class="p">— Черт, — проскулила я, пряча лицо в ладонях. — Ну разве так могло быть?..
— Все может быть, — спокойно заявила подруга. — Яна, не впадай в панику раньше времени.
Только две полоски на тесте проявились так ярко, что сомнений в диагнозе не осталось. У меня подкосились ноги, а Маша потянулась за бутылкой вина:
— А вот теперь можно…
***
Ночь вышла бессонной. Половину мы просидели с Машей в кухне. Я — с безалкогольным вином, она — с обычным. Главный вопрос не нужно было даже произносить. Он висел в воздухе, пропитанным отвратительным запахом пряного мяса и сырной корочки. И проветрить его не удавалось.
Игорю, конечно, надо сказать… Но это заботило в последнюю очередь. Почему-то я считала себя ответственной за произошедшее. Значит, мне и решать как быть. О том, что от Игоря у меня будет волчонок, а не ребенок, я старалась не думать.
Утром Маша взяла меня с собой в клинику на диагностику и подтверждение результатов теста. Я собралась на автомате и только в машине подумала, что мне может быть нельзя в обычную клинику. Вдруг там что-то иначе происходит? А если сказать Иве? Нужно спросить у нее, что мне можно, а чего нельзя, иначе можно наворотить дел.
Еще полпути я составляла для нее сообщение.
«Мне нужно пособие по рождению оборотня».
Это я удалила сразу.
«Мне нужен твой совет. Кажется, я беременна».
Звучало как-то неуверенно. А учитывая деятельный настрой подруги Игоря, с нее станется еще и вынудить меня приехать к ней и отдаться в ее деятельные руки. Ну уж нет. Надо было сразу давать понять, что главная во всем этом только я!
«Ива, привет. Кажется, я беременна. Можно ли мне обследоваться в обычной клинике?»
Когда отправила последнюю редакцию сообщения, подумала, что надо было попросить не говорить ничего Игорю. Но, думаю, Ива и сама понимает, что это не ее дело. Она не похожа на ту, кто беспринципно вмешивается в чужую жизнь. Вчерашняя попытка устроить нам с Игорем свидание не в счет. Они с Давидом были в отчаянии.
Ива сразу же перезвонила.
— Яна, привет, — прозвучала она хрипло. — Тест сделала?
— Да, — ответила спокойно.
— Нужно сделать узи.
— Еду как раз.
— Ты не одна? — поняла она правильно.
— Да.
— Спокойно обследуйся, никаких отличий не будет. Беременности абсолютно идентичны. Дети не оборачиваются еще некоторое время после рождения. Так что не бойся ничего. — Я прикрыла глаза, чувствуя, как задрожало все внутри. — Или… ты еще не решила ничего? — спохватилась она.
— Еще не решила, — сдавленно прошептала я.
— Ладно. Конечно. Ты подумай…
— Ив, а что по препаратам? — спохватилась я, забывшись, что рядом Маша. — Они могут повлиять?
— Я уточню и перезвоню тебе, хорошо? Но вряд ли. Не дают в реабилитации таких препаратов, которые могут оказать действие…
Я не стала уточнять, почему так. Меня затопили эмоции: растерянность, обида, тоска, страх. Хоть сказала Иве, что не решила, но варианта избавиться от ребенка даже не возникало. Только Ива этого не знала.
— Ян, но Игорь должен знать. Что бы ты ни решила.
С губ сорвался презрительный смешок.
— Думаю, он дал понять, что его это все уже не касается, — зачем-то съязвила я. — Но, конечно, можешь ему сказать. Я не против.
— Думаю, сказать нужно тебе.
— Я не хочу, Ива. Не думаю, что Игорю на самом деле вообще стоит знать, он и так не справляется.
— А ты?
— Я справлюсь, — пожала плечами. — У меня к себе претензий нет.
Я обязательно справлюсь.
Уверенность в этом вдруг затопила, наполнила радостью, расслабила и дала смысл. Не то чтобы у меня его не было… Но просто теперь сделать вид, что ничего не случилось, точно не выйдет. Мне придется узнать все о новом мире и ребенке, который у меня будет. О том, как его родить, воспитать и принять. Он же не виноват, что мы с Игорем так облажались. И пора бы уже перестать лажать. Мне. Нужно вернуться на работу, чтобы я могла обеспечить себя и ребенка в будущем.
— Ян? — позвала меня подруга, когда мы остановились на перекрестке. — Что-то случилось?
— Я просто решила рожать.
— Отлично, — улыбнулась Маша. — Слушай, мы справимся. Если надо будет, я буду помогать. И жить можешь у меня. Ксеня уже не вернется, мы с ней разругались вдрызг.
Я благодарно улыбнулась:
— Спасибо.
Про подругу Маши я была в курсе — они разъехались как раз перед моей «аварией». Ксения съехала к бойфренду, которого Маша терпеть не может. Она предрекала, что та еще попросится обратно, а благодаря мне будет повод ее отшить.
Меня же ковыряла единственная мысль, которая подрывала решимость: нужно сказать Игорю. Ива права. Только предсказать, как он себя поведет, сложно. А вдруг вообще окажется против ребенка, потому что не желает продолжать со мной отношений? А могу ли я в этом случае решать судьбу малыша без отца? А может ли он его забрать? Нужно будет как-то выяснить все подробности, прежде чем сообщать Игорю новость.
Беременность подтвердилась. По узи все было хорошо, анализы тоже в норме. Только токсикоз вернулся, когда мы с Машей собрались пообедать.
— Может, сгонять за маринованными помидорками? — тихо поскреблась подруга в двери уборной.
— Было бы неплохо, — выдавила я, отдышавшись, и потянулась за бумажным полотенцем.
Подумалось, что это не Маша должна бегать за помидорами сейчас. Я усмехнулась идее сообщить Игорю, что мне срочно нужны маринованные помидорки в собственном соку. И предложить догадаться зачем. Но, вспомнила, чьей была дурость залезть на него в автомобиле без презерватива, и креативность сошла на нет.
Приведя себя в порядок, я написала Иве, что обследования все подтвердили и мой диагноз: беременность сроком четыре недели. И что жду от нее информации по препаратам. И что Князеву я скажу все сама. Скоро. Не знаю когда именно, но скажу.
«Ты же еще не рассказала?» — отправила вопрос вдогонку.
Ива промолчала. Наверное, на операции. Или просто в шоке от моего сообщения. А может, она уже сказала Князеву?
Когда мобильный завибрировал, я вздрогнула. Но это был всего лишь звонок от мамы.
— Яна, ты когда будешь?
А я совсем забыла, что обещала приехать. Какой же бардак в моей жизни! Но почему
