и так большую часть разговора слышала, так что после магазина, когда мы отправились обедать, я просто дополнил услышанное ею.
И не сказать, что произошедшее с Климовыми поначалу как-то сильно задело девушку. Те, кто лазает по дырам, прекрасно понимают, что случиться всякое может. И что зверьё и всякие аномалии далеко не самое страшное, что может приключиться с покорителями подземелий.
Однако, как известно, женщины, любопытство и свободное время — одна из самых взрывоопасных смесей во вселенной. Не удивлюсь, если десяток-другой миров погибли лишь по причине этого. В общем, после плотного обеда мы разошлись по комнатам, решив лишний раз не светиться на улицах посёлка, так как с каждым часом на них становилось всё больше и больше народу. Как местного, так и приезжего.
Но, судя по всему, так решил только я. Так как уже через сорок минут, мне в дверь затарабанили, а когда я её открыл, то увидел пышущую праведным гневом скрытницу.
Как оказалось, стальной стержень, то бишь шило в заднице, не позволил девушке спокойно проводить время, и она всё же отправилась гулять по посёлку с целью посмотреть на жену Кощея. И что неудивительно, нашла ту. А теперь явилась за мной, чтобы и я на проклятую посмотрел.
Стойко выдержав тридцать минут нравоучений по поводу того, что не стоит шарахаться по посёлку в одиночестве даже под скрытностью, девушка по итогу встряхнула головой и потащила меня за собой. А я с глубоким сожалением осознал, что это были самые бездарно потраченные полчаса в моей жизни.
В общем, на жену Кощея я поглядел. Пусть и издали, но этого хватило. И пускай так о женщинах говорить не стоит, выглядела она куда уродливее своего мужа. Если торговца ещё издали можно было принять просто за облысевшего уродливого дистрофика, то вот госпожа Климова… Да даже моя теща, славься её имя во веки веков, в своём старческом обличии и то выглядела куда привлекательнее, чем это… это существо.
По итогу, всё оставшееся время Мошка насиловала мне уши, требуя снять с бедняжки проклятие. А когда я в ультимативной форме отказался, обиделась и объявила молчаливый бойкот. Правда, к следующему утру осознала, что я от этого лишь выиграл, поэтому последние сутки я провёл под мерное гудение скрытницы. И кажется, даже оглох на левое ухо…
Сам «Кощей» Климов, как я, впрочем, и предполагал, ко мне не явился. Хотя пару раз, когда обедал и ужинал в ресторанчике при гостинице, я его худую фигуру видел через стекло. Но, нет, не решился мужик перевернуть свою, пусть и странную, но уже привычную жизнь. Что же, не он первый, не он последний.
А стоило нам покинуть Ягодное и добраться до Шелехова, городка, откуда уже ходил нормальный транспорт в Иркутск, девушка словно и позабыла о Климовых. И не вспоминала до этого самого момента. Впрочем, и это было вполне объяснимо.
За эти три дня Мошка ни разу не вспомнила про «погибших» товарищей, заменив одно переживание другим, пусть даже и искусственно выпестованным. И даже сейчас, вернувшись в Иркутск, вместо того чтобы поддаться вполне логичным, как бы странно это ни звучало, эмоциям, она вновь переключилась на дело, которое её совершенно не касалось.
— Но как он посмел решить за всех? Он же наверняка своим не рассказал! — девушка подняла на меня свои покрасневшие глаза. — Думаешь, его жена хочет такой жизни? А сын? Представляешь, каково ему жить, глядя на своих родителей и понимая, что и сам он таким станет?
— Насчёт малого не уверен, но Климова определённо знала, на что шла, — вновь пожал я плечами. — Конечно, она надеялась, что её проклятие не коснётся. И наверняка что-то для этого делала. Однако выйти замуж за Кощея было её решением. Может, по любви, за что ей честь и хвала. А может, ради денег, что уже не так романтично, но тоже требует некоего бесстрашия. В общем это её выбор, и кто мы такие, чтобы заставлять человека делать то, что он не хочет?
— Ладно… Со взрослыми понятно, хотя честно, я их всё равно не понимаю. Но пацан… Ты же мог снять проклятие. Просто выловили бы его перед отъездом, усыпили и вылечили…
— Не глупи, — я собрался было щёлкнуть девушку по носу, однако передумал и лишь погладил по волосам. — Да, это было бы не сложно, есть несколько причин, почему я не стал этого делать. Во-первых, порой дарить добро без ведома человека не всегда хорошо, ибо чревато неприятными последствиями.
— Добро и есть добро… — немного неуверенно произнесла Мошка.
— Многие с тобой могли бы поспорить, — улыбнулся я. — Во-вторых, кто тебе сказал, что я забуду про пацана? Просто через пару-тройку лет загляну в Ягодное и посмотрю, как ему живётся. Заодно и поговорю не с ребёнком, а уже с молодым парнем. А там уже будет видно. Если захочет, сниму проклятие, а нет… Ну нет, так нет.
— Если не забудешь, — буркнула девушка.
— Ну ты-то мне определённо напомнишь, — хмыкнул я и поглядел в окно. Погода явно не собиралась успокаиваться, и казалось, что вставшее в пробку такси попросту поливают со всех сторон из пожарных брандспойтов.
— Напомню. И не раз, — словно клятву произнесла Мошка.
— Звучит как угроза, — я громко рассмеялся, заставив водителя посмотреть на меня в зеркало заднего вида. Впрочем, он быстро сделал вид, что ему совершенно неинтересно, что происходит на заднем сидении, и уставился на впереди плетущуюся машину, попутно прибавив громкость на магнитоле.
— Ладно, раз с одной проблемой разобрались, теперь поговорим о том, что тебя действительно волнует, — произнёс я, взглянув на часы.
Судя по всему, до первой точки, где такси должна была покинуть Мошка, нам ещё ехать добрых полчаса, так что нужно было убедиться, что девушка не выкинет какую-нибудь глупость, как только останется одна.
— А смысл? Их всё равно не вернуть, — девушка моментально отстранилась и вновь уставилась в окно.
— Но наказать виновных нужно…
— Нужно! — Мошка обернулась и уставилась на меня. — Ты всё же решил помочь выследить заказчика⁈
— Нет. И тебе не позволю. По крайней мере в ближайшее время, — качнул я головой, после чего дотянулся до плеча таксиста, привлекая внимание. — Меняем маршрут. Едем сразу на конечную.
— Эй, ты чего? — удивилась девушка. — А как же домой? Меня там, между прочим, ждут…
— Ага. Так ждут, что ты за эти два дня ни разу никому не позвонила. Так что пока у меня поживешь. Недельку-другую, — вздохнул я, уже мысленно представляя круговой вынос мозга.
Сначала от пищащей от восторга Мыши, повёрнутой на
