против монстров, и… — начала она, но я перебил её.
— Я поклялся быть на твоей стороне, Лиливайсс. Даже если против нас встанет весь мир и сама альва, я буду рядом.
Лили посмотрела на меня, застыв на месте. В глубине её золотисто-оранжевых глаз на миг мелькнуло то, что я раньше не видел. Надежда, смешанная с отчаянием. Её щёки медленно налились румянцем.
Улыбнувшись, она провела кончиками пальцев по моей ладони.
— Ярослав, твоя стигмата — это дар альвы.
— Того монстра?
— Нет, — она помотала головой. — Альва — это не отдельное существо. Представь, что жизненная сила, эмоции и души всех живых существ нашего мира могут конденсироваться и оседать где-то за пределами реальности. Они смешиваются и распадаются, превращаясь в энергию. Она питает древо мнимости, где очищается и уходит в сотни других миров.
Лили сложила ладони чашей и вложила в них мою руку.
— но часть её не может выйти за предел реальности. Эта энергия и есть альва. Она смешивается с альвой десятков и сотен других миров, выпадая и наполняя собой огромное пространство — океан первичной энергии.
— Океан кванты, — прошептал я, глядя на её ладони. Лили кивнула.
— В нём сплетены мириады душ. Погибшие в войнах, от эпидемий и катаклизмов, они полны сожалений, гнева и боли. Столь сложная и разрушительная энергия способна сама породить новую жизнь и наполнить её силами, способными подчинять законы природы и оборачивать их вспять.
— И тогда появляются альва-монстры? — сощурился я.
— Верно. Но не только, — Лили облизнула пересохшие губы. — У альвы нет единого разума и воли. И то существо, которые ты видел…
Её голос прервала настойчивая трель телефонного звонка. Лили вздрогнула, разомкнув ладони.
— Да черт… — зашипел я и потянулся к альвафону. — Да?
— Добрый вечер, князь Вайнер, — в трубке раздался хриплый мужской голос. — Должно быть. мы ещё не знакомы. Меня зовут Лев Фёдорович Аракчеев.
Великий Князь Аракчеев, глава рода и дед Анны… я невольно нахмурился. У их рода явно были причины со мной связаться.
Я посмотрел на Лили: девушка всё поняла с первого взгляда.
— Чем могу быть полезен, Великий Князь?
— Хочу попросить вас о встрече, Ярослав Андреевич. И как можно скорее.
* * *
Особняк Вайнеров, утро следующего дня.
Концентрация альва-частиц 4,8 на миллион.
Мысли о вчерашнем звонке всю ночь не давали мне покоя. Проворочавшись до утра, я поднялся до рассвета, так толком и не сомкнув глаз.
Лили исчезла сразу после звонка. Кодекс была измотана боем, и даже спустя несколько дней её раны не затянулись до конца. Насытившись моей энергией, она ушла отдыхать в квантовый мир, а я остался наедине с мыслями о будущей встрече.
К счастью, Князь Аракчеев не заставил себя долго ждать. Едва я закончил с завтраком, слуги сообщили о приближающемся кортеже.
— Пропустите, — велел я. — И окажите Великому Князю должный приём.
Спешно переодевшись в форму, соответствующую титулу главы рода, я проверил нагрудные знаки. Поля с Варей уже вовсю хлопотали на кухне, готовя обед для гостей. но что-то мне подсказывало, князь приехал лично не для того, чтобы обедать и наводить мосты между двумя родами.
Правители Сибири, в чьем подчинении была чуть ли не половина Империи, не стали бы встречаться лично с главой рода, еще недавно бывшего в опале. Дело было в Анне. Весь вопрос в том, что им было нужно от меня.
Проверив еще раз одежду и висящий на поясе гримуар, я направился к входной двери, как позади раздался знакомый топоток низких каблучков.
— Ярослав Андреевич, — из коридора вынырнула Поля с перепачканными в муке щеками. — Может, вам помочь нужно будет? Или кого отправить?
— Справлюсь сам, — я посмотрел на неё и улыбнулся. — Я проведу с князем переговоры в рабочем кабинете. А ты — марш на кухню, и вытри лицо.
— Ой! — она покраснела, быстро вытерев щёки фартуком, и юркнула обратно.
Я подошел ко входу: снаружи уже выстроились несколько слуг в парадной форме, как положено по протоколу.
— Всё готово, сударь, — кивнул мне Осип, возглавивший прислугу. Я глянул на бледного, явно нервничающего парня, стоявшего рядом с ним.
— Как тебя зовут? — спросил я, подойдя к нему.
— Лука, — процедил он. На его бледном, скуластом лице горели алые пятна. Нервничает, сразу видно.
— Не волнуйся, князь тебя не съест, — улыбнулся я, пытаясь разрядить обстановку.
Тот буркнул что-то невнятное в ответ. Над аллеей, ведущей к воротам, разнесся протяжный гудок, впереди показалась машина княжеского кортежа. Сверкнули фары длинного седана с гербами рода Аракчеевых.
— Вот тебе раз, — шепнул я, глядя на подъезжающие к особняку машины. За представительским «орионом» с тонированными окнами показались еще два черных фургона и мощный бронированный внедорожник. Явно с охраной.
Машин явно больше, чем нужно для простой встречи. К тому же, каждая светилась такими мощными аурами, что невольно закралась мысль о боевой операции. Таким числом штурмуют особняки, а не встречаются для простого разговора.
Я ощутил, как стоявшие рядом слуги непроизвольно напряглись, в воздухе повисла тяжесть, едва машины въехали во внутренний двор.
«Орион» остановился напротив входа. Дверь открылась, и мне навстречу вышел крепкий сухощавый старик в белоснежном генеральском кителе. Сжимая трость, он поднял волевое, изборожденное морщинами лицо с окладистой белоснежной бородой. Острый взгляд серо-стальных глаз впился в меня. Таких же глаз, как у Анны.
— Добро пожаловать в поместье Вайнеров, Великий Князь Аракчеев, — я спустился к нему и мы обменялись рукопожатиями. Рука у старика была твердой и сильной.
— Князь Вайнер, рад познакомиться с вами, — со скупой улыбкой он кивнул на дверь. — Если позволите, я бы хотел сразу приступить к делу.
Без лишних церемоний мы прошли в рабочий кабинет, тщательно очищенный слугами от следов прошлого владельца. Не дожидаясь приглашения, князь сел в гостевое кресло и с тяжелым выдохом отложил трость.
— Так что за срочное дело привело вас ко мне, Лев Фёдорович? — я сел напротив, приглядываясь к гостю.
Его мощная аура заполняла собой весь кабинет. Не было сомнений, передо мной один из десятка сильнейших магов Империи, и возраст никоим образом не влиял на его силу. Маг такого уровня, да еще и с земляным атрибутом мог буквально поднять горы на месте моего особняка, или обрушить на него глыбу размером с метеорит.
Его серьёзный, тяжёлый взгляд лучше любых слов говорил, что настроен князь более чем серьёзно.
— Я буду говорить без формальностей, — кивнул он. — Как ты, наверное, понял, дело касается моей внучки, Анны. Так вышло, что ты провёл с ней немало времени, и застал последние минуты её жизни.
— Прежде всего, примите мои искренние
