рвануть со стартовой линии вовремя, и следующие «Газели» одна за другой тоже стали выскакивать на трассу – обыкновенные городские улицы, многолюдные тротуары которых обнесли красными ленточками. За этими ленточками стояли не только зрители. В этой толпе скрывались участвующие в гонке «пассажиры». Только им дозволялось выходить на проезжую часть и взмахом руки останавливать маршрутки. Предотвращать появление на трассе посторонних должны были сотрудники милиции, равномерно расставленные на протяжении всего маршрута гонки.
– Михаэль Шумандер стартова-ал! – заглушаемый рёвом двигателя и визгом буксующих колёс, прокричал в микрофон Шахов.
Ярко-красная «Газель» чемпиона «Формулы-1» присела на задний мост и выстрелила со старта. Вдавив акселератор в пол, Шумандер защёлкал рычагом коробки передач, и вскоре стрелка спидометра упёрлась в ограничитель. С такой скоростью маршрутные такси не водили даже самые отъявленные джигиты! В первом же повороте боковые колёса микроавтобуса оторвались от земли, и Михаэль, балансируя на грани опрокидывания, обогнал две маршрутки, стартовавшие ранее. Но тут, практически на перерез его машине, выскочил голосующий пассажир-каскадёр. Шумандер ударил по тормозам. От столь интенсивного замедления журналиста бросило вперёд, и, если бы не ремень безопасности, Шахов вылетел бы из маршрутки через лобовое стекло. Секундная остановка, и Миша снова почувствовал себя во взлетающем самолёте. Пассажир протянул плату за проезд. Не отрывая взгляда от дороги, Шумандер правой рукой принял монеты, на ощупь определил их номинал и также ощупью набрал в сумке-напузнике сдачу. Конечный расчёт с пассажиром происходил уже в новом обгоне, а за обойдённой «Газелью» махал рукой следующий клиент. Михаэль грубо подрезал опережённого соперника, и даже сквозь визг тормозов Шахов услышал нелицеприятные отзывы с сильным южным акцентом. В машину гонщика запрыгнул второй пассажир, и маршрутка свернула в улочку с очень узкой проезжей частью.
Справа и слева обозначились газоны, чуть позеленённые молоденькой травкой, а впереди уверенно мчал очередной конкурент. Возможность для обгона отсутствовала, но вдруг справа, вспахивая нежную травяную поросль, возник подрезанный Шумандером водитель. Он, во что бы то ни стало, пытался взять реванш.
– Это не по правилам! – закричал Михаэль. – Он нарушает правила!
– Михаэля Шумандера кто-то пытается обогнать по газону, – сообщил Шахов радиослушателям. – Михаэль говорит, что это не по правилам… Михаэль! – улыбнулся журналист к гонщику. – Вождение маршрутного такси и правила – две вещи несовместные.
– Тогда я тоже отступлю от них! – гонщик со злостью воткнул низшую передачу и втоптал педаль газа.
Любитель ездить по газонам уже почти обогнал Шумандера и собирался вернуться на проезжую часть, но чемпион мира, мгновенно поравнявшись с ним, был готов на таран. Нервы нарушителя сдали, он резко затормозил. Маршрутку, левые колёса которой находились на сухом асфальте, а правые – на мокрой земле, моментально развернуло поперёк дороги. Она размеренно качнулась и… медленно завалилась на бок.
– Только что, – с волнением в голосе возвестил Шахов, – водитель, пытавшийся обогнать Шумандера по газону маршрутки, потерял управление и опрокинулся. Надеюсь, данный инцидент не останется без внимания служб экстренной помощи, а Михаэль… Он выезжает на набережную и обгоняет ещё одну «Газель». Стартовав десятым, он уже двигается шестым. О-о-ох! Какое торможение! Мы берём ещё одного пассажира, и выскакиваем на мост. Снова обгон! Да мы не едем – мы летим! Оказывается, маршрутное такси способно летать. Если так, то это самый современный и маневренный вид общественного транспорта, способный не объезжать, а облетать уличные пробки…
– Михаэль, – вдруг прервался Шахов, выключив микрофон. – Ты пропускаешь пассажиров.
Действительно, в азарте гонки увлечённый обгонами чемпион проигнорировал уже двух голосующих людей в спортивных комбинезонах.
Кивнув на замечание журналиста, Шумандер чуть сбавил скорость и стал собирать пассажиров, как грибы. Однако, замечая в зеркале заднего вида приближающихся конкурентов, он молниеносно уходил в отрыв.
Когда в маршрутке не осталось свободных мест, а все соперники оказались позади, Михаэль разогнал маршрутку до двухсот километров в час и понёсся на «конечную» остановку. Стиль езды гонщика впечатлял своей рискованностью, и лица пассажиров-каскадёров приобрели выражение готовности к экстремальным ситуациям. Однако тревога была напрасной. В месте высадки пассажиров Михаэль затормозил с плавностью водителя персонального лимузина, и через минуту салон маршрутки опустел.
– Что-то меня укачало, – Шахов снял шлем и потёр виски. – Я пересяду в салон?
Михаэль вновь отреагировал только кивком. Он выглядел, как настоящий водитель маршрутки, только что высадивший пассажиров на «кольце». Для полноты картины ему надо было лишь закурить сигарету, пожевать бутерброд и пересчитать деньги. Но Михаэль Шумандер не курил и принимать пищу за рулём не намеревался. Более того, в отличие от громко матерившихся в открытые окна соперников он на протяжении гонки не произнёс ни слова. Возмущение ездой по газонам явилось единственной репликой чемпиона «Формулы-1».
Мишина просьба о перемещении в середину микроавтобуса обуславливалась не только стремлением Шахова подступиться к спрятанным картинам. Перегрузки во время соревнований оказались столь значительными, что журналист невольно ощутил последствия вчерашнего застолья с Барбарой.
«Не хватало только разблеваться на мероприятии!» – с тревогой подумал Миша, переваливаясь через передние сидения в пассажирский отсек.
Маршрутка помчалась на «кольцо», представлявшее собой несколько разворотов с последующим выездом на завершающий, скоростной участок. Микроавтобус на данном этапе гонки шёл пустой, без пассажиров, однако простым данный отрезок трассы назвать было нельзя из-за обилия крутых поворотов на извилистых улицах.
Продолжая знакомить слушателей «Радио Фокс» с обстоятельствами соревнований, Шахов достал инструмент и начал аккуратно отделять фрагмент обшивки, за которым были спрятаны картины. Он уже почти добрался до полотен, как сильный боковой удар и стон Шумандера заставил Мишу вздрогнуть и выронить стамеску.
– Что случилось? – громко спросил он, прерывая связь с радиостанцией.
– Чёрт! Чёрт! Чёрт! – кричал Шумандер, прижимая к животу кисть правой руки. – Я, кажется, выбил себе сустав!
Во время одного из разворотов чемпион «Формулы-1» неверно заложил радиус и «Газель» ударилась о бордюр передним колёсом. На небольшой скорости и при заводском рулевом управлении такая ошибка к травме не привела бы, но здесь обстоятельства были иными. И на старуху бывает проруха! Чемпион «Формулы-1» сбросил скорость почти до автобусной и, корчась от боли, едва удерживал машину одной рукой.
– Михаэль, пересаживайся! – почти приказал Миша.
– Что? – не оборачиваясь, простонал Шумандер.
– Я поведу! Тормози – поменяемся местами! – Шахов бросил инструмент и почти оторванную обшивку, и метнулся к водительскому месту.
– Это невозможно! – будто кланяясь рулю, простонал гонщик. – Это нечестно… Я должен сойти с дистанции… – он нажал на тормоз, и «Газель» остановилась.
– Ты сходишь с дистанции, а я везу тебя в больницу! – хлопнул его сзади по плечу Шахов. – Согласен? Тогда переползай направо!
Поверив журналисту, гонщик переместился на правое переднее кресло.
– Подожди! – спохватился он, когда Михаил уже
