Вторая часть долгосрочного плана Кима Состояла в том, чтобы по возможности приглушить и затушевать свои ставшие широко известными коммунистические симпатии, ослабить или вовсе порвать связи с прежними друзьями и знакомыми по левому движению. К удивлению многих, Ким отходит от активной работы в социалистических организациях, что породило слухи о том, что его взгляды резко поправели.
Порывая старые связи с друзьями, Ким заводит новые знакомства в кругах, которые отличаются явным антикоммунизмом. Он становится членом «Англо-германского братства», откровенно прогерманской организации, объединявшей английских фашистов, фанатичных антикоммунистов, крайних консерваторов и эксцентричных аристократов. Президентом «братства» был лорд Маунт-Темпл, а почетным секретарем господин Теннант, лондонский бизнесмен, отличавшийся мистическим поклонением Гитлеру и нацистскому режиму. Обильные обеды и роскошные приемы, устраивавшиеся «Англо-германским братством», привлекали к нему и многих известных политиков, которые не то чтобы приветствовали фашизм как привлекательную модель для Великобритании, но видели в гитлеровской Германии и нацистском режиме стабилизирующую силу в Европе и надежный барьер против международного коммунизма и мировой революции.
Очень скоро Ким Филби стал заметной фигурой в «Англо-германском братстве», играл активную роль в работе его совета и комитетов. Он стал постоянным посетителем германского посольства в Лондоне, его имя мелькает в списках приглашенных на приемы и светские рауты. Деятельность Кима в «Англо-германском братстве» позволила ему не только «сменить политическую окраску», но и испытать свои способности разведчика. Проникновение в «братство» явилось первым заданием советской разведки, которую в этот период чрезвычайно интересовали официальные и тайные контакты между Англией и Германией. Ким успешно справился с этим заданием и стал источником ценной информации о настроениях в правящих кругах Англии в отношении гитлеровской Германии. Новая роль молодого журналиста, симпатизирующего нацистскому режиму в Германии, была исполнена Кимом настолько естественно, что вскоре он получает предложение основать торговый журнал «братства», издание которого финансировалось бы германским министерством пропаганды. Журнал должен был способствовать улучшению отношений между Англией и Германией и создавать более благоприятный образ третьего рейха среди английской общественности. Несколько раз Ким летал в Берлин и вел переговоры относительно создания журнала с представителями министерства пропаганды и тогдашним германским послом в Лондоне фон Риббентропом.
В июле 1936 года после мятежа генерала Франко в республиканской Испании началась гражданская война.
Ким Филби получает от руководства советской разведки новое боевое задание — отправиться на захваченную фалангистами территорию и получать из первых рук информацию о всех аспектах военной помощи нацистской Германии и фашистской Италии силам генерала Франко. Для выполнения этого задания Киму было необходимо, прежде всего, надежное «прикрытие», которое, с одной стороны, оправдывало бы его появление в районе боевых действий, а, с другой — позволяло бы собирать интересующую его информацию. Идеальным с обеих точек зрения было бы положение журналиста. Проявив изрядную изворотливость и изобретательность, Ким убедил руководство телеграфного агентства Лондон дженерал пресс в необходимости направить в Испанию военного корреспондента и предложил свои услуги. В феврале 1937 года с рекомендательным письмом этого агентства Ким прибыл в штаб-квартиру фалангистов. Однако положение корреспондента мало кому известного телеграфного агентства не удовлетворяло Кима. Его мечтой было стать военным корреспондентом солидной лондонской «Таймс», респектабельного органа консервативных кругов Англии, отличавшихся профашистскими симпатиями. По собственной инициативе Ким направил несколько материалов в «Таймс». Вскоре одна из статей Филби была опубликована, а затем «Таймс» направила ему приглашение стать вторым военным корреспондентом в Испании, что, безусловно, было большой честью для двадцатипятилетнего начинающего журналиста.
Но успешное начало журналистской карьеры Филби чуть было не завершилось печальным финалом. 31 декабря 1937 года Ким вместе с группой иностранных корреспондентов отправился из Сарагоссы в район ожесточенных боев с республиканцами у Теруэля. По дороге они остановились на отдых в небольшой деревушке Кауде. Сидевший за рулем испанский офицер вышел из машины перекурить. Ким Филби, его коллега из агентства Рейтер и два американских корреспондента остались в машине — было холодно. Внезапно в нескольких сотнях метров грохнул взрыв. На него не обратили никакого внимания. Деревушка находилась на линии фронта между республиканцами и фалангистами и артиллерийские обстрелы были здесь обычным делом. Второй снаряд разорвался рядом с машиной. Из трех попутчиков Кима один был убит на месте, два других тяжело ранены. Оба скончались несколькими часами позже. Каким-то чудом Ким Филби остался жив, отделавшись всего лишь несколькими царапинами. В тот же вечер он вернулся в Сарагоссу. Там его встретили, как героя. Сообщение о гибели иностранных журналистов в деревне Кауде облетело всю европейскую печать. Коллеги отдавали должное поведению Филби в этом трагическом эпизоде, его хладнокровию и выдержке. Сам Ким очень сдержанно описал случившееся в скромной корреспонденции, опубликованной в «Таймс» и явно преследовавшей цель: ослабить внимание к собственной персоне. Однако генерал Франко решил использовать это печальное событие в своих политических целях. Он наградил Кима Филби и посмертно трех погибших корреспондентов «Красным крестом за воинскую доблесть». Вскоре Ким был приглашен на прием к генералу Франко, и тот лично вручил ему награду. Неожиданно приобретенная известность сослужила Киму хорошую службу. «Ранение в Испании и награда, полученная из рук генерала Франко, заметно помогли мне в работе как журналистской, так и разведывательной, — рассказывал Ким в Москве много лет спустя. — В Испании я стал известен как «англичанин, награжденный Франко», и это открыло мне многие двери».
Ким Филби умело воспользовался открывшимися для него возможностями для получения интересовавшей советскую разведку информации. По свидетельству коллег, работавших вместе с Кимом в Испании, он был одним из наиболее информированных иностранных корреспондентов. На брифингах для прессы, которые проводились испанскими офицерами, Филби приобрел репутацию одного из самых въедливых репортеров, которого в отличие от других интересовало не только общее военное положение, но и различного рода детали, например, номера частей, принимавших участие в боях, количество самолетов, их тип, калибр артиллерийских орудий и так далее. Неудивительно, что, по словам одного из коллег Филби, было мало такого, чего Ким не знал относительно масштаба военного участия Германии и Италии на стороне Франко.
Испания во многом сформировала личность Кима. Два с половиной года, проведенные им в качестве корреспондента «Таймс», заметно повысили его статус журналиста. Имя Кима Филби стало хорошо известным на Флит-стрит. Как разведчик, Ким показал свое умение использовать репутацию «сторонника нацизма» и связи в правых кругах, чтобы расширить свои возможности по сбору информации, как газетной, так и разведывательной. На эту особенность Кима обратили внимание и его коллеги-журналисты.
Некоторые из них полагали, что Ким Филби не только журналист, но и сотрудник английской разведывательной службы. «Я был убежден, что Филби работает на английскую разведку», — писал корреспондент «Нью-Йорк таймс» Сэм Брюер, хорошо знавший Кима по Испании. Этот барьер Киму еще предстояло взять, хотя, как показали дальнейшие события, именно «испанский опыт» оказался тем главным фактором, который привлек к нему внимание английской разведки.
В августе 1939 года Филби приехал в Лондон в короткий отпуск, после которого намеревался вернуться в Испанию. Однако в редакции «Таймс» его предупредили, чтобы он был наготове к выезду во Францию. Европа стояла на пороге второй мировой войны. 1 сентября 1939 года немецкие войска перешли границу Польши. 3 сентября премьер-министр Англии Чемберлен объявил о состоянии войны с Германией. Ким Филби срочно выезжает во Францию в качестве главного военного корреспондента «Таймс» для освещения действий британского экспедиционного корпуса, который скорее должен был продемонстрировать символическое участие Англии в войне против Германии, чем способствовать достижению победы над Гитлером. Собственно, освещать было нечего, поскольку никаких военных действий не было. Шла так называемая «странная война», во время которой французы отсиживались в укреплениях своей знаменитой «линии Мажино», а немцы не менее успешно противостояли им в бастионах «линии Зигфрида». «Боевое соприкосновение» английских войск с немцами произошло лишь 13 декабря 1939 года. В этот день во время разведывательной операции погиб первый английский солдат. Это произошло через три с половиной месяца после объявления Англией войны.
