голос с лёгкой хрипотцой. Его обладательницей оказалась красивая женщина. Она говорила почти не шевеля губами, при этом её произношение было чётким.
Эта способность вывела нас из замешательства, вызвав лёгкий ужас и странное восхищение.
— П-простите, а зачем нас разглядывать? — с запинкой спросила Дилз.
— Хорошая девочка. Боишься меня? — с усмешкой спросила ведьма.
Дилз тут же шагнула за спину Анны, скрываясь за её ростом.
— Я не боюсь! — возразила я, отвлекая внимание ведьмы на себя.
Она медленно повернула голову ко мне, изогнув густую чёрную бровь.
— Плохая девочка, — произнесла она, растянув губы в широкой, почти пугающей улыбке.
— Ближе к делу! — потребовала Элизабелла, но ведьма проигнорировала её слова.
— Ты бы стала прекрасной ведьмой, — произнесла ведьма, медленно приближаясь ко мне.
Я стояла неподвижно, наблюдая за её манипуляциями без страха, но с лёгкой насмешкой.
— Ну что скажешь? — спросила она, остановившись совсем близко.
— Вы правы, — сказала я, замечая, как Элизабелла вздрогнула. — Помнится, пятнадцать лет назад мне сказали, что из меня выйдет прекрасная жрица храма мёртвых.
Я развела руками и продолжила:
— Но решать всё равно мне.
— Ну что же, превосходная жрица храма мёртвых, — протянула ведьма.
— Просто жрица, не люблю выделяться, — насмешливо поправила я.
Ведьма хмыкнула.
— А так сразу и не скажешь. Элизабелла, я дам тебе твои корни благодаря этой…
— Милана, — помогла я.
— Косы состриги, негоже прятать семейное достояние, — не оборачиваясь, произнесла ведьма.
— Девочки, вы можете идти, — отпустила нас Элизабелла.
Мы тут же поспешили к выходу.
— Милана, ты можешь приходить в любое время дня и ночи. Я буду рада, — сказала ведьма беспристрастным голосом, глубоко затянувшись папиросой.
Глава 52
После произошедшего у меня с Элизабеллой состоялся разговор о том, что теперь я под прицелом этой ведьмы. Таков был уговор: храм приводит к ведьме видящих, которых она в перспективе может попытаться переманить на свою сторону.
Не знаю, почему, но эта ситуация вызвала у меня бурю негодования. Казалось, нас продают за очередную порцию редких растений. Ведьма дала за возможность попытаться завербовать меня не только корень вечной скорби, но и множество других редких и ценных вещей.
— Я должна войти первой и спросить разрешения насчёт вас, — сказала я Виктору.
Лорд недовольно нахмурился, поджав губы, но кивнул. Я спрыгнула с Сол и пошла по вычищенной от снега дорожке.
Лишь отдалившись от лорда на значительное расстояние, я осознала, насколько холодно на улице.
Когда я открыла дверь — просто так, без стука (ведьмы не любят, когда в их двери стучатся, воспринимая это как оскорбление) — передо мной предстала она. Всё такая же красивая и невозмутимая.
— Рада, что ты всё же пришла, — сухо проговорила она, проводя узоры указательным пальцем на чёрном деревянном столике.
— Я не одна. Могу я…
— Интересный мужчина, — протянула она, мельком глянув в окно. Мне резко расхотелось звать Виктора. — Позови его. Пусть согреется… или согреет, — пробормотала она, не поднимая взгляда на меня.
Решив, что лучше не портить с ней отношения, я позвала Виктора.
— Я пришла за корнями вечной скорби, — начала я, пока лорд разбирался с лошадьми и входил в дом.
— Мужчина с огоньком в обмен? — снова кинула она взгляд в окно.
— Нет! — слишком резко ответила я, осознав свою оплошность. Нельзя выказывать чувств.
Ведьма издевательски усмехнулась, внимательно глядя на меня.
— Интересно. Что же ты можешь мне предложить?
В этот момент в дом вошёл Виктор, замерев на пороге.
— Входите, не стесняйтесь, — зазывающе и ласково прокричала ведьма в коридор.
— Я предлагаю свою кровь, — сказала я, пока ведьма ещё не переключила своё внимание на Виктора.
Её лицо моментально изменилось. Она пододвинулась ко мне и вкрадчиво спросила:
— Ты знаешь, что я могу сделать с твоей кровью?
С каждым словом её улыбка становилась всё шире и безумнее.
— Капля за один корень.
— Договорились. Щедрее ты уже не станешь, — удовлетворённо заключила она.
В этот момент в комнату вошёл Виктор, и ведьма истошно закричала:
— СТОЙ!
Лорд замер.
— Милана, ничего не хочешь рассказать? — её взгляд сверлил меня.
Я лихорадочно пыталась понять, что должна ей рассказать, но не могла придумать ничего.
— Не хочешь… Я не могу упустить даже каплю, — поджав губы, заключила она. Затем резко выпалила: — Мужчина, пошёл прочь!
— Милана… — начал Виктор, но я перебила его.
— Не волнуйтесь, всё под контролем.
— Я вас жду ровно три минуты.
— Мне хватит, — ответила я.
Он вышел, оставив нас вдвоём.
Ведьма протянула мне мешочек с корнями и выудила из корсета иглу.
— Пальчик, Милана. Пора платить! — хищно улыбнувшись, произнесла она.
Я вышла из дома, стиснув мешочек в руке.
Я дала ведьме свою кровь, кровь светлой видящей. Это открывало ей доступ к множеству тёмных ритуалов, включая призыв из роналиса. Но она не знала, что я верховная. А как говорила Элизабелла, в верховных жрицах всегда есть немного тьмы. Невозможно оставаться полностью светлой, причиняя боль другим, пусть даже это делается ради великого блага. Таким образом, моя кровь для ведьмы была бесполезна. Только вот рано или поздно она узнает, кто я на самом деле…
— Вы в порядке? — взволнованно спросил Виктор. Я заметила, что под его ногами почти нет снега, лишь обнажённая земля.
— А вы? Кажется, вы плохо контролируете линг, — указала я на этот островок земли посреди снега.
— Неважно! Мы можем возвращаться? — Лорд отвёл взгляд, явно не желая обсуждать эту тему.
— Да. — Я потрясла мешочек, демонстрируя его. — Переговоры прошли успешно.
Мы отправились в обратный путь. Виктор всю дорогу сохранял угрюмую молчаливость, видимо, размышляя о чём-то.
— Заедем ненадолго в город? — предложила я.
Лорд сперва не понял, что я имела в виду, но через несколько секунд кивнул, дёрнув поводья.
— Зачем вам в город? — спросил он, стараясь придать своему голосу непринуждённость.
— Хочу купить Афине шахматы. Я её обидела, пообещав прогулку, но так и не выполнив обещания.
— Но зачем ей шахматы? Лучше купите книгу. Однажды я играл с ней, она пыхтела, возмущалась… — Лорд улыбнулся, вспоминая. — Совсем как маленькая.
— Она не умеет играть?
— Совершенно. Сейчас, правда, чему-то научилась, но не настолько, чтобы нормально играть. Она просто забрала у меня шахматную доску, угрожая научиться и обыграть меня.
— На неё похоже, — весело хмыкнула я.
Мы зашли в красивую лавку, где продавались настольные игры ручной работы, выбрали шахматы и направились обратно.
— Милорд, — окликнула я его, вспомнив кое-что.
— Что?
— У меня к вам просьба.
— Какая? — спросил он, напрягшись, словно ожидая чего-то серьёзного.
— Можете кое-что для меня испепелить? — Лорд облегчённо выдохнул, явно ожидая чего-то иного.
— Для вас — что угодно.
Я выудила из
