в ставку? Брайд! Я всё расскажу тебе, сам решишь потом… Но сейчас дай уйти Кэрэлоку с честью для себя и для безопасности других.
Брайд оглянулся на Первого криптора. Старик, он совсем старик, на самом деле. И последние силы, должно быть, собирал для этого разговора. Чтобы убедить эмиссара Амеронта встать на сторону заговорщиков, потому что во главе их стоит отец эмиссара. Так ведь? За этим всё и затевалось?
— Аргумент — не поспоришь, — криво улыбнулся Брайд. — Гвинн, оставьте нож в покое. Пусть Первый криптор сделает сам то, что задумал. Яд, полагаю?
— Да, я заказал то, что потом не вызовет особых подозрений, — как-то жалко, скомканно и быстро сказал Кэрэлок. — Спасибо, Брайд, я не хотел, чтобы это вышло настолько болезненно для тебя, но…
— Делайте, что решили, — перебил его Брайд. — В отчёте напишу, что в ходе допроса у Первого криптора отказало сердце. Верно я мыслю, командор? Этого от меня ждали?
Гвинн не ответил, прятал глаза. Как и Кэддок. Брайд отошел к камину, встал к нему лицом, отогревая заледеневшие руки и надеясь, что всё случится быстро.
Глава 20
Не так уж велико расстояние от академии Холодного Звена до Потенги. Так, во всяком случае, Брайду казалось раньше. Но теперь, путь под взглядами остальных тянулся немыслимо долго. Эти взгляды… Внимательный и встревоженный у Тайлисс, сочувственный у Кэддока и полный мрачной тяжести у командора. Хотелось приказом заставить их не смотреть. Попахивало истерикой. Есть ли в этом проклятом мире место, где можно хоть ненадолго побыть собой?
Брайд запрещал себе думать о том, что услышал. Вот прямо говорил про себя раз за разом хлёсткое — не сметь!
И на привале, когда Гвинн с решительным видом отозвал его в сторону, Брайд не стал особенно вслушиваться в его слова. Все они неважны. Есть факты, есть информация, а вопрос что со всем этим делать можно засунуть демону в задницу. Во всяком случае, до тех пор пока Змейка не проведёт его в Пустые земли на поиски жреца Дикса. Не готов эмиссар Амеронта решать дела государственной важности. Совсем не готов.
— Я не сдам вас Энфису, — безразлично сказал Брайд, вообще не подбирая слова. — Вроде и так понятно должно быть. По крайней мере пока.
Гвинн недоумённо уставился на него и осторожно заметил:
— Брайд, я ж не об этом…
— А о чём?
— Ты не слушал меня? — командор нахмурил густые брови, его лицо выглядело непривычно обеспокоенным.
— Простите, нет, — чуть улыбнулся Брайд. — Я не в состоянии принимать никаких решений. И слушать ваши… оправдания или доводы в пользу, или что там у вас ещё, тоже не хочу. Может быть, позже. Может быть, никогда. У Первого криптора на допросе случился сердечный приступ и он умер, не успев толком ничего рассказать. Всё. Рекомендую держаться этой версии, командор. Детали мы с вами обсудили ещё в кабинете Кэрэлока.
— Тайлисс, — с нажимом сказал Гвинн. — Остаётся вопрос с ней.
Брайд пожал плечами.
— А что Тайлисс? Перережьте ей глотку, если угодно. Мы в лесу, — он поморщился. — Я понятия не имею насколько она успела что-то понять, и могла ли понять вообще. Вы спланировали это показательное выступление, должно быть и вопрос с эвокатом продумывали тоже. Или нет?
Он развернулся, чтобы отойти, но приостановился и устало бросил через плечо:
— Идите к демонам, Гвинн. А меня оставьте в покое.
***
Серп-Легат принял его в ставке ордена. Снова был весь закутан плащом, снова сидел за своим массивным, роскошным столом. И опять Брайд смотрел в глубокую тень от капюшона, скрывающую его глаза.
Интересно, форматы встреч со своим эмиссаром он тоже продумывает согласно какому-то плану?
— Жаль, что нам не удалось допросить Кэрэлока, как полагается, — с ходу начал Энфис.
В его голосе слышалось очень искреннее сожаление. Развлекается, не иначе.
— Прошу прощения, Серп-Легат, — с таким же искренним раскаянием ответил Брайд.
— Ну вы же не могли предусмотреть использование криптором яда, — добродушно усмехнулся Энфис. — Вот стрега могла бы, да. Как досадно, что вам пришлось выставить её за дверь.
— Моё упущение, Серп-Легат. Первый криптор запросил действий, согласно Уставу. Мне не стоило идти у него на поводу.
Тайлисс. Конечно, стрега сложила одно к одному и в своём докладе господину постаралась опровергнуть версию о сердечном приступе. Ну или люди Энфиса провели дополнительное расследование, возможно даже сразу после того, как отряд Брайда покинул академию. В общем, без разницы. Тут либо Серп-Легат проглотит поданное ему блюдо, либо отправит всех причастных на дознание, и тогда ничего уже нельзя будет изменить.
— Но сердечный приступ в официальном отчёте — хорошее решение, — сказал Энфис, спустя некоторое время. — Ваше? Не дело, если в документах, с которыми будет знакомиться Совет Трёх, станет фигурировать самоубийство такого видного аристократа. Никому это не нужно. Я принял решение не обнародовать подозрений в измене Первого криптора. Вы со мной согласны?
Издевается? Да возможно ли хоть раз переиграть Серп-Легата в разговоре. Можно готовиться, можно предполагать, но он всегда будет на шаг впереди.
— Это ваше решение, — ответил Брайд твёрдо. — Как я могу быть не согласен?
Энфис хмыкнул.
— Дерзкий эмиссар был интереснее эмиссара покладистого. И безопаснее.
Брайд молчал, всё больше чувствуя себя сбитым с толку.
— Тангата готовит вторжение, — вдруг сказал Серп-Легат совсем другим тоном. — Сомнений уже нет. Мои шпионы донесли мне много любопытных сведений, которые вкупе с вашими разведданными в Пустых землях дают уже ясную и очень неприглядную для нас картину. Сейчас я готовлю большой отчёт для Потентара и Совета. Маршал уже получил предварительный вариант отчёта, чтобы подготовить свои рекомендации по военной стратегии. Поэтому я решил пока свернуть расследование заговора, оставив эту возню на более подходящее время. Вы понимаете меня, эмиссар Бринэйн?
Он знает. Он с самого начала знал о том, кто стоит во главе заговора. Но зачем тогда нужно было устраивать весь этот бессмысленный рейд и допрос Первого криптора? Чтобы и Брайд узнал тоже? И не от самого Серп-Легата, а от заговорщиков напрямую. И поверил, потому что не поверить в этой ситуации невозможно. Решил скрыть. И что дальше? Понятно, что
