Читаем без скачивания Противостояние - Дмитрий Шидловский

— Господин президент, — Маклай стоял навытяжку, держа у уха трубку телефонного аппарата, — противник начал артиллерийский обстрел нашей территории и частей, окруживших отряд противника.

— Перенести артиллерийский огонь в глубь территории противника и произвести авианалет с целью подавления ведущих огонь батарей, — сухо приказал Алексей. — С этой минуты на любое проявление эскалации конфликта будем отвечать адекватно.

Цанге, только что вызванный на переговорный пункт, ворвался в кабинет как вихрь.

— Товарищ президент, — доложил он, — противник обстреливает батареи на нашей территории. В наше воздушное пространство снова вошли самолеты противника.

— Черт! — Павел с силой ударил кулаком по крышке стола. — Артиллерии разрешаю открыть ответный огонь. Авиации отразить авианалет противника. Вход в воздушное пространство противника разрешаю. С этой минуты на каждый выпад противника отвечайте теми же методами.

— В таком случае позвольте ввести на территорию противника еще один батальон и увеличить захваченный плацдарм, — щелкнул каблуками Цанге.

— Разрешаю, — бросил Павел.

— Вы это серьезно? — склонил голову набок Григорьянц.

— Конечно, — поднял брови Павел. — Вылазка врага должна получить достойный отпор.

— Ну, тогда я в штаб, — неспешно поднялся на ноги и потянулся советский генерал. — Отдам приказ передвигаться к границе… На основании имеющихся у меня полномочий на случай агрессии стран Западного блока. Полагаю, это именно тот случай. Если уж решили в серьезную заваруху лезть, то без нас вам не обойтись. На границе-то у вас три приличных полка стоят, из той дивизии, что в Отечественную сражалась. А остальное… Западная армия не только многочисленнее вашей, но и подготовлена не в пример лучше. У них все, от капитана, с боевым опытом. А лейтенанты проходили обучение в военных училищах. Солдат своих они днями и ночами по полигонам гоняют, а не на стройках кирпичи класть заставляют. А у вас в народной армии, может, коровники строить и научились, но комсостав-то все из рабочей молодежи. С идеологической подготовкой у них все в порядке, а вот разберут ли, где фронт, где тыл, не знаю. Без нас вам никуда.

— Но вступление Советской армии в конфликт… — проговорил Павел.

— В данном случае находится в рамках договора о военном союзе и взаимопомощи, — проворчал генерал, повернулся на каблуках и вышел. За ним последовал Цанге.

Павел понял, что Григорьянц, как и Цанге, рад началу серьезного конфликта, в котором его роль возрастает безмерно, в котором он может уже не озираться на волю политического и идеологического руководства, который, возможно, открывает блистательную дорогу на вершины власти. Впервые за многие годы Павел по-настоящему испугался.

Петербургская белая ночь уже полностью вступила в свои права, когда в кабинет президента Североросской Республики вновь вошел генерал армии США О'Нейл, ненадолго выезжавший в свое посольство. Усталые от бессонницы и нервного напряжения лица воззрились на него.

— Позволено ли мне узнать, что произошло за полтора часа моего отсутствия? — осведомился американец.

— У третьей заставы идет бой частей пехоты, при поддержке минометов, артиллерии и авиации с обеих сторон. С нашей стороны участвуют еще и бронетранспортеры, — лениво проговорил Маклай. — Противнику удалось продвинуться еще на три километра в глубь нашей территории и выйти на приграничное шоссе. Принято решение перебросить в район конфликта танки. На новгородском направлении ничего не изменилось. Стороны смотрят друг на друга через прицелы заряженных орудий. Корабли Беломорской флотилии восточной Северороссии вышли на позиции для обстрела нашего берега. Мурманский торпедоносный авиаполк находится в высшей степени готовности и ждет приказа к атаке на суда противника. Данные радиоперехвата о передвижениях советских войск к границе вы, кажется, получили до своего отъезда. Четверть часа назад пришло подтверждение этой информации по каналам разведки генерального штаба.

— Ясно, — О'Нейл залихватски мотнул головой. — Я рад сообщить вам, господа, что мной получена санкция из штаб-квартиры НАТО рассматривать эти события как агрессию восточного блока против страны — члена НАТО. В связи с этим, я имею полномочия вступить в боевое соприкосновение с противником при первой же необходимости и просьбе с вашей стороны.

— Благодарю вас, генерал, — кивнул Алексей, — я этого ожидал.

«И боялся», — добавил он про себя.

Павел подошел к окну. На горизонте брезжил рассвет. Он почему-то вспомнил тот страшный рассвет двадцать пятого мая сорок первого года, когда рухнуло столько надежд, столько планов. Тот рассвет нес в себе ужас. Этот — серую тоску и безнадегу. Павел чувствовал себя водителем, отчаянно вертящим баранку медленно сползающего к обрыву грузовика.

— Что вы думаете обо всем этом, Кренц? — не поворачиваясь к единственному сидящему в его кабинете посетителю, проговорил Павел.

— Я думаю, — откашлявшись, произнес министр госбезопасности, — что если этого всего не остановить, уже к вечеру начнется третья мировая война. Ядерная, между прочим.

— Мы можем это остановить? — повернулся к нему Павел.

— Боюсь, уже нет, — отрицательно покачал головой Кренц. — Только если Москва…

Телефон на президентском столе тихо зазвонил. Павел быстрыми шагами подошел к аппарату и снял трубку.

— Молотов на проводе, — предельно усталым голосом произнес секретарь.

— Соединяйте.

В трубке щелкнуло, после чего Павел услышал голос своего бывшего начальника:

— Здравствуйте, товарищ Сергеев.

— Здравствуйте, Вячеслав Михайлович, — отозвался Павел.

— Я звоню из кабинета товарища Сталина, — скрежещущим голосом проговорил Молотов. — Только что закончилось экстренное заседание сокращенного состава Политбюро. Должен сообщить вам, что на заседании принято решение воспользоваться сложившейся в Северороссии ситуацией для упрочения позиций социалистического блока в Европе. В связи с этим мы решили предпринять определенные действия на внешнеполитической арене в ближайшие часы. Вам пока не рекомендуется существенно увеличивать зону конфликта, однако предлагается закрепить достигнутый военный успех в известном вам приграничном районе. Необходимо сообщить по радио о произошедшей вчера провокации западной военщины, приведшей к локальным стычкам на границе.

— Ясно, — с замиранием сердца произнес Павел.

Теперь он понимал, что весь этот конфликт стремительно становится составной частью очень большой игры… с непредсказуемым финалом.

— Мы не можем пока точно прогнозировать, — продолжил Молотов, — как будут развиваться события, однако Политбюро считает, что вам целесообразнее перегруппировать войска в соответствии с планом «А». Соответствующие распоряжения товарищу Григорьянцу уже направлены. Товарищ Сталин считает, что мы не можем упускать столь удачный политический момент. Противник проявился как явный агрессор, а Советский Союз имеет явное преимущество в численности войск и всех видах сухопутных вооружений. Вы меня поняли, товарищ Сергеев?

— Понятно, будет сделано, — проговорил Павел, опускаясь в кресло.

Ему вдруг стало душно настолько, что он резким движением ослабил галстук и расстегнул ворот рубашки. В голове пульсировала мысль: ««А», атака, наступление… Третья мировая». В трубке уже звучали короткие гудки.

Алексей посмотрел на часы. Было пять минут одиннадцатого утра. Его кабинет, давно переставший напоминать тихое рабочее помещение и превратившийся в зал, в котором постоянно совещались, спорили, курили и даже дремали люди, пропитался запахом табака и кофе. Телефон на столе тихо запел. Алексей мгновенно схватил трубку.

— Президент США, — коротко доложил секретарь.

— Соединяйте.

— Здравствуйте, господин Татищев, — услышал он вскоре скрежещущий голос Трумэна.

— Здравствуйте, — отозвался Алексей по-английски.

— У меня для вас важные новости, — сообщил Трумэн. — Советский Союз, основываясь на происходящих на вашей границе событиях и обвиняя НАТО в агрессии, выдвинул нам ультиматум с целым рядом неприемлемых условий. Одновременно советские танки вышли к границе Западного Берлина и максимально выдвинулись на запад, соблюдая боевые порядки. Я принял решение не идти на поводу у Сталина. Только что мной отдан приказ о приведении всех воинских частей США в Европе и Азии в состояние полной боевой готовности. Уже сейчас на самолеты стратегической авиации, базирующиеся в Европе, идет погрузка специальных бомб. Вы меня поняли? Мы не оставим вашу маленькую страну в беде.

— Господин Трумэн, — почти прохрипел Алексей, — вы отдаете себе отчет…

— Разумеется, — щелкнула трубка. — Глупо упускать такой благоприятный политический момент. Противник выглядит явным агрессором, а Западный блок имеет решительное преимущество в ядерном и военно-морском потенциале. В общем, как только в Берлине прозвучит первый выстрел, считайте, что вашего новгородского недруга Сергеева уже нет в живых. Мои летчики позаботятся об этом. Желаю удачи.