Несладко ему пришлось перед смертью… Ни одного живого места!
— Ну, кажется, это закономерный итог, если продавать наркотики для рептилий детям из земщины в туалете театра, — как будто в сторону задумчиво проговорил я.
— Что-что? — ее глаза стали круглыми.
— Ничего-ничего, — откликнулся я. — В этот ваш «Кокос» лучше костюм-тройку надеть, или военную форму? С нейтральной одеждой у меня, как видишь, дела обстоят не очень.
— Костюм… Наверное! — Яся была растеряна и явно порывалась что-то спросить, но всякий раз открыв рот, тут же его закрывала и кусала губы.
— Из тебя выйдет отличная жена, — кивнул я.
— Ничего себе — заявочки! — подкинулась она. — Веришь, нет — первый раз такое слышу!
— Умение не спрашивать, когда не хочешь услышать ответ — очень ценное в супружеской жизни, да? — моя ухмылка была совершенно искренней.
— Ладно! — она вдруг весело улыбнулась и махнула рукой — Один-один! В конце концов, я сразу поняла, что ты престранный тип! И знаешь что? Мне это нравится! Надевай костюм, точно. А я надену вечернее платье. Тамошние неформалы обалдеют!
— Один мой знакомый, кажется, из прошлой жизни, говорил, что все женщины делятся на три типа, — заявил я. — Тупые, гулящие и звезданутые. Ну и комбинации всех этих типов, в разных пропорциях.
— И? — Вишневецкая не знала, как реагировать на такой пассаж.
— Я всегда выбирал звезданутых. — и облокотился на нос лодки, и расслабился настолько, насколько это вообще было возможно. — Ты определенно — звезданутая!
Если она меня сейчас на корм водяным не отправит — значит у нас все сложится. Это мне совершенно точно известно.
* * *
Я сидел у барной стойки на высоком стуле и медленно цедил пятьдесят виски. Нервничал! Все-таки Яся — она… В общем, сложно было поверить, что она со мной действительно идет на свидание. Что нет никакой подоплеки. Что она вправду — достаточно звезданутая для того, чтобы пойти в ресторан с контуженым ветераном войны, который работает в школе учителем, вместо того, чтобы сшибать деньгу оказывая услуги в качестве нулевки для богатеньких буратино из юридик и сервитутов.
Да и вообще — физиономию свою я в зеркале каждый день вижу. Нет в ней ничего особенно выдающегося, чтобы девушки на меня вешались. С другой стороны, может ей тоже, как и мне, нравятся разговорчики такие… Интересненькие. Тогда да, тогда все это еще хоть как-то можно объяснить. Женщины любят ушами, и все такое…
Хорошо, что я взял с собой костюм, и хорошо, что Варган Охренительный оказался еще и охренительным франтом: у него нашелся отпариватель. Отпариватель у черного урука! Более того — еще и рубашечки у него имелись, и довольно стильные: с индейской бахромой на рукавах, или с принтом воющего на луну волка на всю спину. Так что я привел в порядок брюки, пиджак, жилетку и сорочку — свою, а не его. После рюкзака они выглядели не очень презентабельно. Даже — очень непрезентабельно. Пришлось повозиться.
Зато теперь я выглядел прилично — в единственном своем костюме за две тысячи. Второй купить, что ли? С кевларовыми вставками и потайными кармашками для всякой полезной мути, типа тросика с алмазным напылением или перцового баллончика. И колюще-режущих во всех местах запрятать… Жизнь-то у меня получается, как Яся выразилась, весьма загадочная!
— Что ты думаешь по поводу Штриха? — спросил Барбакан, до блеска натирая тряпкой столешницу. — Ты вроде имел дело с какими-то его ребятками в Вышемире, по крайней мере Варган мне что-то такое наплел…
— Однако, Варган — трепло, — пожал плечами я. — Мне он сказал, что ребятки эти подохли в каком-то лесу. То ли в улье, то ли — в муравейнике, а может — их сожрали лобковые вши. Я, если честно, расстроился — мечтал настучать по голове каждому из этих мерзавцев лично. А они померли! Вот теперь и Штрих помер…
— Гляди, — он ткнул пальцем в экран телевизора, где как раз демонстрировали кадры с места событий, где нашли труп Штриха. — Он как мумия просто! И рожа закопченная. Как будто в него кто-то залил ведро керосина и поджег!
— Не-а, — покачал головой я со знанием дела. — Мне знакомая волшебница говорила, что у него с собой были артефакты. А я в Поисковом служил и имел дело с такими штуками. Тут было пламя магического происхождения, точно! Я думаю, Штриха похитили киборги, и он решил скрыть ценное имущество, и проглотил парочку колдовских цацек. Они у него в желудке срезонировали, а потом — детонировали. И вуаля: запеченный изнутри рептилоид в собственном соку! Я такое видал, когда опричники одному болярину балканскому в глотку артефактную огненную ловушку запихали. Полыхнуло будь здоров! Там от упыря примерно такая же шкурка запеченная осталась.
— Беда-а-а… — протянул тролль и почесал пузо. — Во! И правда — говорят, извлекли из него редкие артефакты неизвестного происхождения! А ты сечешь, рыжий!
Я только хмыкнул. Еще бы я не сек: я ж там был! Чешуйчатый гад даже свою охрану не пожалел: только я открыл заднюю дверь фургона, как этот старый геккон развел там внутри машины тряхомудию: активировал сначала защитную сферу, которая заполыхала серебром, а потом — влупил во все стороны стеной огня! Жахнуло будь здоров! Отсюда и разрушения и все такое… Кофту мне спалил, джинсы, даже носки с ботинками! Сплошные дырки теперь, а не ботинки. В штиблетах теперь рассекать приходится, а погода уже осенняя, прохладно! Однако, я потом ему эти волшебные штуковины в рожу напихал, особенно не заморачиваясь с их размерами и количеством, но дальнейший инцидент и толпу элементалей, которые принялись крушить уцелевший остов фургона я предусмотреть не мог… Как и заплыв по Припяти.
— Теперь все судачат: состоится ли месть Зоотерики? Не начнется ли великая война группировок по сервитутам? Кто займет нишу рептилоидов в бизнесе? — задумчиво проговорил какой-то молодой ордынский боевик, серьезно экипированный и вооруженный для похода в Хтонь. — Но инцидент мы с магами нормально отработали, одних водных элементалей для Водоканала четырнадцать штук поймали. Два воздушных еще и один огненный — этого вроде Теплосеть в котельную на Заречной стороне определит… А что касается зоотериков, то по мне так: помер Максим да и хрен с ним. Штрих этот той еще скотиной был. Если б кто еще Энтони из Формации угробил, а
