я протянул ему зажженную зажигалку.
– То – можно! – он с наслаждением затянулся и выпустил струю дыма прямо в закреплённый на потолке датчик дыма. Я внутренне сжался – ожидая дребезга сигнализации, но ничего не произошло.
– Скис! – вздохнул Слуга.
– Ты не представляешь, какой брак тут гонят. Дешёвка массовая.
Я затянулся и кивнул, выражая полную солидарность – продукция секторов Альянса славилась своей дешевизной и, скажем так, не эталонным качеством.
– Значит так. – он докурил до фильтра и с надеждой посмотрел на мой карман – где лежала пачка. Я тут же её достал и протянул ему не открывая.
– Лети сейчас на Станцию, что над нами. Там найдёшь Юня. В ювелирном сегменте. Скажешь ему, что от Цинь. Купишь две тонны золота – он тебе скидку сделает, и сюда. Ну а дальше… – он нахлобучил шапочку и согнулся в поклоне.
– Достопочтенный Ченг будет рад услужить такому щедрому господину.
– Кончай ты это шоу. – я тоже докурил и теперь искал глазами куда кинуть окурок.
– В сток бросай, – слуга показал глазами на решётку водостока и подал пример, ловко закинув в щель между её прутьями свой окурок. Я попробовал повторить, но промазал – пришлось подойти и ногой скинуть его вниз.
– А не жирно? Две сотни же? Куда ему столько?
В ответ он только развёл руками.
– Тебе щит хороший нужен, да?
– В принципе, – я заколебался – жаба решительно отказалась от самоубийства и точила длинные ножи, кровожадно поглядывая на меня одним глазом. Золотым глазом, кстати!
– Я и так неплохо жил. Выживал то есть.
– Тебе просто везло.
– Мне? Да я не одну сотню кораблей сбил!
– Сбил? С такой отвратной координацией? – он покосился на решётку, где я только что наглядно провалил мини тест.
– Везло тебе, таких же криворуких встречал. А Элитный пилот встретится? Он же тебя, пока ты к нему свою колымагу разворачивать будешь, порвёт.
– Ну…
– Порвёт, порвёт, – на дал он мне договорить.
– Так что – вон твой корабль, лети на Станцию и тащи желтуху. Понял?
– Убедил, чертяка язкастый. – я встряхнул пачку, откидывая крышечку и выдвигая пару сигарет.
– Я пару возьму, – он ловко вытащил штук пять сразу.
– В запас, – ты себе на Станции купишь, – пресёк он моё возмущение своей наглостью.
– Ладно. – смирился я.
– Я быстро. Трюм небольшой, думаю ходки за три управлюсь. Не растащат?
– А мы сразу оприходуем. Не переживай. Контроль и Учёт – краеугольные камни Циня.
Я кивнул и направился назад, в Ангар.
Лавку Юня я нашёл быстро.
Небольшой павильончик под красной крышей с характерно загнутыми краями располагался практически у самого входа на торговый уровень Станции.
«Цветные металлы и редкости для взыскательных господ» – вывеска была окружена рамкой с затейливым восточным узором. В нём проглядывалось что-то знакомое, но оно именно проглядывалось, узнавалось на уровне подсознания – понять, что именно там было изображено было сложно. Я Подошёл по ближе.
Хм…длинные, покрытые чешуёй тела переплетались по всему её периметру, формируя не то нечто вроде каната, не то особо извращённую позу из камасутры. Я сделал пару шагов в сторону выбирая ракурс и, незаметно для себя, оказался прямо перед входной группой павильона. Сверху раздалось шипение и, задрав голову я обнаружил надвигающуюся на меня клыкастую пасть огромного ящера. Голова склонилась на бок и огромный, с футбольный мяч, золотой глаз уставился на меня, то расширяя, то сужая вертикальную щель зрачка. От неожиданности я сделал шажок назад. Голова опустилась ещё ниже, прикрыла пасть и высунула раздвоенный язык, ощупывая им воздух перед моим лицом.
Принюхивается… Решает – вкусный я или нет, вспомнил я, что у рептилий обоняние, нюхательные рецепторы то есть, расположены именно на кончике языка. Тем временем, наверное приняв какое-то решение, голова убрала язык и прошла за мою спину, продемонстрировав длинную щею, сплошь покрытую сверкающей золотом чешуёй.
Я замер и медленно повернул голову ей вслед. Изогнув шею под немыслимым углом ящер опустил голову на уровень моего лица и резко распахнул пасть, одновременно надвигаясь на меня, словно он желал меня проглотить – всего, одним махом.
Как я пролетел раздвижные двери – не знаю, нормальное восприятие вернулось только тогда, когда мне в руку ткнулся холодный, запотевший стакан, наполовину наполненный прозрачной жидкостью. Я благодарно кивнул протянувшему его мне молодому человеку азиатской наружности и сделал крупный глоток.
– Ыыыыхххх… Это что?! – спросил я у него.
– Очень хорошая водка, господин спортсмен!
– Ааа… Водя… нет? – я кое как восстановил дыхание.
– И я – не спортсмен. С чего ты так решил?
– Вы должны заняться спортом! От того места – он кивнул наружу, за раздвижные двери.
– Сделал бы честь Олимпийскому чемпиону! – его акцент куда-то пропал.
– Ещё бы, – проворчал я возвращая стакан. Я бы на тебя посмотрел – идёшь себе, никого не трогаешь и тут на тебя такой монстр прыгает.
– Ещё?! О! Понимаю! – он достал из под прилавка бутылку и приготовился заново наполнить стакан, вопросительно глядя на меня.
– Нет, не в этом смысле, не надо водки.
– Хорошо, – он невозмутимо кивнул и убрал и стакан и бутылку.
– Наша фирма – Юнь и братья, рада приветствовать Вас в нашей скромной лачуге. Что я могу для Вас сделать, уважаемый посетитель?
– Ааа… Вы – брат Юня? – не нашёл ничего умнее спросить я.
– Нет, что вы! Юнь – большой человек, а я – его скромный слуга и менеджер нашего ничтожного заведения. – он коротки, по деловому, поклонился, отчего полы его пиджака смешно встопорщились.
Я опёрся о стойку и обежал взглядом ничтожное заведение. А посмотреть тут было на что. Одну стену занимала большая стеклянная витрин, в которой, на широких полочках, лежали различные кристаллы и образцы руды. Скрытые глазу светильники подсвечивали их, заставляя ярко блестеть и отбрасывать разноцветные блики на витринное стекло, придавая всему этому великолепию праздничный и немного загадочный вид.
Противоположная стена была затянута серебристой материей и на ней были закреплены непонятные артефакты – ни разу не походившие на те, которые мы перебирали с Тодом, с инквизитором Тодом, отобрав их у одного адмирала. Покойного ныне.
Третья стенка – спиной к которой стоял менеджер была украшена картинами и различными фотографиями. Сюжет везде был примерно одинаков – кто-то, в стандартном скафандре, протягивал зрителю кусок руды или кристальную друзу. В свободной руке человек держал либо геологический молоток, либо непонятный прибор.
– Это сам. – пояснил мне парень, сделав более глубокий поклон в сторону картинок.
– Сам Юнь?
– Да! Господин Юнь много странствовал в поисках редких минералов.
– И это всё, – я обвёл рукой помещение.
– Он самолично
