на ум Харпер пришел не какой-то парень, а подруга.
– Зови кого хочешь, – продолжаю я. – Попрошу, чтобы вам оставили билеты на входе.
Харпер смеется:
– Ладненько, джентльмен.
– Ты ведь не видела меня на льду. Вдруг я напортачу?
– Не напортачишь. Ты талантлив во всем.
– Во всем, говоришь? – низким, глубоким голосом протягиваю я. – Приведешь пару примеров?
– Не-а. Это просто общий факт.
Я смеюсь:
– Хорошо. А давай сделаем так: подумай, в чем я так хорош, а завтра вечером позвони и расскажи.
Повисает долгое молчание. Пожалуй, я перегнул палку.
– Вы с Кэт теперь вместе? – быстро, почти на одном дыхании произносит Харпер.
Несколько долгих секунд я обдумываю суть вопроса. Сначала прихожу к выводу, что ей действительно это важно, а потом до меня доходит: я ведь так и не рассказал, что думаю на самом деле! Отвлекся на свадьбу, семью. Я ведь всегда понимал, что Кэт для меня ничего не значит. А вот Харпер этого не знала. Какой же я!..
– Нет.
– Нет?
– Нет, – тверже повторяю я. – Я никогда… черт, Харпер. Я думал, что дал тебе понять: между мной и Кэт ничего толком и не было. Мы недавно общались, и я сказал ей, что у меня чувства к другой девушке.
Снова тишина – на этот раз совсем короткая.
– Позвоню завтра, – говорит Харпер.
Я улыбаюсь:
– Хорошо.
– Хорошо, – эхом повторяет она.
Никто из нас не кладет трубку.
– Слушай, Харпер.
– А?
– Не обижайся, но… я рад, что твое свидание не удалось.
– Ну конечно! Из-за тебя ведь.
Тут Харпер отключается. А я сижу на крыльце Льюиса и широко улыбаюсь. Как дурак.
Глава двадцатая. Харпер
Я упираюсь руками в бока и изучаю кучу одежды, которой завалена вся кровать.
Я нервничаю. И переживаю из-за того, что нервничаю. Черт!
Последние две недели я часто проигрывала в голове разговор с Дрю. Гул тусовки на заднем плане, когда ответил его товарищ по команде. Разочарование в голосе Дрю после моих слов о том, что я забросила книгу. Радость, когда я согласилась пойти на матч (который, к слову, уже сегодня).
После этого мы несколько раз созванивались и переписывались. Разговоры были легкими, игривыми. С немалой долей флирта.
И вот теперь… я нервничаю. Хочу скорее оказаться на матче, увидеть его – и в то же время надеюсь, что перепутала дату, и до игры еще целая неделя, а значит, я успею морально подготовиться.
– Ты гото… Ва-ау, вот это прикид!
Оливия заходит ко мне в комнату с той уверенностью, которой мне ужасно не хватает. На ней – кожаные легинсы, свитер с открытым плечом и туфли на высоком каблуке. А я стою посреди комнаты в кружевном белье среди груды своей одежды.
Подруга оглядывает меня с ног до головы:
– Ну все, Харпер, – парень точно твой! Но ты же знаешь, что на хоккейных стадионах холодно, да?
Я швыряю в нее тапком и плюхаюсь на кровать.
– Мне нечего надеть.
– Ты буквально лежишь на куче одежды.
Я приподнимаюсь:
– Ты знаешь, о чем я.
– Я знаю, что на раздумья у тебя было две недели. Почему до сих пор не выбрала наряд?
– Ты вообще не помогаешь.
Если честно, я старалась не думать о сегодняшнем вечере. Не планировать. Есть у меня дурная привычка – считать, что если я с нетерпением жду чего-то, то все наверняка пойдет наперекосяк. А еще я надеялась, что если не буду нервничать насчет матча (и планировать наперед), то по итогу и в день Х останусь спокойной и собранной.
Однако матч не отменили. А я все равно страшно волнуюсь. И понятия не имею, в чем идти.
Оливия улыбается. Видимо, мои мучения ее лишь забавляют. Она самая ужасная лучшая подруга!
– Ох, и повезло же тебе, что у меня есть опыт отношений со спортсменами! Сейчас все будет!
Оливия почти вприпрыжку выбегает из комнаты на каблуках. Задумай я повторить такой номер, точно бы сломала шею.
– Надень пока джинсы! – доносится из коридора.
Я слезаю с кровати и натягиваю свои любимые. Спустя пару секунд возвращается Оливия и кидает мне пластиковый пакет. Я ловлю его и достаю комок синей с белым ткани. Он разворачивается, и…
Я замираю и целую минуту разглядываю эмблему на груди. Затем переворачиваю джемпер. На спине на темно-синем фоне – отчетливо написанная белыми толстыми прописными буквами фамилия «Галифакс» и цифра «23».
– Предлагаешь надеть свитер с его фамилией? А это не будет выглядеть, ну… слишком палевно?
Оливия смеется:
– Харпер, он тебе нравится. Так дай ему знать! А еще в старших классах я встречалась с качками. Поверь – он оценит.
Подруга подмигивает – а я вспоминаю, как Дрю смотрел на меня оба раза, когда я надевала его вещи. Наверное, хоккейный свитер – это примерно то же самое. Может, Оливия права?
– Ну давай. Надевай, а то опоздаем.
– Откуда ты его вообще взяла?
– Заказала, как только услышала твой рассказ о нем. Хотела в шутку подарить на Рождество. Ну, быстрей!
Я натягиваю свитер, кладу телефон, ключ от квартиры, удостоверение личности и банковскую карту в задний карман джинсов. Оглядываю комнату, чтобы убедиться, что ничего не забыла. Мне кажется, забыла – но, надеюсь, это просто нервы.
Сегодняшний день для меня – это что-то невероятное и одновременно очень важное!
Возможно, я преувеличиваю. Или дело в моих комплексах? Я и Дрю – это нечто совсем новое. Он видел меня неловким подростком, мою скорбь по папе, ссоры с сестрой. Даже секс с ним другой – личный, как ни с кем больше. И при этом я словно бултыхаюсь в море и не могу нащупать дно – а вдруг, если я признаю, что Дрю мне небезразличен, наши отношения рухнут? От одной этой мысли я покрываюсь холодным потом!
На этот раз я – лучшая версия себя. В знакомом городе, накрасилась, завила волосы – они не мокрые после грозы и не выгорели после целого дня у озера. Однако все равно кажется, что «брони» на мне недостаточно. Что Дрю заметит мою уязвимость.
Приятно, когда видят тебя настоящую. Приятно – и пугающе…
– Харпер!
– Иду! – кричу я в ответ.
Еще один глубокий вдох – я выхожу из комнаты, выключаю свет, и она погружается в темноту.
Оливия ждет у входной двери и чуть ли не дрожит от нетерпения. Я отгоняю все тревоги – как минимум весело проведу время с лучшей подругой. Летом наши рабочие графики почти не совпадали.
Всего две станции на метро – и мы у
