— Ну ладно, уговорил, — согласился, наконец, Херефорд. — Все хорошо, только вот дом, который ты выбрал, мне не нравится. Кстати, если бы твои люди подняли на тебя руку, ты мог бы сказать, что их подкупили. А кто их мог подкупить в доме Оксфорда, кроме самого хозяина?
Стоило Реднору увидеть дом, от которого Оксфорд накануне передал ему ключи, он сразу обрадовался. Пока все шло, как он и задумывал. Это был большой двухэтажный дом, первый этаж сооружен из камня и кирпича, а второй — из дерева. Сад вокруг дома выглядел запущенным, за ним, похоже, давно никто не ухаживал. А вот конюшни на заднем дворе находились под присмотром — новенькая крыша, хорошие стены. Но самым замечательным оказалось то, что дом стоял на отшибе. Это означало, что и защищать его проще.
Леа, конечно, больше занимал второй этаж, ведь жить ей предстояло именно там. Она тут же разведала, где в доме кухня, потому что кормить и поить людей было ее обязанностью. Первое, что ей пришло на ум — это нанять прислугу. Конечно, можно попросить воинов натаскать воды и нарубить дров, и они, возможно, согласятся. Но как-то неловко поручать им такую работу. Но как же в Лондоне найти прислугу? В замках на подобные должности подбирались наиболее способные из крестьян, но, насколько было известно Леа, ни слуг, ни крестьян Реднора в Лондоне не было. Спросить мужа она не могла, он собирался на прием к Стефану, ругаясь сразу на трех языках, причем, в таких выражениях, которые Леа не знала даже на французском. Ну и как с ним заговорить?
Значит, проблему с прислугой надо решать ей самой. Может, ей поможет кто-то из гостей, которые были на свадьбе? Кто из них живет в Лондоне? Леди Шрусбери. Леа вздрогнула: эта дама насоветует такого, что потом дороже обойдется расхлебывать. Здесь должны быть еще Лестеры и Уильям Глостер с женой. Надо бы спросить Кейна, где они остановились. Но только она надумала поговорить с мужем, как тот пронесся мимо нее с таким видом, что бедная Леа, которая давно уже перестала пугаться его дурного характера, не решилась открыть рот.
— Сэр Гарри и головной отряд отправятся вместе со мной! Быстро собирайтесь! Черт бы вас побрал, да шевелите вы задницами, сукины дети! Скорее!
Воины заторопились, суровый нрав командира они знали слишком хорошо. Один из несчастных замешкался и тут же ударом кулака Реднора был отброшен в сторону. Джайлс толкнул на освободившееся место Одо, который оказался рядом с ним.
— Быстро на его место, — сказал Джайлс, — если хочешь, чтобы наши головы остались целыми. Милорд! Я сопровождаю вас?
Реднор не услышал вопроса. Он думал о том, что сейчас ему придется что-то объяснять, извиняться, унижаться перед Стефаном и всем двором, и от этого на душе у него было гадко. Все, что случилось, — его ошибка, Реднор понимал это. Не потеряй он над собой контроль, все бы прошло гладко. Он поднял оружие на одного из фаворитов короля, чуть было не зарубил его. Почему он так поступил? Что это было — страх, ненависть, задетое самолюбие? Или просто страсть убивать, убивать и еще раз убивать?
Джайлс стоял перед ним.
— Ты что-то сказал?
— Мне поехать с вами или остаться?
— Ты будешь охранять ее светлость и поможешь, если ей что-нибудь понадобится.
В другой раз Джайлс, может, и протестовал бы, но не сейчас. Пока леди Реднор в доме, она в безопасности. Однако Реднор ехал в логово врагов, причем в настроении далеко не мирном. Кто знает, что может случиться. Джайлс посмотрел на Кейна. Было видно: тот ушел в себя, погрузился в раздумья. Сейчас лучше с ним не спорить.
А наверху, в одной из комнат, бродила Леа, собирая по углам разбросанную одежду мужа. Кого же спросить, где живут леди Лестер или леди Глостер? Кейн только что ушел, занятый своими проблемами. Ему сейчас очень трудно, а ведь Леа была бы рада целыми днями сидеть рядом с ним да утешать. Она вдруг улыбнулась — мысль, конечно, хорошая, только для этого пришлось бы забросить все домашнее хозяйство, не готовить еды, не стелить постели. Она открыла комод и покачала головой — везде пыль и обломки стеблей старых, выветрившихся трав. Ну, с пылью можно справиться.
— Элис! Бесси!
На пороге бесшумно появились две уставшие перепуганные девушки. Они путешествовали первый раз в жизни. Им пришлось ехать на повозке без рессор, а они-то ожидали приключений. Всю дорогу они не могли заснуть и не один раз сильно пожалели о своем любопытстве. Леа с сочувствием отнеслась к их жалобам, но это не помешало ей потребовать вычистить в доме все сундуки и ящики. Она сказала, что постарается вернуться побыстрее и помочь им.
— Я надеюсь, все уладится, и совсем скоро в доме появятся другие слуги и служанки. А если получится так, что вы все быстро сделаете, то мы пойдем на рынок и купим трав и камыша.
Последние слова прозвучали, по меньшей мере, странно, однако надо же с чего-то начинать в доме, где нет даже воды, и где трава в саду вымахала выше человеческого роста? Девушки принялись за работу, а Леа отправилась вниз. Она ступала робко, боязливо, но, оказавшись поблизости от комнаты воинов, ускорила шаги. Станут ли они слушаться ее? Мама всю жизнь старательно оберегала ее от их общества — не приведи Господи, дочь столкнется с каким-то из отцовых воинов. Леа никогда не забывала, что случалось с женщинами, которых никто не защитил…
— Джайлс! — позвала она. Ее нежный голос был настолько слаб, что не мог перекрыть разговор солдат. Однако один из них что-то все же услышал и выглянул наружу, а потом ткнул в бок соседа. В считанные секунды настала такая тишина, что было слышно, как где-то в углу скребется мышка. Леа спустилась еще на пару ступенек. Солдаты были в ужасе: лорд Реднор убьет любого из них, если вернется и найдет ее здесь. Но они не решались ей сказать единого слова: чего доброго, еще обидится.
— Джайлс! — вновь позвала Леа.
— Я здесь, миледи, — старый солдат поспешно пробирался через столпившихся подчиненных. — Не нужно вам тут ходить, — сказал он сердито.
«Интересно, — подумал Джайлс, — а как к таким нравоучениям отнесется лорд Реднор, если узнает». Ежели леди Реднор обидчива, то у него могут возникнуть большие проблемы с его светлостью.
— Ой! — воскликнула Леа. — А вам удобно подняться наверх? Мне очень нужно вас кое о чем спросить.
— Мне — да. Я такой старый, что гожусь вам в дедушки, — ответил он, предлагая ей руку. — А вот остальным нельзя, если лорда Реднора нет в доме. — Забавно, но ему приходилось светскую даму учить этикету…
— Да? — Леа помолчала, а потом добавила: — А как же я дам вам знать, что вы мне нужны, если сюда мне приходить нельзя, а милорд в отъезде?
Джайлс ничего не мог с собой поделать, но он ревновал эту девчушку к своему командиру. Он завидовал ему, хотя очень любил Реднора. Невинность этого ребенка обезоруживала его.
