видела окружающий нас мир только на экране. Своей жизни, своей истории, своего личного опыта у меня никогда не было. Как? Как мы все жили до этого? Тоска, однообразность, одни и те же никчёмные лица вокруг. В зеркале эта же тема. Только здесь я почувствовала настоящий импульс жизни. Темп, газирующий адреналином кровь в жилах. Я узнала, что такое настоящие друзья. Это вы! Я хотела, чтобы мы ещё немного поварились в этом котле эйфории. Эйфории от того, что всё получается: мы спасаем мир, на нас сыплются кучи бабла и нам удаётся обдурить страшного, злого, беспощадного противника. А вы собирались сбежать, высматривая через окно пути отступления. Вот я и попыталась запудрить вам мозги.
После её слов наступила тягучая тишина.
– Вот и запудрила. Всё из-за тебя! – психанул новоиспечённый супермен. – Из-за тебя мы сидим холодные, голодные. Сидим в одном помещении с гниющими зомбияками. У нас нет даже воды!!! Получила адреналин? А завтра мы все сдохнем!!! Ты этого хотела?
– Успокойся, успокойся, – я вновь дотянулась до головы Стэна и попыталась погладить.
Но он не давался, отбиваясь от моих рук. Не знаю, чем бы всё закончилось, но в этот момент раздался напряженный шёпот Джо:
– Тсс. Слышали?
– Зо-м-би? – непрерывно всхлипывая, переспросил мой супермен.
– Нет. Мне кажется, что кто-то шляется по вентиляционному коробу.
– К-то т-ам мо-жет ш-ля-ться? Ра-зве что кры-сы, – Стэн никак не мог укротить последствия своей истерики.
– Нет, нет! Слышали? Кто-то снял решётку и положил её на дно воздуховода.
– Мне страшно, – я всеми фибрами почувствовала холодок, который исходил от слов Вига.
В следующий момент до наших ушей донёсся чей-то приглушённый голос:
– Эй, супермены, вы здесь?
– Мы-то здесь. А ты кто? – осмелел мой парень.
– Я Маркс. Уилл Маркс.
Это было здорово. На душе сразу стало как-то тепло, сытно и беззаботно. На этот раз мы опять спаслись. Пессимизм иссяк, и все дружно побежали на волю, на свет путеводного фонаря Маркса. Правда, операция спасения немного замедлилась из-за этих самых зомби. Когда Уилл стал искать нас лучом фонарика, то в первую очередь высветил трупы и скелеты, лежащие возле стены, над которой, собственно, и проходил воздуховод. Сам Маркс затем рассказывал, что увиденное его сильно шокировало. Он ожидал увидеть нас, а не жуткую картинку. Поэтому выронил фонарь и потерял очки. Мы долго наощупь искали пропажу. Сначала нашли фонарик, а затем очки. Первая находка продолжила исправно служить, а очки пришлось выкинуть. После этого все взобрались наверх по верёвочной лестнице, которую хлюпик благоразумно захватил из каморки папы Джо. Туда мы и направились по лабиринтам, хорошо знакомым Вигу, который стал нашим проводником. В каморке мы переоделись, вновь напялив те вещи, в которых ходили в казино. Джо, естественно, просто переоделся в сухое. Он с нами в рулетку не играл, но это ведь его дом. Медленней всех переодевался Маркс. Он выглядел необычайно вялым и пассивным. Теперь у него не было никакой одежды, за исключением платья, в котором он сидел в баре. Грустно вздохнув, Уилл положил женское одеяние на топчан, а сам сел на пол, чтобы не замарать спальное место Вига, и стал медленно и натужно стягивать штаны. Слабым голосом он продолжал рассказывать нам про то, что с ним произошло в наше отсутствие. Оказывается, во время аварии его закинуло не на лужайку, как меня, Стена и Вига, а на дерево. Там он ударился о толстую ветку и потерял сознание. Его никто не заметил в густой листве. Впрочем, глядя на его тщедушное тело, этому не приходится удивляться. Очнулся Уилл тогда, когда нас уже запихивали в машину. Взломав при помощи старухиного айфона систему слежения за транспортной системой, он узнал, что нас привезли не в полицейский участок, а вновь в этот отель. Уже тогда в него закрались смутные сомнения, что с нами не всё так хорошо, как должно было быть. Он вновь проник в отель и отследил наш спуск в подвал. Единственное, чего он не знал – в какую комнату нас запихнут. Поэтому сначала добрался до комнаты с кислотной ванной, но там нас не обнаружил. Затем стал проверять соседние помещения и в процессе обследования услышал наши крики про супермена. Да, теперь и геймера мы можем называть суперменом. Это правильно и логично! Ведь он нас спас! Я так и сказала:
– Уилл, если бы не ты, мы бы погибли. Спасибо тебе.
– Да чего там, – махнул он вяло.
– Нет, ты на самом деле герой. Другой бы сбежал. А ты сам, без чужих уговоров и приказов полез в это логово, чтобы ценой своей жизни спасти наши. Я думала, что выхода уже нет, и даже стала мысленно прощаться с родителями и друзьями. Ты герой! Самый великий из всех героев, которых я знаю. Ты супергерой!
– Спасибо, – кивнул он без особых эмоций.
Но этот диалог почему-то не понравился моему парню.
– Ой, ой, ой! Ну надо же. Ржу, не могу! Нашла супергероя. Кожа да кости.
– Это внешний антураж. Не это главное в супергероях. Но он ещё вырастит. Какие его годы? Ты же говорил, что твой дядя, отец Уилла, такой же здоровяк, как и твой отец.
– Он-то здоровяк. Но причём здесь Уилл?
– Как причём? Забросит компьютер, и наследственная конституция скажется.
– Не скажется, – в Стэна вселился дух противоречия.
– Это почему?
– Потому.
– Ты просто завидуешь Уиллу.
– Кто, я? Чему завидовать? Ни бицепсов тебе, ни трицепсов, весь светится, как глиста в корсете. Убогий тип, из-за него стыдно за весь мужской род. Вояка, блин. Чего он такого сделал? Подумаешь. И не брат он мне вовсе. У него приёмные родители.
– Что? – насторожился Маркс.
– То, что слышал! Твой настоящий папаша бросил тебя в детстве. Мать же была бедной и нервной. Соседи увидели, как она тебя шлёпнула по попке. В итоге её за садизм лишили родительских прав, а тебя отдали в приёмную семью. Я в детстве спрашивал отца, почему мы с тобой такие разные, он и рассказал.
– Ну и дерьмо же ты, Стэн, – отчеканила каждое сказанное слово Ева. – Дерьмо, а не человек.
– Да идите вы! Ты-то, кто такая, чтобы меня судить? Тоже, поди, жертва аборта. Что смотрите? Лиз, ты за меня или нет?
Я не успела ответить. Уилл неожиданно повалился на спину и гулко ударился головой о бетонный пол.
– О! – возликовал Стэн. – Наш супергерой даже головку не в силах держать. Убоище дистрофанское. А туда же!
Я, Виг и Ева бросились на помощь Марксу. Он был без сознания. Джо стал трясти
