— А что было с вами? — спросила Сьюзен.
— Он меня вытащил, — Бишоп посмотрел на Уэбстера, и в этом взгляде читалась признательность за спасение. — Меня и Хита. Насекомые овладели положением. Мы не могли видеть, что происходит на расстоянии более десяти метров. Сплошь жужжание, гудение и вопли. Мне досталось вот это, — Бишоп завернул рукав и показал багровый шрам длиною сантиметров пятнадцать, — от москита размером с футбольный мяч. Майор Уэбстер подоспел ко мне сзади и застрелил его. Обернувшись, мы увидели, что Хит лежит на полу и пытается скальпелем отогнать пару мотыльков. Мы расшвыряли их ногами и вытащили Хита из помещения.
— А что стало с другими? — спросил Уэйнхаус.
— Мы ждали с этой стороны, чтобы помочь тем, кто доберется до двери. Но никто не добрался. — Уэбстер нахмурился.
С тех давних пор по крайней мере раз в день эти сцены с поразительной ясностью всплывали в памяти Бишопа. Он никогда не думал, что ему придется снова туда возвращаться, и воображение рисовало ему жуткие картины, которые могут предстать его глазам.
Погибли ли все эти насекомые? Ни малейших свидетельств жизни по ту сторону стены не было. Правда, два или три раза Бишопу казалось, что он слышал какой-то шум, но эти звуки со всей очевидностью издавали старые полки под тяжестью книг. Уцелей там твари вроде этих ос, они бы давным-давно пробились наружу.
Что же там теперь было? Что могло выжить при таком сочетании примитивного генетического материала и искусственной среды, лишенной естественного света? Узнать это можно было, только войдя туда.
— Таким образом, мы имеем дело с возможностью существования изолированной самодостаточной биологической среды, — вслух подумала Лора.
— Что-то в этом роде, доктор Трент. Вы полагаете, за десять лет там могла сохраниться жизнь?
— Еще два дня назад я бы утверждала, что нельзя получить осу величиной с крысу. Теперь я думаю, что здесь возможно все. Надеюсь, они умерли от недостатка кислорода или влаги, но это во многом зависит от того, как там все устроено. Теоретически они могли и выжить. Но нам остается только гадать, что за все эти годы с ними произошло на самом деле. Из ваших же рассказов о выделении ювенильного гормона следует, что возможно абсолютно все.
— Стало быть, нам надо выбирать, кем быть убитыми — этими осами или другими гигантами-насекомыми? Вы к этому клоните? — спросил Майк.
— Может быть и так, — тихо сказал Бишоп.
— Так не один ли черт? Так и так нас убьют!
— Эй, остынь, парень. Твои вопли нам не помогут, — сказал Картер.
Гаррет повернулась к Уэбстеру.
— Разберемся на местности, как всегда. Какая бы хрень из ужастиков там ни оказалась, туда надо войти.
На обороте инструкции Пентагона Уэбстер стал набрасывать план:
— Помещение большое, три этажа, каждый с футбольное поле.
— Там, за стеной, три футбольных поля? — изумился Такеши.
— Если не больше, — сказал Уэбстер. — И каждый этаж выше обычного, метров по шесть. А площадь… Сотня метров в длину и пятьдесят в ширину. Вроде склада с двумя подземными уровнями.
— И каков наш маршрут? — спросила Гаррет.
— Входим вот здесь и двигаемся сюда, — Уэбстер отметил на рисунке точку в противоположном углу. — Таким образом, мы должны пройти через весь этаж. Если… Простите, когда мы туда доберемся, перед нами будет дверь на лестницу длиной в триста метров, которая ведет на поверхность. Все просто, но и при отсутствии насекомых на пути нас ждут перевернутые стулья и столы, битое стекло, выбоины в полу да еще внутреннее помещение, перегороженное тонкими стенами. И все это в полной темноте. Надеюсь, нам не придется вспоминать о двух нижних этажах, но на всякий случай сообщаю, что их схема повторяет эту Если кто-нибудь там окажется, выход на поверхность для него будет на соответствующее расстояние длиннее.
— А что насчет насекомых?
— Они могут быть любыми, огромных размеров, сверхагрессивные — вроде этих ос, а то и похуже. Будем надеяться, что все они мертвы.
Эндрю позволил своему воображению нарисовать несколько картин, пока страх, на время отпустивший мальчика, не вернулся. Ему хватило и ос, которые напугали его до смерти. Если даже там, за стеной, могло быть что-нибудь ужаснее, он не желал об этом думать. И не только он находился в таком состоянии. Сьюзен и Лайза смотрели друг на друга со страхом и унынием.
— А почему их не убили? Почему вы просто-напросто не выжгли все это заведение и не открыли лабораторию в другом месте? — спросил Майк.
— Деньги, — объяснил Бишоп. — Голова и Грудь в то время были жилыми зонами для Брюшка. На базе работало гораздо больше сотрудников — ведь мы только нащупывали направление исследований. А этот кабинет просто служил проходом в лабораторную зону. Так вот, было решено, что быстрее и дешевле уменьшить размеры базы, переоборудовать то пространство, которое осталось, и продолжить работу, чем создавать весь комплекс заново.
— Теперь все знают, что нас может ожидать. Думаю, вам ясно: лучшего выбора у нас все равно нет, — сказал Уэбстер.
Каким бы сильным ни было желание возразить, никто на это не решился.
— Гаррет, — продолжал майор, — надо пробить дыру в этой стене. Тут толщина бетона около полуметра. Поскольку мы находимся в замкнутом пространстве, предлагаю воспользоваться вибрационной установкой, чтобы ослабить эффект последующего взрыва. Это я к тому, чтобы ненароком не выбить дверь. — Он кивнул в ту сторону, откуда по-прежнему доносились тупые удары. — А поверх точек закладки взрывчатки нанесем сети, это сведет к минимуму обрушение.
Такие клейкие сети выстреливались специальными сетеметателями, когда надо было остановить насекомых в полете. Они изготавливались из сверхпрочного гибкого кевлара и при необходимости могли служить также временной опорой и защитой.
— За бетонной стеной, — говорил Уэбстер, — находится люк из поликарбонида с круглым окном, который ведет в коридор длиною около десяти метров, а в конце коридора — дверь в Брюшко. Вибрация ослабит бетон, и поэтому заряды должны быть небольшими, иначе мы рискуем обрушить коридор.
Гаррет с помощью Картера отодвинула книжный шкаф от стены.
— Ну вот что, всем отойти и не высовываться, — сказала она, занявшись подготовкой к взрыву. В это время остальные перевернули письменный стол Бишопа и придвинули его к книжному шкафу, соорудив нечто вроде защитного барьера. — Таймер установлен на тридцать секунд, — сообщила Гаррет, втискиваясь в оставшееся за барьером пространство. — Уши заткните пальцами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
