осенью [141]. Мозес Гесс предложил альтернативную версию, которую Энгельс иронично назвал «божественно облагороженной» [142]. Версия Гесса не сохранилась, но два «исповедания веры», которые он написал примерно в это время [143], показывают отличия от Маркса и Энгельса как в идеях (в том, что Гесс верил в апелляцию к вечным принципам для оправдания своей политики), так и в тактике (в том, что Гесс считал, что следующая революция должна быть пролетарской). От имени парижского отделения Союза Энгельс подготовил третий проект, касательно чего писал Марксу перед самым их отъездом в Лондон: «Подумайте немного над исповеданием веры. Я полагаю, что было бы лучше отказаться от катехизической формы и назвать это Коммунистическим манифестом. Поскольку придется включить определенную часть истории, я думаю, что нынешняя форма не годится. Я привожу здесь то, что уже сделал. Она написана в простой повествовательной форме, но ужасно отредактирована и составлена в ужасной спешке» [144].
Черновик, озаглавленный «Принципы коммунизма» (Grundsätze des Kommunismus), представляющий собой катехизис из 25 вопросов и ответов, Маркс использовал довольно основательно. Однако местами заметно различие между оптимистическим, детерминистским подходом Энгельса, который проистекал из эпохи Просвещения и его опыта жизни в промышленной Англии, и тем большим вниманием, которое Маркс уделял политике в свете опыта французского рабочего класса [145]. Позднее Энгельс говорил, что это «по существу работа Маркса» [146] и что «основная мысль <…> принадлежит только и исключительно Марксу» [147]. Несмотря на появление двух имен на титульном листе и упорное предположение о совместном авторстве, фактическое написание «Манифеста коммунистической партии» было осуществлено исключительно Марксом.
«Манифест коммунистической партии» состоит из четырех разделов. В первом дается история общества как классового общества со времен Средневековья и заканчивается пророчеством о победе пролетариата над нынешним правящим классом – буржуазией[86]. Во втором описывается положение коммунистов в пролетарском классе, отвергаются буржуазные возражения против коммунизма, а затем дается характеристика коммунистической революции, мер, которые должен предпринять победивший пролетариат, и характера будущего коммунистического общества. Третий раздел содержит развернутую критику других типов социализма – реакционного, буржуазного и утопического. Последний приводит краткое описание тактики коммунистов по отношению к другим оппозиционным партиям и завершается призывом к пролетарскому единству. Вступительные слова характеризуют подход Маркса к истории:
«История всего до сих пор существовавшего общества – это история классовой борьбы[87].
Свободный человек и раб, патриций и плебей, господин и крепостной, мастер и подмастерье, одним словом, угнетатель и угнетенный, постоянно противостояли друг другу, вели непрерывную, то скрытую, то открытую борьбу, которая всякий раз заканчивалась либо революционным переустройством общества в целом, либо общим разорением противоборствующих классов» [148].
«Нынешняя эпоха», продолжал он в отрывке, обобщающем выводы, сделанные в первой части «Немецкой идеологии», исключительна тем, что классовые антагонизмы настолько упростились, что теперь существуют два враждебных лагеря, противостоящие друг другу: буржуазия и пролетариат. Буржуазия, зародившаяся в феодальном обществе, благодаря открытию Америки, развитию мирового рынка и современной промышленности, повсюду насаждала господство своего класса и своих идей. В хорошо известном высказывании, которое подходило к современной ему Франции больше, чем к любой другой стране, Маркс описал современное государство как «комитет для управления общими делами всей буржуазии» [149]. Исторически буржуазия была самым революционным классом: «Она совершила чудеса, намного превосходящие египетские пирамиды, римские акведуки и готические соборы; она провела экспедиции, которые отодвинули в тень все прежние Исходы народов и Крестовые походы» [150]. Но этот прогресс должен был продолжаться: буржуазия не могла существовать без постоянной революции средств производства. И как буржуазия вызвала крах феодального общества, так и теперь готовила собственное падение, «подобно колдуну, который больше не в состоянии управлять силами нижнего мира, вызванными его заклинаниями» [151]. Ведь буржуазия не только создала оружие своего уничтожения, но и породила в пролетариате людей, которые должны были этим оружием орудовать.
Далее Маркс описал революционную природу пролетариата. Рабочие превратились в простые придатки машин. По мере того как увеличивалось использование машин и разделение труда, заработная плата рабочих становилась все меньше, несмотря на более продолжительный рабочий день. Низшие слои среднего класса были вытеснены в пролетариат. «Низшие слои среднего класса – мелкие торговцы, лавочники и вообще отставные торговцы, ремесленники и крестьяне – все они постепенно превращаются в пролетариат, отчасти потому, что их ничтожный капитал недостаточен для масштабов современной промышленности и поглощается в конкуренции с крупными капиталистами, отчасти потому, что их специализированные навыки становятся бесполезными в результате новых методов производства. Таким образом, пролетариат набирается из всех слоев населения» [152].
Сам пролетариат прошел через несколько этапов: сначала его главной целью было вернуть рабочему человеку статус, который тот утратил со времен Средневековья; с ростом численности рабочие начали создавать профсоюзы; наконец, классовая борьба переросла в политическую. По мере того как борьба приближалась к своему решающему часу, внутри правящего класса начался процесс распада, и небольшая часть (в частности, буржуазные идеологи) перешла на сторону пролетариата. Ни один другой класс в обществе не мог выполнить революционную роль пролетариата: низший и средний классы были фактически реакционными, поскольку пытались повернуть колесо истории вспять; а «опасный класс, социальный отброс, пассивно гниющая масса, отброшенная низшими слоями общества» [153], созрел для подкупа реакционными интриганами. Маркс подытожил этот раздел словами: «Прогресс промышленности, невольным поборником которого является буржуазия, заменяет изолированность рабочих, обусловленную конкуренцией, их революционным объединением, обусловленным ассоциацией. Развитие современной промышленности, таким образом, выбивает из-под ног буржуазии ту самую основу, на которой она производит и присваивает продукты. Буржуазия, таким образом, производит прежде всего своих могильщиков. Ее падение и победа пролетариата одинаково неизбежны» [154]. Очевидно, что здесь Маркс проецировал в будущее закономерности, которые наблюдал в настоящем. В Германии того времени пролетариат фактически составлял менее 5 % населения, и даже в Англии господство буржуазии было далеко не «всеобщим».
Во втором разделе Маркс поднял вопрос об отношении коммунистов к пролетариату вообще. Коммунисты не противопоставляли себя другим партиям рабочего класса; их интересы были интересами пролетариата в целом. Два фактора отличали их от других групп рабочего класса: интернациональность и понимание значения пролетарского движения. Коммунистические идеи не были изобретены или открыты. Они просто выражали фактические отношения, вытекающие из существующей классовой борьбы, и могли быть сведены к одному предложению: отмена частной собственности.
Затем Маркс перешел к возражениям. Первое возражение заключалось в том, что коммунисты хотят отменить «право на личное приобретение собственности как плода своего труда» [155]. Он ответил, что собственность мелкого ремесленника и мелкого фермера все равно упраздняется силой капитала; у пролетариата нет никакой собственности; а капитал, будучи коллективным продуктом и результатом совместной деятельности всех членов общества, должен принадлежать коллективу. Частная собственность была буржуазной собственностью, и все аргументы
