Он сидел на стуле с прямой спинкой, скрестив руки на груди, глядя на нее. Он не выглядел счастливым.
— Как ты чувствуешь себя? — отрывисто спросил он.
И голос его не был счастливым. Она была уверена, что знала причину, но она не могла сейчас защищаться. Она закрыла глаза и попыталась снова войти в то состояние, которое вызвала анестезия. Но она проснулась… и все ясно осознала.
Ее спасло появление сестры. Она прогнала Брайена из палаты, потом проверила, сколько вышло у Сары крови, и измерила ей давление. Снимая манжеты с ее рук, сестра сказала:
— Как только вы помочитесь, я уберу все трубки.
«Что случится очень скоро», — подумала Сара, когда сестра вышла из палаты. Она ни за что не хотела бы это проделать в присутствии кого-нибудь. Как только закрылась дверь, она повернулась на бок, свесила ноги с кровати и встала. Тело ее было, как ватное.
Это простое, казалось бы, движение обессилило Сару. Ее колени были так слабы, что ноги совсем не держали. Она без сил опустилась на стул, на котором раньше сидел Брайен, и настороженно посмотрела на дверь. Эта процедура займет больше времени, чем она думала. Утомленная, она закрыла глаза.
Но тут же открыла их, когда дверь распахнулась и вошел Брайен с двумя банками содовой.
— Сестра сказала, что тебе можно немного попить воды, — сказал он, ставя банки на прикроватный столик. — Почему ты встала? — рявкнул он.
— Я иду в ванную комнату. Ты не возражаешь? — попыталась она рявкнуть в ответ, но получилось что-то вроде хныканья.
В глазах его появились смешинки.
— Надеюсь, не на моем стуле. Саре было не до смеха.
Он пристально посмотрел на нее.
— Тебе приходило-когда-нибудь в голову попросить о помощи?
— Я не нуждаюсь ни в чьей помощи, — пробормотала она упрямо, сердясь на него за то, что он был свидетелем ее слабости.
— И если ты не возражаешь, я бы хотела побыть одна.
— Я уйду с удовольствием, как только ты убедишь меня в том, что ты можешь самостоятельно дойти туда и обратно, — возразил Брайен.
Сара сердито посмотрела на него и рывком встала на ноги. Держась за край кровати, она постаралась сохранить равновесие. Все еще пошатываясь, она отвела руки за спину, чтобы запахнуть свою больничную рубашку. Осторожно сделала шаг вперед, кинув на Брайена, как она надеялась, уничтожающий взгляд.
Но он только поднял бровь и спросил:
— Ты ничего не забыла?
Она остановилась и смущенно посмотрела на него.
— Сделаешь еще шаг и опрокинешь все это «дерево», не говоря уже о том, что повредишь руку.
Сара опустила глаза и впервые увидела, что пластиковая трубка, прикрепленная к ее руке, сильно натянулась. Она отступила немного, содрогаясь при мысли о том, что игла могла распороть ее кожу.
Ее накрыла тень Брайена.
— Попробуй пойти, — сказал он. Она пошла.
Брайен шел рядом с ней, неся за ней всю систему. На полпути к ванной комнате она разжала нечаянно руки, держащие рубашку, и остановилась, качаясь на нетвердых ногах, пытаясь вновь соединить края.
Брайен обнял ее за талию.
— Не беспокойся об этой проклятой рубахе, я уже видел твой зад, — грубо сказал он.
Остатки гордости Сары рассыпались в пух и прах. Она громко всхлипнула. Никогда в жизни не чувствовала она себя такой уязвимой и незащищенной.
Брайен прижал ее к груди.
— Перестань бороться со мной, — прошептал он ей в волосы. — Хоть раз в жизни доверься мне, я знаю, что для тебя лучше. Позволь мне позаботиться о тебе.
Его слова вызвали тусклую искру гнева у Сары. Зачем он так сказал? Он всегда знал, что лучше для всех. Ее раздражало то, что на этот раз он был прав. Она хотела, чтобы о ней позаботились. Но из чувства противоречия Сара пыталась его оттолкнуть. Брайен весь сжался и отпустил ее. Колени ее подогнулись, но его руки поймали ее и помогли стать прямо. Сара не понимала, до какой степени Брайен был для нее поддержкой. Побежденная, она оперлась на него, принимая его помощь… только на один день.
Когда Сара вышла из ванной комнаты, кровать уже заменили на мягкий шезлонг. Усадив ее на шезлонг, Брайен налил содовую воду в пластиковую чашку и держал ее, пока она не выпила.
Пришла сестра, убрала всю систему и помогла ей одеться. Потом Сара поспала еще час. Когда она проснулась, она все еще чувствовала себя сонной и слабой, но мозг ее начинал проясняться.
Брайен ждал рядом, ничего не говоря, только глядел на нее, следя за каждым ее движением.
Вернулась сестра, измерив пульс и кровяное давление, сообщила, что Саре можно ехать домой. Пока Сара ожидала коляску, Брайен спустился вниз, чтобы взять выписку. Когда он вернулся, она уже была готова ехать.
По пути домой Сара делала вид, что спит. Она не хотела смотреть, как Брайен ведет машину, не хотела чувствовать, как правильно и естественно было сидеть рядом с ним. Так же естественно, как, проснувшись в больнице, увидеть его склонившимся над ней. Она не хотела думать о правах, которые он взял на себя только потому, что они провели тогда ночь вместе. И не хотела признавать, что не только одна та ночь дала ему эти права. Она сама предоставляла ему права на себя все двадцать пять лет. Он находился сейчас с ней по праву дружбы. Он принял на себя больше, потому что она дала ему больше. Теперь ей надо решать, как много она хочет дать еще и хочет ли она принять от него в ответ.
Проблема заключалась только в том, что она забыла, как это сделать. Никто никогда не заботился о ней так, как Брайен это делал в больнице. Даже когда родилась Стефани, между ней и ее бывшим мужем не было того доверия и интимности, которые возникли с Брайеном. Но ведь она и Чак всегда имели проблемы с интимностью. Это была одна из причин распада их брака.
Сара могла привыкнуть к интимности. Машина остановилась. Она приподнялась и огляделась, удивляясь тому, что они уже дома.
Оглянувшись, она заметила белый бумажный пакет на сиденье рядом с ним.
— Что это?
— Обезболивающие таблетки, — сказал Брайен, как бы между прочим. — Я в больничном киоске купил по твоему рецепту, после того, как получил выписку.
Сара не сразу поняла, что он рылся в ее сумочке. Но она не удивилась.
— Можно? — спросил он.
Сара кивнула. Для него больше не было ничего запретного. Он видел ее зад, прятался в ее душевой, оставил свои трусы в ее спальне и смотрел, как она спит.
Брайен вынул руку из сумочки, на пальце звякали ее ключи, потом положил в сумочку таблетки и перекинул ремень через плечо.
С ее сумочкой, свешивающейся с его плеча, он помог Саре выйти из машины и повел к дому, словно она была слепой.
Сара понимала, что такой и выглядит.
