Клейкий и сладкий сок стекал по ее пальцам, но Брендон охотно облизал их по очереди, особенно впадинки между ними, отчего Присциллу охватил сладостный трепет. Разумеется, это привело сначала к ласкам, а потом и к близости, после чего, измученные долгой дорогой, они уснули в объятиях друг друга.
— Дай мне подзорную трубу! — рявкнул Стюарт Эган.
Он поднес длинный медный цилиндр к правому глазу, прищурил левый и вперил взгляд в то, что открылось ему у подножия отлогого холма, за ажурной завесой мескитовой листвы.
Парочка хорошо заметала следы. Так хорошо, что ночью они проскочили ее, следуя по умело оставленному ложному следу. И так бы тому и быть, если бы не Порывистый Ветер. Он из кожи вон лез, чтобы искупить свою оплошность с кяманчами. Утром индеец сообразил, что цепочка следов, ведущая к дороге, менее глубока. Очевидно, всадник был один. Преследователи вернулись, нашли место, где отделился ложный след, а вскоре обнаружили и убежище беглецов.
Стюарт видел, как ковбой выбрался из-под одеяла и потянулся. Он был совершенно голый. Пока он натягивал брюки и сапоги, Стюарт, закусив от бешенства губу, разглядывал Присциллу, все еще мирно спящую — под его, между прочим, одеялом! Она была укрыта до самого подбородка, густые волосы веером рассыпались по земле.
«Дрянь! Неблагодарная маленькая сука! Возомнила о себе невесть что!»
Невероятным усилием он подавил ярость, но злость осталась. Девчонка выставила его дураком в глазах всего ранчо, когда сбежала из-под венца с любовником, будто последняя потаскуха. Дуреха не знала, что Стюарт Эган не прощает обиды. Она заплатит, и заплатит дорого, но месть подождет, пока все его планы не осуществятся. Подъехал Мае Хардинг.
— Отправляйся к остальным, — бросил Стюарт, — и скажи, что я велел окружить лагерь. Да смотри, чтобы никто не издавал ни звука! Не двигаться, пока я не подам сигнал.
Хардинг молча кивнул и отправился выполнять приказ. Это был высокий жилистый и костистый человек из тех, о которых говорят: лицо лопатой. Только такими грубыми и безжалостными людьми, как он, окружал себя Стюарт Эган. Правда, ему недоставало преданности, и он не выказывал готовности идти за хозяина в огонь и в воду. В отличие от Хеннесси у Хардинга был только один настоящий хозяин — он сам. Слабость Хардинг питал только к женщинам и, завидев юбку, терял голову. Презрительно хмыкнув, Стюарт снова уставился на беглецов. Ковбой склонился над Присциллой и смотрел на девушку, словно разрываясь между необходимостью разбудить ее и желанием снова забраться под одеяло.
Стюарт пробормотал ругательство. Слава Богу, только он сам да Порывистый Ветер видели, что эти двое спят вместе.
Конечно, и другие догадывались об этом, но догадываться — не значит точно знать. Довольно и того, что негодница погубила свою репутацию. Все это не имеет значения до тех пор, пока не пошли разговоры, а разговоры не пойдут. Эти люди скорее откусят себе язык, чем проговорятся, ибо знают, что это не пройдет им даром. Ранчо находится в такой глуши, что его хозяин — это царь и Бог.
Значит, в данный момент проступок Присциллы не имеет значения. Куда важнее, чтобы она сама, по своей воле последовала за законным мужем домой.
Стюарт стиснул зубы так, что на скулах выступили желваки. Присцилла — его собственность, часть того, чем он владеет. Она принадлежит только ему, и, уж во всяком случае, не какому-то там Траску. Но как она посмела! Все обитатели ранчо — свидетели того, что свадьба состоялась, а она… она сбежала еще до того, как юридический брак стал фактическим. Нет уж, этот фокус ей не удастся.
Настоящая леди, скажите на милость! Хорошенькое она получила воспитание, ничего не скажешь. Что ж, придется дать ей еще один, самый важный урок: урок повиновения. Для начала хватит и убеждений, а меры покруче, если потребуется, можно оставить про запас. Но как бы то ни было, у нее нет иного выхода, как стать достойной супругой Стюарта Эгана, землевладельца и будущего политика, и заботливой матерью его сыновьям.
— Все готово? — нетерпеливо спросил Стюарт вновь появившегося Хардинга. — Через пару минут начнем.
Мае кивнул, и они направили лошадей вверх по склону холма, у подножия которого беглецы расположились на ночь. Едва оказавшись на вершине, Стюарт махнул рукой. Окружившие лагерь вооруженные люди бросились вперед. Прозвучало несколько предупредительных выстрелов в воздух.
Траск в мгновение ока схватил винтовку и прицелился, но благоразумно воздержался от выстрела.
Присцилла вскочила и закуталась в одеяло. Темные глаза ее казались неестественно огромными на бледном лице. Она было явно испугана, и это порадовало Стюарта. Он картинно появился из клубов пыли, поднятых копытами лошадей.
— Кого я вижу! — Стюарт спрыгнул со своего горячего жеребца. — Скромница-новобрачная, не так ли? А кто рядом с ней? Ах да, это мужественный спаситель, гроза индейцев и гремучих змей. Не ожидали? Странно. Я не из тех, кто позволяет оставлять себя в дураках.
— Я написала записку, — беспомощно пробормотала Присцилла. — Я думала… надеялась, что ты поймешь…
— Ехал бы ты отсюда, Эган, — угрюмо сказал Траск, заслоняя ее собой. — Ты и твои люди. Леди сделала свой выбор.
Он слегка качнул дулом винтовки, нацеленной в грудь Эгана, но тот лишь беспечно улыбнулся.
— Боюсь, миссис Эган… — Стюарт сделал многозначительную паузу, — не осведомлена обо всех интересных фактах биографии своего избранника. А узнав их, без сомнения, будет умолять законного мужа забрать ее с собой.
— Но неужели ты согласился бы на это? — спросила Присцилла и тихо добавила: — После того, что случилось…
— В здешних местах не часто встретишь женщину, получившую воспитание, достойное настоящей леди, — иронически ответил Стюарт. — А уж молодую и привлекательную не найдешь днем с огнем. Дорогая моя, я готов списать все случившееся на счет твоей поразительной наивности, готов даже взять половину вины на себя. Вместо того чтобы поручать тебя заботам Баркера, мне следовало самому отправиться за тобой, отложив все дела. Я этого не сделал — и потому ты пала жертвой проходимца, человека, стоящего вне закона. Слава Богу, Мае в нужное время оказался в Корпус-Кристи. Среди новостей, привезенных им, есть кое-что про этого ковбоя. Вот почему я немедленно бросился вызволять тебя из неприятностей.
Присцилла взглянула на Траска. Он казался замкнутым и настороженным.
— О чем ты, Стюарт? Что значит «человек вне закона»?
— По-моему, это говорит сама за себя. Ты связалась с одним из тех, о которых пишут на стенах: «Разыскивается по обвинению в убийстве». Он убил брата федерального чиновника на индейской территории.
