Уилла и дважды ударил его по щекам. Парень не приходил в себя.
– Ничего не понимаю, он такой бледный. Как будто из него всю кровь выкачали.
– Да у него и не было никакой крови, – хихикнул Стэн, который стоял над нами, сложив руки на груди. – Так, водичка без газа и калорий.
– Заткнись, скотина! – рявкнула Ева Мария.
– Что ты сказала? – Булк нагнулся над девушкой и толкнул её в плечо. – Ну-ка повтори!
– Я повторю, раз ты хочешь! – не выдержала я. – Ты полное, отстойное дерьмо. Спасибо Еве, что заманила нас сюда. Этим она открыла мне глаза. А то так и прожила бы всю жизнь, не зная, что ты слизняк.
– Что?
Он растерялся, явно не ожидая, что я пойду на него таким напором.
– Ничего! Пошёл вон, урод, чтобы я тебя не видела и не слышала.
Стэн задёргался, хотел что-то возразить, но удержался. Затем отошёл и сел на топчан.
– Что же с тобой парень делать? – пробормотал журналист, теребя при этом свою бородищу.
– А! – вскрикнула Ева. При этом она пристально смотрела на свои руки, которыми только что ощупывала бездыханное тело Маркса. – Он весь в крови.
Её руки были мокрыми и алыми.
– Блин, точно. Я думал, что это пот и масло, а это кровь. Девушки! Снимаем осторожно с него всю одежду.
Надо сказать, что Уилл спасал нас босиком. Когда мы вернулись в каморку Джо, я сразу обратила внимание, что все его подошвы изрезаны в кровь. Это и понятно, лазали мы по старым металлическим воздуховодам, канализациям и всяким заброшенным помещениям, заваленным строительным мусором. Изрезать там подошвы было не трудно. Как оказалось, размер обуви у нашего геймера совсем не мужской. Его промасленные кроссовки к тому времени совсем развалились, а подходящей обуви у Вига наш герой не нашёл. Поэтому и пошёл спасать нас босиком. Он спешил, не думая о себе. Уилл – ты герой! Но, когда мы стащили с Маркса одежду, я ужаснулась уже по-настоящему. Порезы на подошвах оказались самыми безобидными ранами на его теле. Во-первых, старые повязки, которыми мы перематывали его огнестрельные ранения, сползли и загрязнились. В ранах блестела кровь, какая-то жидкость, возможно гной, и мясо, если в теле Уилла оно когда-нибудь имелось. Во-вторых, обнаружились и новые многочисленные раны. На парне живого места не было. Полёт на дерево не ограничился сотрясением мозга. Сучки разорвали, как казалось, практически всю кожу. Глядя на это кровавое месиво, было непонятно, как человек, с такими ранами и с такой потерей крови смог дойти сюда и сделать всё, чтобы спасти нас. Кроссовки не выдержали и разорвались, а он дошёл. Уилл лежал с закрытыми глазами, бледный и окровавленный. Грудь не дышала. Ева прижалась губами к его лбу:
– Он ледяной.
Затем она наклонилась ухом к его рту.
– Дыхания нет, – при этих словах прорвало весь годовой запас её слёз. Она заревела полным голосом и стала тормошить Уилла, умоляя: – Не умирай, слышишь, не умирай! Ты не должен умереть! Не надо! Прошу тебя, не надо! Нет! Нет! Нет!!! Уилл…
Виг оттолкнул её и приставил палец к артерии на шее Маркса:
– Тихо! Тихо, я сказал.
Фитцджеральд сразу умолкла, время от времени всё же всхлипывая. Джо напрягся и, убрав палец, вынес вердикт:
– Нет, не таков наш парень, чтобы сдохнуть на радость Муленбергам. Но он совсем плох. Лайза, видишь на полке над плитой аптечку? Тащи её сюда.
Я принесла картонную коробку, которую он назвал аптечкой. Виг долго рылся в ней, непрерывно ворча и ругаясь. Наконец поставил коробку на стол и подвёл итог своим поискам:
– Трудно найти чёрную кошку в тёмной комнате, тем более, если её там нет. Два старых пластыря и одна таблетка аспирина не спасут парня. Что же делать? Если не помочь ему сейчас, то до завтра он уже не доживёт. Без разницы: или от потери крови, или от сепсиса. Кровь течёт из грязных разорванных ран. Их необходимо дезинфицировать и остановить кровотечение. Нам, как минимум, нужно много бинтов и перекись. Или на худой конец спирт. Крепкие нитки и иголка у меня имеются.
– А это зачем? – не поняла Ева.
– Столько разорванных ран. Их надо срочно заштопать. Откуда он взял силы? Как сюда дошёл? Ладно, девчонки, дайте ему воды. Аккуратно! Смотрите, чтобы не захлебнулся. Если придёт в себя, попробуйте скормить эту таблетку аспирина. Ничего другого у меня нет. И начинайте потихоньку промывать грязь вокруг ран. Вода есть. А на тряпки можете пустить его платье.
Он встал и пошёл к выходу из каморки. Его догнала Ева.
– Я с вами. Вы куда?
– Хочу осторожно пробраться в комнату кастелянши. Наверняка у неё есть аптечка с бинтами. Если нет, стащу хотя бы пару простыней.
В это время я подняла джинсы Уилла и из кармана выпал электронный ключ от номера пьяницы, который приставал к Марксу в баре казино.
– Стойте! У меня идея, – я подбежала к Вигу. – Давайте я пойду с вами, а Ева останется с Марксом. Это электронный ключ от номера пьяного мужика. Он пристал к нашему геймеру в казино, думая, что тот девушка. Прилип так, что пришлось отвести его в номер. Маркс, чтобы успокоить выпивоху, обещал вернуться. Тогда мужик дал ему ключ.
– Зачем он нам?
– Спирт. В любом номере есть мини-бар с коньяком и виски.
– Кто мне его даст?
– Может, он ещё спит?
Виг посмотрел на старинные часы, висящие на стене.
– Вряд ли. Вы отвели его ночью, а уже вечер следующего дня.
– Вот! Мужик – та ещё пьянь! Он уже давно в баре сидит.
– Хорошо, я к нему загляну, – Виг взял ключ. – А вы оставайтесь с Марксом.
Мы обе стали его уговаривать составить ему пару, но Джонатан был непоколебим.
– Вы сами выбрали меня командиром – извольте слушаться. Сказал, что пойду один, значит, один.
Он ещё раз рявкнул на нас и моментально удалился. Я и Ева разорвали платье Уилла на тряпки и стали потихоньку протирать живые места на его теле. Таких было совсем мало. Я спросила киноманку:
– Ты зачем так рвалась пойти с Вигом? Тоже боишься, что геймер умрёт у тебя на руках? Только скажи честно.
Она грустно улыбнулась:
– Не думала, что наши мысли когда-нибудь совпадут.
Тихо сидевший до этого момента Стэн вдруг вскочил и заорал во всю мощь:
– Ес!!!
При этом он выкинул кулак вперёд, высоко махнул ногой, разрезая воздух, и встал врастопырку.
– Совсем башка поехала? Или ты снова вспомнил о спортивном питании?
Он бодро ответил:
– Я представил, как одним
