У нас есть базовая программа. Мы легко можем её скопировать на новый планшет.
Стэн продолжил парировать, громко выкрикивая слова, чтобы они отчётливо долетали до противоположного края огромного ковра:
– В чём тогда проблема? У вас планшет, у нас планшет – все довольны! Раз так, отпустите нас. И мы разъедемся по домам.
Снейк оскалил в злобе рот и процарапал сверху вниз ногтями свои щёки:
– Папочка, можно я их грохну прямо сейчас. Ковёр всё равно испорчен.
– Нет, Фрид, ты должен вернуть планшет. А уже потом делай всё, что тебе заблагорассудится. Не позволяй низшей расе властвовать над собой.
Злобный альбинос сжал кулаки и потряс ими в воздухе:
– Твари, верните планшет!
– Ты ещё мамочке пожалуйся.
– Ну, всё! Ты, здоровяк, сдохнешь в особых муках. Долго будешь умирать…
Он не договорил, отцу надоела эта пацанская пикировка, и он громко скомандовал:
– Этих в подвал к зомби. Пусть там отдохнут, а завтра в спокойной обстановке мы за них возьмёмся, – и добавил, указывая на пол: – Ковёр в химчистку! Немедленно!
Так, наша команда снова оказалась в подвале. Однако на этот раз нас поместили в помещение, которое до этого мы ещё не посещали. Размерами оно раз в десять превосходило то, в котором растворяли трупы в кислоте. Но потолки, судя по акустике, были такими же высокими. Нас затолкали сюда, не включая свет. Да и было ли там электричество? Не уверена. Охранник, усмехнувшись, высветил фонариком несколько трупов и скелетов, прижавшихся к дальней стене:
– Счастливого отдыха в зомби-отеле!
После этого пожелания он вышел и захлопнул за собой громыхающую железом дверь. Мы оказались в могильной темноте. От вони гниющих трупов резало глаза. Первой не выдержала Ева Мария. Я тут же ощутила тошнотворное желание повторить за ней долгое и противное извлечение наружу содержимого желудка. Что я и сделала как раз в тот момент, когда киноманка полностью очистилась и успокоилась. Мужики сдержались. Но на то они и мужики. На мне была промасленная насквозь одежда. Это быстро дало эффект глобального вибрирования всего моего организма. Судя по звуку, эта же вибрация охватила всех моих спутников. Неожиданно истерично завопил Стэн:
– А! А-а-а! А!!!
Я попыталась дотянуться до него в темноте. Быстро это сделать не удалось. Он продолжал вопить. Наконец я дотронулась до его плеча.
– Малыш, ты чего? Тебя зомби укусил?
– Нет! Но я уже пропустил кучу отсечек для спортивного питания. Я не сделал упражнения, массаж, не плавал в бассейне. Я вообще ничего не сделал для своих бицепсов и трицепсов. И что теперь? Это была плохая идея, зайти в китайскую лавку, – заскулил он, положив свою голову на моё плечо.
Я погладила его.
– Ты самый смелый, ты самый умный, ты супермен.
– Нет…, ты врёшь…, —продолжил он своё нытьё.
Я чувствовала даже через промасленную одежду, что из его глаз на моё плечо капают слёзы.
– Так! Прекращай рыдать! Или я тебя разлюблю.
– Не успеешь. Нас всех убьют.
Я за волосы оттянула его голову от себя, якобы для того, чтобы посмотреть ему в глаза. Беспросветный мрак, наверняка, тихо поржал над этим моим желанием.
– Стэн! Нас не убьют. Нас спасут.
– Кто, – шмыгнул носом красавчик.
– Ты!
– Я? – он на секунду завис, но тут же заныл снова: – Как? Как спасу? Это не реально.
– У-у-у! Это ревёт супермен, которого я полюбила?
Пришлось влепить ему пощёчину. Получилось плохо. По лицу в кромешной тьме моя рука не попала, но ногти содрали кожу с его носа.
– А! – вскрикнул он очень громко. – Чего ты дерёшься?
– Вспомни себя десятилетнего. Разве не было страшно, когда тебя закопали в лесу?
Сердце подсказало, что мой герой напрягся.
– Разве не ты стал после этого героем?
– Это было давно, – всё ещё всхлипывая, оправдывался Стэн.
– Но это было?
– Да, так и было.
Чтобы поддержать в своём парне присутствие духа и подвигнуть его на подвиги, я решила рассказать эту старую историю всем.
– Слушайте все. Отец Стэна воспитывал его с самого детства в условиях крайней суровости. Он не просто готовил его к реалиям жизни. Нет. Отец хотел, чтобы мой парень стал самым лучшим, самым упорным, самым стальным и самым закалённым. Поэтому во время летних каникул он всегда посылал Стэна в спортивные лагеря. И вот, когда нашему парню стукнуло десять лет, старшеклассники закопали его по самое горло в лесу. Таким образом, они, якобы, осуществляли инициацию пацанов, становившихся мужчинами. Если честно, то мне кажется, что они просто издевались над малолетками. Какой обряд посвящения в мужчины может быть у десятилетнего мальчика? Но самое страшное, что, закопав его на полчаса, они забыли о нём. В этот день в гости к парням приехали девчонки из соседнего лагеря и, естественно, о Стэне никто не вспомнил. Его отсутствие обнаружилось только утром во время переклички. Когда толпа прибежала в лес, она увидела голову Стэна. В зубах он держал мёртвого сурка, который по глупости решил понюхать, что там такое торчит из земли. Парни сразу же сбежали из лагеря. А мой Стэн стал национальным героем. С тех пор он приезжал в лагерь в этом уважительном статусе. Стэн, ты герой!
Победитель сурков только всхлипнул носом в ответ.
– Стэн, ты герой! – поддержал меня Джонатан.
Малыш затих.
– Стэн, ты супергерой! – усилила эпитет Ева Мария.
– Да, – грустно буркнул мой парень.
– Ты самый настоящий супергерой! – патетически и уверенно отрезала я. – Я верю в тебя! Верю, что меня и всех нас спасёшь именно ты.
– Да.
– Что да? Я тебя не узнаю! Скажи громко: я – супергерой!
– Я супергерой.
– Громче, Стэн! Громче!
– Я – супергерой, – усилил мощь голоса Стэн.
– Стэн, докажи всем, что ты никого не боишься!!! – заорал наш бездомный командир. – Рявкни! Пусть вся нечисть разбежится от твоей мощи!!!
– Я – супергерой!!! – громкое эхо раз пять обогнула периметр помещения.
Мы замолчали. Неожиданно я вновь услышала чьи-то всхлипы.
– Кто там опять ноет?
– Мы всё равно умрём, – вновь завёл свою шарманку Стэн. – Видели, что старший Муленберг сделал с полицейским?
– Мы выберемся отсюда, – уверенным голосом попытался успокоить его Виг.
– Не выберемся. Нас покусают зомби.
– Никаких зомби нет! – отрезала Ева. – Это всё выдумки Голливуда.
– Ага, выдумки! – сквозь сопли продолжал истерить Стэн. – Ты сама видела Годзиллу за окном.
– Вовсе не видела. Я это выдумала.
– Зачем? – заинтересовалась я.
– Затем.
– Нет, нет. Говори, подруга. Теперь не стоит останавливаться.
– Затем, – она упёрто пыталась уйти от ответа.
– Не надейся, что я от тебя теперь отстану. Ты должна сказать нам правду.
– Правду? – вдруг взорвалась киноманка. – Правда в том, что я
