Устранение Старой гвардии являлось одним из главных условий победы темных сил…
Настал срок вспомнить офицеров русской императорской гвардии, сражавшихся на поле чести в Великую войну. Сегодня имена многих из них незаслуженно забыты, а иные оболганы. Чем восстановим мы память о них? Не дежурным славословием, приуроченным к исторической дате, не выспренными, трескучими фразами, затертыми до неузнаваемости чрезмерным употреблением.
Пришло время для обстоятельного рассказа о боевых делах тех, кто столетие назад дал яркий пример доблести, мужества и благородства.
Глава 1. Начало Великой войны
По давней традиции лейб-гвардии Преображенский и другие полки Петербургского гарнизона с первых чисел мая отбывали лагерные сборы в Красном Селе. 7 (20) июля 1914 года с целью дипломатических переговоров Санкт-Петербург посетил президент Франции Раймон Пуанкаре. По этому случаю в Красном Селе состоялся парад. Государь в походной форме лейб-гвардии Преображенского полка верхом объезжал войска, построенные на военном поле. Его сопровождал экипаж с французским президентом и императрицей. Затем полки прошли церемониальным маршем, давая понять высокопоставленному гостю о мощи русской армии.
После парада стало известно о забастовках рабочих в столице. 11 (24) июля поступило известие, что Австро-Венгрия предъявила Сербии ультиматум. 12 (25) июля император назначил флигель-адъютанта полковника графа Игнатьева командующим лейб-гвардии Преображенским полком. Он сменил генерал-майора князя Оболенского[332], который долгое время болел. На другой день пришел приказ немедленно отправить преображенцев в Петербург на зимние квартиры. Несение полицейской службы и охраны на промышленных предприятиях тяготило лейб-гвардейцев, так что настроение у них во время перехода было невеселое. Когда полк 13 (26) июля проходил мимо Путиловского завода, рабочие в большом количестве высыпали на улицу и провожали солдат хмурыми лицами. У всех еще свежи были воспоминания о событиях революции 1905–1907 годов.
Ведя учебную роту мимо заводских ворот, штабс-капитан Кутепов явно ощутил, как чьи-то враждебные глаза жгут ему спину. Он невольно обернулся. Откуда у этих людей такая ненависть к нему? Кто взращивал ее зерна в их душах?.. На память пришел разговор с группой агитаторов, арестованных им в Иркутске осенью 1905 года. Он тогда возвращался с фронта. Эшелон с трудом продвигался по охваченной революционными волнениями Сибири, а в Иркутске – застрял. Но А. П. Кутепов не растерялся, вместе с сослуживцами арестовал местный революционный комитет и добился отправки своего эшелона.
Граф Н. Н. Игнатьев
Штабс-капитан А. П. Кутепов
Тогда, двадцатитрехлетним подпоручиком, он впервые понял сущность революционеров. Ими движут авантюризм, нереализованные амбиции, желание выделиться любой ценой. Отсюда – враждебная риторика, завышенная самооценка, нигилизм. По способу мышления – это адепты мировой анархии. Они чувствуют себя уютно на свалке взглядов. Их питательный бульон – деструктивная среда. В спокойные времена их процент в обществе не велик. Это маргинальные группы. Но, как только забрезжит заря очередного социального кризиса, – они тут как тут! Они неутомимы в стремлении выделиться. Они умеют раздуть конфликт, использовать даже мелкий промах законной власти. Их желчные речи разъедают общественное сознание. Им свойственен ультимативный тон диалога, высокий градус агрессии, фарс. Консерваторов они называют ретроградами, либералов – экстремистами. Мастера навешивать ярлыки, эмиссары развала – они сбиваются в стаю. А стае нужен вожак – под стать им. Что скрыто за его соблазнительными лозунгами и жаркими фразами о всеобщем равенстве и братстве? Что хочет он взамен естественного, Богом данного пути развития?.. Пещерное насилие, ведущее к рекам крови, океанам слез! Вождь, чье имя на устах у многих, – не просто лжец. Он – отец лжи!.. Штабс-капитан Кутепов перевел взгляд на своих дюжих солдат. От этой силы веяло уверенностью и спокойствием. Нет! Пока жива Старая гвардия, революции не будет…
Тем временем международные события развивались стремительно. Мир стал непрочным. Каждый день приносил новые тревожные известия.
11 (24) июля. Австрия обвинила Сербию в соучастии в убийстве эрцгерцога Франца-Фердинанда и предъявила ей неприемлемый для суверенного государства ультиматум с требованиями: произвести чистки госаппарата и армии от офицеров и чиновников, замеченных в антиавстрийской пропаганде; арестовать подозреваемых в содействии терроризму; разрешить полиции Австро-Венгрии проводить на сербской территории следствия и наказания виновных в антиавстрийских действиях. На ответ было дано всего 48 часов. В тот же день Сербия начала мобилизацию и ответила согласием на все требования Австро-Венгрии, кроме допуска на свою территорию австрийской полиции. Одновременно королевич-регент Сербский Александр обратился к русскому императору с мольбой о помощи и защите. «Мы не можем защищаться. Умоляем Ваше Величество оказать нам помощь возможно скорее. Твердо надеемся, что наш призыв найдет отклик в Вашем славянском и благородном сердце». И Николай II ответил обещанием заступиться за сербский народ.
Для России Сербия находилась в поле исторической ответственности. Мало кто верил тогда в возможность войны, но ясно было, что Россия не будет пассивным наблюдателем в случае развития военного сценария. Вечером 11 (24) июля в Красном Селе, с участием начальника Генерального штаба генерала Н. Н. Янушкевича[333], состоялось заседание Совета министров, на котором было утверждено – принять на случай мобилизации следующие меры: 1. Ввести во всей империи «Положение о предмобилизационном периоде». 2. Объявить крепости и некоторые пограничные районы на военном положении. 3. Вернуть войска из лагерных сборов в места их постоянных стоянок. 4. Ввиду некомплекта в войсках по штату мирного времени младших офицеров, произвести юнкеров старших курсов в офицеры.
С 12 (25) по 14 (27) июля. 12 (25) июля официальная газета военного ведомства «Русский инвалид» опубликовала предупреждение: Россия следит за ходом переговоров между Австрией и Сербией и не останется сторонним наблюдателем, если достоинству и целостности единокровного сербского народа будет грозить опасность. С 12 (25) по 14 (27) июля шли напряженные дипломатические переговоры, обмен нотами русского правительства с Австрией и Германией. Предложение русского императора передать австро-сербский конфликт на рассмотрение Международного арбитражного трибунала в Гааге было отвергнуто.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
