подошла пообщаться.
Смысл был в том, что придворные, конечно, стадо обезьян, но как приятно обманывать чужие ожидания! Просто восхитительно!
Вот этот подход жрецу Холоша был знаком и понятен. Это ж, можно сказать, смысл существования (жизни? И жизнь ли у них?) Бога. Холош — бог костей, которые выпадают новыми гранями. Неожиданными.
Интересными, яркими, любопытными, бог неожиданностей, бог случая — в том числе.
Какого?
Это же Холош, вестимо!
Но в том-то и смысл жизни, что случай, выпавший для одного человека шестерками, для другого — хуже единиц. Чтобы ты разбогател, кто-то должен разориться, и иначе не бывает.
Мысли совершенно не мешали Брану следить за Мирандой Иртон.
Один из троих... ладно, четверых посвященных в происходящее.
Он сам, Джерисон Иртон, Ганц Тримейн
И Миранда, которая воплощала сейчас их затею.
Жаль, Лилиан нету, она бы...
Бран подумал пару секунд — и поежился, словно по спине холодок пробежал. Одобрила бы Лилиан их затею? Хм, что-то подсказывало жрецу Холоша, что — нет! Ох и влетело бы всей компании!
А где Миранда?
Миранда как раз станцевала каллен со Стуаном Леруа. Вот как, и этот гад здесь!
Интересно...
Потом Стуан отвел ее на место, Миранда некоторое время покрутилась у всех на виду, взяла бокал вина с подноса лакея, потом поставила его на стол — и ловко нырнула в альков.
Да так, что не наблюдай за ней Бран — и не заметил бы. Что же из этой девочки вырастет?
Живи она на Вирме Бран с удовольствием бы обучал ее. Хотя это и здесь можно... если Мири захочет. Не всему могут научить ее окружающие, ой, не всему.
А женщине так бывают необходимы определенные навыки.
К примеру — убить.
Бран понимал, что в Ативерне так не делают. Но свою супругу он потихоньку учил. И Анжелина прекрасно знала, куда бить. Чтобы сразу — и насмерть.
Бран коснулся губами запястья своей принцессы.
— Я оставлю тебя ненадолго? Ты позволишь, любимая? Анжелина улыбнулась, глядя на своего супруга. Глаза в глаза, на долю секунды — душой к душе.
' Она и не знала, что может быть такой счастливой. Бездумно и безудержно счастливой!
— Да, конечно, родной. Иди, я буду тебя ждать.
Как это отличается от общения в высшем свете?
Та же Джолиэтт никогда не говорила супругу ничего подобного. Но... разве это плохо?
Анжелина так не считала. Она помнила, как ее отец смотрел на мать. Помнила...
И была рада, что у нее получилось то же самое.
Счастье... такое неуловимое, такое эфемерное, такое невероятное — счастье!
Миранда скользнула за портьеру — и оказалась в коридоре.
Шаг, второй, третий...
Где там нужный альков?
Там должен ждать ее Анрей Солен. Или — не ждать.
Вот и оно.
Миранда сделала шаг, второй...
Темнота.
— Анрей?
Сильный удар по голове взорвал в глазах миллионы звездочек — и отправил ее в беспамятство.
❖ # *
Лучше самому с высокой башни, чем ребенка подставлять. Это Джес понимал отчетливо.
Но — как уберечь?
Миранда бы в жизни ему не простила.
Вот она вышла в коридор. Джес проводил ее взглядом. Где-то там Ганц Тримейн. И его люди, переодетые лакеями...
Все будет хорошо.
Наверное...
Хотя Джес и так понимал, что при любом исходе хорошо — не будет. Если Джолиэтт...
Альдонай милостивый, ну что тебе стоит?
Сделай так, чтобы это был кто-то другой! Ты же всемогущий, для тебя это пустяк!
Ага, дозовешься Альдоная! Жди!
А как потом Ричард?
Как Анжелина?
Джерисону проще было себе руку отрезать, чем сказать такое... брату!
Да, уже брату. И когда Ричард успел им стать? Да кто ж знает... так, вроде, родство и дальнее. Кузен — не брат. А если приглядеться...
Как определить родного человека?
Да просто.
Если ты поставишь его интересы вперед своих, значит, этот человек тебе родной.
Нет?
Извини. Может, ты ему и родной, а он тебе — нет. И неважно, сын, отец, брат... какая разница, какая между вами кровь? Если он для тебя не настолько важен, чтобы отказаться от своих желаний, чего стоит ваше родство?
Ничего.
А Дя&рисон готов был поставить интересы Ричарда впереди своих. Вот, как сейчас.
Легко было бы переложить всю ответственность на плечи брата?
Да.
И в то же время — нет. Потому что Джерисону это легче. И принять, и сделать...
Главное, чтобы Рик, когда все узнает, ничего не оторвал другу. А то может ведь...
« ❖ *
Ганц Тримейн видел, как Миранда зашла в альков.
Но...
Но болыпе-то туда никто не заходил!
Минута, две...
Пять минут, десять...
Что происходит!?
Ганц плюнул на все — и кивнул одному из своих людей. Лакей направился к алькову. Толкнул дверь.
Заперто.
Изнутри заперто.
Нервы у Ганца завибрировали, что те канаты.
— Ломайте! — рявкнул он, наплевав на все.
Легче сказать, чем сделать.
Не пришли еще времена дверофанерокартона, нет, не пришли. А сломать массивную дубовую дверь — это вам не нос почесать!
Ганц почти физически чувствовал, как утекают секунды, сливаются в минуты...
— Приведи сюда графа Иртон.
Слуга сорвался с места.
Гардрена и приглашать не потребовалось.
— Никого?
Ганц пожал плечами.
— Не знаю. Заперто.
Бран не стал размениваться на дверь. А вместо этого...
— Прикажи закрыть ворота. Или пусть досматривают выезжающие кареты.
Ганц треснул себя по лбу — и помчался вниз.
Но время уже было безнадежно упущено. Неприметная карета с гербом Леруа выехала за ворота буквально три минуты назад.
Похитители не знали, сколько у них времени, но терять его не собирались. Ни секунды.
$ >!< >!<
— Где Миранда!?
Это были первые слова Джерисона, вихрем влетевшего в коридор.
Ответом ему были растерянные глаза Ганца.
Дальше говорить было не о чем. И если бы не Бран, кулак Джеса летевший аккурат в челюсть Ганца, достиг бы цели.
Ага, как же!
Жрец Холоша появился словно из ниоткуда, чуть прикоснулся, сбивая направление удара — и Джерисон душевно треснул кулаком по портьере. Та не стала терпеть подобную фамильярность, сорвалась и закрыла наглого графа с головой.
Сволочь!!!
Откуда в ней столько пыли!?
Матюги, доносившиеся из-под портьеры, вполне могли принадлежать не благородному графу, а конюху, которому кобыла копытом на ногу наступила. Или на более чувствительное место.
Бран ловко зафиксировал кокон, дернул за угол — и размотал отчаянно чихающего графа.
— Жи®о в зал.
— Зачем?
— Танцуешь с принцессой Джолиэтт. И не смей ее отпускать раньше, чем Ганц скажет. Хоть ядро на нее прицепи, хоть сам ковриком расстелись... понял!?
Распоряжаться жрец Холоша умел.
Граф Иртон сорвался с места быстрее, чем сообразил, что он вообще-то граф. И... и никакой Гардрен им не командует. Правда же?
Но в бальном зале выяснять эти вопросы было поздно. Тем более, Джолиэтт он поймал уже у дверей.
Танец?
Но вдовы не танцуют, и то, что она здесь оказалась — уже их работа. Джерисон лично попросил Марию... как же быть?!
А вот так!
Одно движение... да, до главы Гардрена Джерисону было далеко, там филигранное владение собственным телом, но кое-что и он мог. И ловко сбитый лакей летит прямо на платье ее высочества. Ладно бы сам, а то подносом
