Секунд тридцать ничего не происходит, а затем я наконец слышу глухую возню. Замок по ту сторону прокручивается, и на пороге предстает тетя Алина, запахнувшаяся в халат.
– А, Васенька, здравствуй, – улыбается она. – Как у тебя дела?
– Здрасьте, все хорошо, – нетерпеливо переминаюсь с ноги на ногу. – А Тёма дома?
На ее лице мимолетом проскальзывает выражение удивления, и я тут же напрягаюсь.
– Артём уехал, – после небольшой заминки произносит женщина. – Я думала, ты в курсе.
– Как уехал? – изо рта вырывается смешок. Должно быть, из-за нервов. – Куда?
– В Москву. Но не факт, что он там останется. Сказал, будет пробовать себя везде, – немного смущенно поправляя пояс халата, отзывается она.
Пораженно столбенею. Будто меня облили мгновенно застывающим бетоном. Ни рукой, ни ногой пошевелить не могу. И даже моргнуть не получается. Так и стою, словно статуя, и во все глаза таращусь на тетю Алину.
Как он мог? Как Артём мог уехать, ничего мне не сказав?! Разве это справедливо? Разве я не заслужила хотя бы каплю его доверия?!
Взрыв – злость.
Ударная волна – обида.
Осадок – гнев.
Но это все внутри. А снаружи – тотальное оцепенение, совершенная растерянность и сильнейшее смятение.
– Я не знала, – мой голос звучит подавленно и хрипло. – Он мне ничего не говорил…
– Да он и нам-то лишь накануне сказал! – сокрушается тетя Алина. – Молча собрал вещи и просто поставил нас перед фактом, представляешь? Мол, уезжаю, билет уже купил.
Да уж. Соколов в своем репертуаре. Даже родителям скидки не делает.
– И когда он уехал? – чувствую, как по спине бежит неприятный холодок.
– Вчера вечером, – вздыхает женщина. – Мы пытались отговорить, но ты же его знаешь. Если чего в голову втемяшил – не переубедишь.
Да, знаю. Увы.
– Понятно, – делаю усилие и сворачиваю этот трудный разговор. – Ну ладно, теть Алин, я пойду. Извините, что побеспокоила.
– Так ты, может, зайдешь? Чайку выпьем, – предлагает она. – У меня огуречное варенье есть. Ты же любишь.
Я и правда люблю. Но огуречное варенье – это еще одно болезненное напоминание о детстве, которое закончилось невероятно печально.
– Спасибо, но мне бежать надо, – отнекиваюсь я. – Как-нибудь в другой раз, хорошо?
– Ну как знаешь, – тетя Алина пожимает плечами и напоследок бросает. – Маме привет!
– Ага, передам, – спускаюсь по лестнице, через силу улыбаясь. – До свидания!
Выхожу на свежий воздух и медленно приваливаюсь спиной к кирпичной стене. Обессиленно закрываю глаза и ощущаю, как по щекам одна за другой катятся горячие слезы.
За что ты так со мной, Артём? За что?
Глава 53. Весна 2023
Артём
– Соколов, ты где? – вопит в трубку вечно паникующий менеджер. – У тебя выход через двадцать минут!
Артур как обычно. Вот сколько лет мы с ним вместе работаем, столько он и кипишует из-за моих якобы опозданий. Хотя по факту за все это время я задержался всего пару раз. Во всех остальных случаях просто прихожу впритык. Не люблю мять сиськи за сценой, предпочитаю врываться на тусовку с разбегу, на скорости. И желательно – прямиком к диджейскому пульту.
– Бли-ин, проспал, – решаю потрепать Артурчику нервы. – Прикрой меня, братан!
В трубке слышит жалобный не то всхлип, не то стон. Кажется, в голове менеджера опять крутиться мысль об увольнении.
– Со-ко-лов, – цедит, чуть не плача. – Меня организаторы четвертуют…
Пока Артур сокрушается и рвет на себе волосы, паркую байк у обочины и, резво спрыгнув на землю, стягиваю шлем. Окидываю взглядом клуб, в котором мне предстоит выступать, и довольно присвистываю. С виду зачетный. Минимум попсы, максимум андегрунда.
– Все, Артурка, хорош икру метать, – обрываю льющиеся в трубку причитания. – Через минуту буду на месте. С тебя апельсиновый фреш. И чтоб без мякоти.
Вообще-то подношение напитков не входит в его прямые обязанности, но за те деньги, что я плачу, не переломится пару-тройку раз сгонять к бару.
– Ты невыносим, – кисло отзывается он. – Из-за тебя я умру раньше времени.
Вообще-то Артур – хороший пацан, но ныть любит, прям как баба.
– Я свожу тебя в ресторан и накормлю стейком, – бросаю примирительно и первый отключаюсь.
Амбалы, стоящие у служебного входа, проходят по мне оценивающими взорами, но от вопросов воздерживаются. Молча отстраняются и пропускают внутрь.
Шагаю по темному коридору, выбирая направление чисто наугад. В этом клубе я никогда раньше не был, но зато был в сотне аналогичных. Именно поэтому я нисколько не сомневаюсь, что внутренний навигатор без проблем доведет меня до гримерки.
– Артём, здравствуйте! – ко мне направляется эффектная брюнетка с широкой улыбкой на лице. – Меня зовут Кристина, я арт-директор.
Высокие шпильки, узкая юбка и блузка, расстегнутая на пару пуговиц больше положенного – девица явно не их тех, кто считает скромность главным женским достоинством.
Ощупываю ее глазами и плотоядно облизываюсь. Эх, не та часть тела названа трахеей!
– Привет, Кристина, ты азартная?
– Скорее, да, чем нет.
– Тогда давай забьемся?
Она заинтригованно приподнимает бровь и тут же отбрасывает официальные манеры, вслед за мной переходя на «ты»:
– Продолжай.
– Давай поспорим на штуку баксов, что сейчас я предложу тебе переспать, а ты откажешься?
Она замирает. Видно, что в ее мозгу идут сложные аналитические процессы. Еще секунда – и процессор задымится.
– Ну давай поспорим, – наконец выдает Кристина, сексуально щурясь.
– Уединимся в темном уголке? – разыгрываю партию, не отходя от кассы.
– С удовольствием, – улыбается.
– Супер, тогда жду тебя после выступления, – огибаю ее и двигаюсь дальше по коридору.
– И не забудь косарь зеленых, - доносится насмешливое вслед. - Ты ведь проиграл.
Кто тут проиграл – вопрос спорный. Но в любом случае, это было слишком легко. Даже неинтересно.
И, кстати, не знаю, что вы там подумали, но спать я с ней не собираюсь. Спор затеял просто по приколу. У меня ведь девушка есть. А я пес верный, налево не хожу.
Оказавшись в гримерке, стягиваю кожанку и по привычке взлохмачиваю волосы. Исполнительный Артур подсовывает мне под нос стакан фреша, и я, благодарно кивнув, осушаю его до дна.
– Готов? – интересуется менеджер.
Странный вопрос, если честно. Я ведь диджей. Тусовка – это мой стиль жизни. Я готов зажигать, едва поднявшись с постели.
– Народ разогрет? – спрашиваю я, направляясь к сцене.
– На троечку, – Артур семенит за мной.
– Ладно, – вздыхаю. – За этим я и здесь.
Под громкие возгласы ведущего вылетаю на сцену и приветствую толпу. Яркий свет долбит прямо в лицо, но глаза быстро привыкают. Наверное, это профессиональное.
Пробегаюсь взглядом по присутствующим. Оцениваю обстановку. Больше половины людей «холодные», то есть сидят за столами или топчутся у баров. Их всех мне предстоит «вытащить» на танцпол. Пожалуй, лучше начать с козырных треков. Так я сэкономлю время на раскачке.
Цепляю наушники и берусь за аппаратуру. Воздух наполняется сочными звуками, народ постепенно оживает. Но мне мало вялых покачиваний из стороны в сторону, я хочу, чтобы их штырило, рвало на части. Чтобы, плавая на волнах моей музыки, они узрели гребаный смысл жизни.
Делаю бит пожирнее, добавляю кача. Трек, несомненно, бомбит. Температура в зале подскакивает на несколько градусов. Становится жарко.
Хватаю микрофон и кричу в него что-то подбадривающее. Народ отвечает аплодисментами и ускоряющимся темпом движений. Танцопол оживает, дышит, смелеет.
Наращиваю скорость, попутно смахивая со лба пот. Это только кажется, что работа диджея – сплошной кайф, а на деле после каждой вечеринки ноги гудят просто зверски.
Через сорок минут я допиваю вторую бутылку воды и удовлетворенно наблюдаю за раскрепостившейся толпой. Танец – это язык тела, а для того, чтобы этот язык развязать, нужна качественная музыка. Не хочу показаться павлином, но качества моим творениям не занимать. Каждый авторский трек – это сгусток эмоций, который по воздуху передается слушателям и возносит их на новый чувственный уровень.
