как какой-то единый механизм с одним коллективным разумом, которым будет управлять синий. А они, сука, ни разу не глупые, это тебе не серые и даже не зелёные, у которых в основном преобладают инстинкты.
Его голос опустился до шёпота, словно он боялся, что синий может услышать. Мы продолжали наблюдать из окна квартиры за собиравщейся толпы зомби. Было видно, что Вика была готова применить безду в любую секунду, а Валентин направил своё оружие в сторону тварей.
— Этот может, допустим, серых послать как пушечное мясо, — Егор нервно провёл ладонью по коротко стриженным волосам, — а зелёных где-то отправить с тыла. А сам такими же непонятными движениями перемахнёт на крышу да и спустится к нам, и зайдёт со спины. С них разное может статься, я и не такое слышал.
От его слов по спине пробежал холодок. Я уже встречался с синим раньше, но никогда — с целой координированной группой под его управлением.
— Хватит уже ворчать, — буркнул на него Валентин, прильнув к прицелу. Его плечи напряглись, словно у хищника перед прыжком. — Нагоняешь жути, и так стрёмно.
— А че я говорю? Я же правду говорю, сам же знаешь об этом, — ответил Егор, не сводя глаз с синего зомби, который теперь повернул голову точно в нашу сторону, словно почувствовал наше присутствие даже на таком расстоянии.
— Да знаю, знаю, — заворчал Валентин. — Ну хрен ли толку, что ты жути нагоняешь, и так фигово.
Я не отрывал взгляда от синего. Было что-то гипнотическое в его медленных, почти механических движениях. Что-то… знакомое. Возможно, связанное с теми обрывками воспоминаний, которые вернулись ко мне.
И в этот момент вся эта толпа, которая насобиралась вокруг синего, пришла в движение. Нет, они не побежали сломя голову, они не стали действовать хаотично и необдуманно, так как это обычно бывает у зомбаков. Они спокойно, целенаправленно пошли в нашу сторону — организованной группой, сохраняя дистанцию друг от друга, словно солдаты на марше.
Они образовывали круг, в центре которого перемещался синий. Создавалось жуткое впечатление, что они выстраиваются по какому-то плану, а не бродят хаотично, как обычно.
— Началось, — прошептал Егор, прицеливаясь. — Ждём команды?
Я поднял руку, призывая к терпению. Нужно было дать им подойти ближе к провалам.
— Пусть приблизятся, — сказал я. — Стреляем по моему сигналу. Главная цель — синий.
Группа зомби медленно продвигалась вперёд, приближаясь к созданным нами безднам. Дошли до провалов и остановились, словно почувствовав опасность. Казалось, они раздумывали, колебались. Я затаил дыхание, ожидая, что будет дальше.
В этот момент синий таким же изломанным движением, словно в кадрах испорченной киноплёнки, появился возле них. Он не шёл — он просто был в одном месте, а через секунду уже в другом, создавая жуткое ощущение нарушения законов физики.
Синий остановился у края первого провала и наклонился, изучая невидимую преграду. Его голова дёргалась из стороны в сторону, будто разбитая кукла на ниточках. Он посмотрел на провалы, которые создавала Вика в шахматном порядке, образуя смертельный лабиринт.
Создавалось такое впечатление, что у него чрезмерно активно работает мозг, потому что, изучив все эти пропасти, он чётко дальше направил собранных им зомбаков по тем участкам, где можно было пройти. Его рука поднялась, указывая путь, и собранная им толпа послушно двинулась, огибая провалы.
— Сука, он понял, — прошипел Валентин. — Он будто видит всю картину целиком.
— Или чувствует, — ответила Вика, её лицо напряглось. — Я такого ещё не встречала.
Я наблюдал с растущим беспокойством, как зомби начали просачиваться через лабиринт ловушек, двигаясь точно по безопасному маршруту. Синий оставался позади, руководя процессом, словно дирижёр оркестром нежити.
— Он не просто контролирует их, — пробормотал я, внезапно осознавая происходящее. — Он еще и не хочет терять подконтрольных ему зомбаков просто так.
Когда они подошли метров на тридцать, плотность провалов была очень большая. Я тут же попытался сделать ещё один провал под ними, активируя бездну. Знакомое покалывание пробежало по кончикам пальцев,
