Но трое военных не обратили внимания на приказ. Они вот-вот могли добиться полной безопасности, так что рискнуть стоило. Картер раздавил очередную осу, оставалась еще одна. К ней бросилась Гаррет, но в этот момент они заметили шевеление по другую сторону щита.
Не успел ее ботинок опуститься на жертву, как еще несколько ос вползли в коридор, стремясь к теплу. Некоторые неуклюже вспархивали, словно неопытные птенцы.
Бишоп, Гаррет, Картер и Уэбстер бросились к кабинету. Гул и жужжание за спиной толкали их вперед, как ураганный ветер. Они не оборачивались — звук становился все громче, и его источник не вызывал сомнения. Уже в метре от двери одно насекомое догнало их и опустилось на спину Бишопа. Он выронил телефон и бешено завертелся на месте. Оса тем временем переместилась на плечо — и вот они оказались лицом к лицу.
Ужас затопил все существо Бишопа. Темные фасеточные глаза изучали расширенные зрачки человека. К осе возвращалась память о том, сколь полезным может быть ее жало. Она отвела брюшко назад, давая пространство для движения этому инструменту.
Бишоп попытался раздавить насекомое о стену, но повернулся неуклюже и ударился плечом. Оса уже устремила жало вперед, однако в этот момент тяжелая рука Уэбстера нанесла ей удар в бок, отшвырнув к стене. Оса рухнула на пол, и Уэбстер наступил на нее, но немного опоздал — насекомое успело вывернуться, потеряв лишь одну ногу, вновь взвилось в воздух и нацелилось на горло Уэбстера. Бишоп тут же скрылся в кабинете.
Тем временем подоспели другие осы.
У майора не было времени решать, как ему лучше всего отбиться от покалеченной осы и укрыться в кабинете, спасаясь от неминуемой и мучительной смерти. Пока он колебался, оса искала место, куда направить свое жало, и по ходу дела отхватила лоскут кожи с его правой руки. Еще не успев в полной мере ощутить боль, Уэбстер выхватил нож и пронзил голову осы.
И тут же услышал за спиной гул: полсотни крыльев оживших ос пришли в движение. Оглянувшись, майор увидел неумолимо приближающийся рой и рванулся к двери. Прыжком он преодолел расстояние до полуоткрытого проема, едва протиснулся в него и рухнул на пол кабинета.
Дверь захлопнулась.
Через секунду снаружи на нее посыпались настойчивые тупые удары.
Часть третья
Брюшко
Глава 55
Теперь все заперлись в кабинете Бишопа. Кто-то расположился на полу, остальные расселись вокруг стола для совещаний, стараясь не смотреть друг на друга. Сам Бишоп рухнул в кресло за своим письменным столом, мучимый сильнейшим приступом мигрени. Лора сидела в кожаном кресле напротив, держа на руках закутанного в одеяло сына. Еще на одно мягкое кресло сложили взрывчатку. Тишину нарушали только тиканье настенных часов и негромкие удары ос в деревянную дверь.
— Что ж там теперь происходит? — спросил Майк, прибавляя звук своего голоса к этому назойливому «тум-тум-тум».
— Даже если щит уже опустился, — сказал Уэбстер, — на нашей стороне так много ос, что нам отсюда не выйти. А если щит еще поднят, то осы рано или поздно пробьют дверь.
— О Господи, — прошептал Джордж и перекрестился. Майк закрыл глаза, а Лора крепче прижала к себе Эндрю. Увиденные десять минут назад крупным планом чудовищные насекомые занимали все мысли укрывшихся в кабинете людей. Теперь они знали, кто пытается до них добраться, и холодный страх сжимал их сердца.
Сьюзен смотрела на шрамы Гаррет и набухшую кровью повязку на кисти Уэбстера.
— Что же нам делать? — спросила она. — Сидеть и ждать смерти?
— Тадж поймет, что у нас проблема, — сказал Бишоп не слишком убедительно, — и вызовет помощь.
К нему подошел Уэйнхаус с искаженным яростью лицом.
— Ну да, вызовет! И что дальше? Спустит сюда людей, которые ни хрена не знают, что здесь творится, на лифте, который не работает? Да пройдут недели, пока кто-нибудь сюда доберется и найдет наши трупы!
Понимая правоту Уэйнхауса, Бишоп не желал, чтобы тот разговаривал с ним в таком тоне, но не успел его одернуть — с места вскочила Гаррет.
— Вы как хотите, а я буду драться, — сказала она и принялась заряжать винтовки, которые Уэйнхаус и Уэбстер сложили в углу кабинета.
— Должен быть другой способ, — негромко сказала Лора.
— При такой толщине двери у нас остается с полчаса, чтобы его придумать, — отозвалась Гаррет.
В плотной давящей тишине раздавались мягкие приглушенные удары. Вскоре к ним присоединились царапающие звуки — осы принялись за дерево, и, казалось, их лапы скребут по самым нервам, напоминая, что времени остается все меньше и с каждой секундой неизбежная развязка становится чуть ближе.
— Придется пойти на это, Бишоп, — тихо, почти шепотом произнес Уэбстер. — У нас нет выбора.
— О чем это вы? — резко спросила Гаррет.
Бишоп и Уэбстер выглядели так, будто оба стояли на краю пропасти и каждый нуждался в ободрении другого, чтобы наконец прыгнуть.
— Брюшко, — выдавил из себя Бишоп.
Он не произносил этого слова уже пятнадцать лет — во всяком случае, в таком значении.
— Административный центр — это Голова, лаборатории — Грудь, а там, — он протянул руку в сторону книжных полок и закончил, едва ворочая языком в пересохшем рту, — а там находится Брюшко.
— Там есть выход? Почему вы молчали? — потребовала объяснений Гаррет.
— Он закрыт с девяносто девятого года.
— Почему? — спросила Лора.
— Так чего мы ждем? Какая на хрен разница? Лишь бы не ждать здесь, пока мы все сдохнем. — С этими словами Гаррет стала сметать книги с полок.
— Пусть ответит, — сказала Лайза. Было странно слышать, что она возражает Гаррет.
Бишоп продолжал молчать, потом обменялся взглядами с Уэбстером. Оба понимали: хотя времени остается в обрез, все остальные тоже должны знать, что их ожидает.
— Там находится первая лаборатория БРЭВИСа. Ее пришлось изолировать, когда ею завладели насекомые.
— Какие насекомые? — спросил Майк.
— Самые разные, — ответил Бишоп. — Тогда мы еще не сосредоточились на осах. Там были тараканы, мухи, пауки, многоножки, мокрицы… Ну и так далее. Крупные, агрессивные и контролируемые в той степени, какой нам удалось добиться десять лет назад.
— Что вы имели в виду, когда сказали, что они «завладели» лабораторией? — спросила Лора.
— Хит проводил разные эксперименты, не имея ясного представления о возможных последствиях. Потом он признался, что поставил себе задачу в максимальной степени повысить их уровень ярости. Все разладилось, когда несколько мух напали на осу и убили ее. Феромон тревоги взбесил других ос. Началась бойня. Сотрудники утратили всякий контроль над происходящим. В то время на базе не было ни планов действий в чрезвычайных обстоятельствах, ни стеклянных щитов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
