Брэна остановились на Джаде, и он злобно усмехнулся.
— Кого-то вроде тебя, сладкие щечки?
Джада рассмеялась.
— Ты бы со мной не справился.
— Тем не менее, должен сказать, звучит увлекательно. — сказал Брэн. Взгляд, которым он одарил Джаду, заставил меня почувствовать себя незваной гостьей.
— Мне кажется, нас не представили друг другу, красавица. Я Брэн. — он протянул ей покрытую татуировками руку. — А ты?
Джада ухмыльнулась в его сторону, крутя нож между пальцами.
— Не в твоей лиге, — закончила она за него.
Усмешка мужчины говорила о том, что его едва ли отпугнули ее колкости.
Я прочистила горло, чтобы снять напряжение.
— Я схожу в дамскую комнату.
— Хочешь, чтобы я снова придержала для тебя платье? — лениво спросила Джада, снова сосредоточившись на маленьком ноже, который она любила носить с собой.
— Нет!
Я покраснела и встала, повернувшись, чтобы уйти, но чуть не упала, когда мое тело столкнулось с телом Ренато. Его глаза были прикованы к Брэну и Куинн.
— Поздравляю, Рен. Должен признаться, когда Нико сказал, что ты женишься, я не смог себе этого представить, но вот она здесь, и она прекрасна. Слишком прекрасна для тебя. — нараспев произнес Брэн.
Ренато взял мою руку в свою, не поддавшись на уловку.
— Думаешь? Если позволишь, я собираюсь потанцевать со своей женой. — просто сказал он и повел меня на танцпол.
Оркестр приостановил свою игру, и заиграл вальс, как только мы вышли на середину танцпола.
— Я не умею танцевать. — забеспокоилась я, когда Ренато притянул меня к себе.
— Это неважно. Я поведу, а ты следуй за мной, прямо как в жизни. — сказал он и ухмыльнулся, когда я уставилась на него. — Ах, вот и она. Мне весь день не хватало этого сердитого взгляда.
— Что это значит?
Он с легкостью повернул меня, и я обнаружила, что он был прав. Мне не нужно было многого делать, лишь ступать так, как он вел меня.
— Это значит, что ты показываешь мне ту часть себя, которую прячешь от многих других. — он раскрутил меня, и я чуть не споткнулась о свое длинное платье. Его руки сразу опустились на мою талию и удержали меня от падения. — Мне это нравится.
— Что я могу сказать? Думаю, ты просто пробуждаешь во мне худшее. — пробормотала я сквозь стиснутые зубы.
— Это талант, — согласился он, заставив меня улыбнуться своим легким принятием моего обвинения.
Мы продолжали танцевать, и ощущение того, что сотни глаз наблюдают за мной, не покидало меня. Все смотрели, осуждали, гадали, что же, черт возьми, произошло между нами, что привело нас к этому моменту.
— В чем дело? — спросил Ренато, уловив перемену в моем настроении.
— Я ненавижу быть в центре внимания. Сегодняшний день — мой кошмар, все смотрят на нас.
— Я думал, это кошмар, потому что ты выходишь за меня замуж?
Я моргнула, глядя на него и его самодовольную ухмылку.
— Ты все еще возглавляешь список, не волнуйся.
Некоторое время мы танцевали в тишине, и постепенно я осознала, что от тепла его рук на моей спине меня пробирает дрожь. Его запах и тоска по нему, как только он отстранялся, преследовали меня. Всего этого было слишком много. Но в то же время, этого было достаточно. Это было больше, чем я когда-либо ожидала от жизни. Это было всё, что, как я надеялась, никогда со мной не случится. Мысли о копах и Люси ненадолго отступили, и я стала просто женщиной, которая вышла замуж за мужчину, вывернувшего ее сердце наизнанку, даже не подозревая, что это значит. Я боялась его и хотела в равной степени.
Более того, когда я стояла там, под интимными огнями, танцуя в объятиях этого мужчины, я чувствовала, что судьба наконец-то настигла меня. Что на самом деле все это было неизбежно.
Это не должно было так успокаивать.
Глава 21
Чарли
Несмотря на то что это был самый длинный день в моей жизни, когда мы подъехали по длинной, извилистой дорожке к Casa Nera, я увидела, что он еще не закончился. В темноте дом светился, как рождественская елка.
— Что происходит? — поинтересовалась я. Во дворе перед домом собралось огромное количество мужчин.
— Семья пришла выразить свое почтение. — ответил Ренато. Он совсем не выглядел усталым. Если уж на то пошло, в нём чувствовалась какая-то беспокойная энергия, как будто этого дня ему было недостаточно. Видимо, требовалось нечто большее, чем просто свадьба, чтобы утомить его.
Элио остановился возле дома, и более сотни голов повернулись в нашу сторону, когда мы вышли из машины. Ренато взял меня за руку, чтобы помочь выбраться, поддерживая меня на шатких каблуках и в облегающем платье.
Когда мы встали рядом, освещенные луной, раздались аплодисменты, охватившие всю группу собравшихся мужчин. Я оглядела толпу. Они улыбались, подбадривали и выкрикивали поздравления.
Сверху раздался громкий взрыв. Гангстеры явно ожидали этого, поскольку никто не вытащил оружие. Я подпрыгнула от испуга, и рука Ренато обвилась вокруг меня. Он был таким твердым и теплым. Я подняла голову и улыбнулась, глядя, как в небе вспыхивают фейерверки, ослепленная этим зрелищем.
— Что скажешь, bambina? — спросил меня Ренато. В его глазах отражались огни цвета драгоценных камней, и было трудно оторвать взгляд.
— Это прекрасно. — пробормотала я.
— Да, так и есть. — согласился Ренато, не сводя с меня глаз.
Мы наблюдали за фейерверком, пока не прозвучал звонок.
— Пора идти внутрь.
Ренато обнял меня за плечи и повернул к дому.
— Куда теперь? Этот день когда-то закончится? — спросила я. — Не знаю, как долго еще выдержат мои ноги.
— Не проблема, — ответил он и, не говоря больше ни слова, подхватил меня на руки, чтобы переступить через порог.
Мое сердце едва не выпрыгнуло из груди. Слишком много чувств бурлило во мне прямо сейчас. Шок, растерянность, страх и что-то еще. По ощущениям это было очень похоже на облегчение. Отлично, меня сделали такой же сумасшедшей, как все в этом доме.
— Теперь ты можешь опустить меня. — пробормотала я ему, пока он нес меня через дом.
— Возможно, но не стану. — голос Ренато был спокойным и глубоким.
Его уверенное объятие каким-то образом успокаивало меня. Я должна была бояться этого мужчину, но его хватка заставляла меня чувствовать, что я никогда не упаду.
— Потому что? — спросила я, изучая место, где его накрахмаленный воротник соприкасался с загорелой шеей. Оно выглядело определенно съедобным. Он был слишком соблазнителен; это было действительно несправедливо.
— Я не хочу, — ответил он.
Затем мы направились в самую большую комнату в Casa Nera. Мне всегда было интересно,
