она? Вопросы крутились в моей голове по кругу.
Я вернулся к занятиям.
Все хотели услышать о моем опыте с лианами и о том, что произошло в последние два раза с русалками. И отметина на моей спине была похожа на боевую рану. Шрам от любви и попыток найти свою всадницу.
Яд морских водорослей был сильнее, чем у лиан, и к тому же держался дольше. Через несколько дней после моего возвращения ее сердцебиение пришло в норму. Это вселило в меня надежду. Может быть, она была в безопасности.
Таблоиды потеряли интерес к поискам. Они верили, что она не вернется. Разделы новостей с каждым днем становились все меньше и меньше.
Но Сэмми и Бекки отказывались терять надежду. Они знали, какой она была сильной. Иногда я задавался вопросом, увижу ли я ее когда-нибудь снова.
Прошло восемь дней с момента нападения Ксалин, и я все еще слышал ее сердцебиение.
— Что ты делаешь? — спросила Бекки.
Я открыл глаза.
— Ты спишь?
— Нет, я не сплю, — раздраженно сказал я.
— Тогда что ты делаешь?
— Настраиваюсь.
— На что?
— Мисс, у которой всегда есть комментарий, не о чем беспокоиться.
Джордж рассмеялся и швырнул в меня салфеткой.
— Я не мисс, у которой всегда есть комментарий.
— Уверена? Кажется, тебе всегда есть что сказать, особенно когда никто из нас не хочет этого слышать.
— Так уж я устроена, ясно?
— Конечно, как скажешь.
Она вздохнула. Время от времени мы немного посмеивались, но тяжесть того, что Елены все еще нет, обрушивалась на нас. Прошло четыре месяца.
— Ты уверен, что с тобой все в порядке, Блейк? — спросила она с искренним беспокойством.
— Бекки, она не умерла.
Я знал лучше.
— Хорошо, что ты это знаешь. Я просто хотела бы знать, где она, черт возьми, находится. Если ты даже не можешь ее найти?
— Бекки, — одновременно произнесли Джордж и Сэмми.
Я ухмыльнулся.
— Я чувствую ее сердцебиение. — Я отправил в рот кусочек фрукта, встал и вышел из кафетерия.
За мной последовало несколько шагов, когда прозвенел первый звонок.
— Что значит «ты слышишь ее сердцебиение»?
— Не слышу, а чувствую. В этом есть разница. Это то, чему меня научил Эмануэль. Не изводи себя, Джордж. Это приходит с веками совместной жизни.
— О, но ты уже можешь это делать?
Я пожал плечами.
— Я — Рубикон. Я могу сделать все. — Мои плечи поникли. — Кроме как найти Елену.
— Ты найдешь ее. Если ее сердце бьется, ты найдешь ее. — Джордж хлопнул меня по спине, когда мы вошли в класс профессора Файзер.
Я закрыл глаза и снова настроился. Этот мягкий ритм был подобен музыке для моих ушей. Она все еще была жива.
— 24~
Приближался четырехмесячный рубеж.
Я летал каждую ночь.
— Ты пробовал следовать своей интуиции? — спросил Джордж.
— Да, а как, по-твоему, я оказался в лианах?
Он уставился на меня.
— Что?
— Может быть, она мертва.
— Я слышу, как бьется ее сердце.
— Чувак, я не сомневаюсь в том, что ты можешь это делать, но что, если это не ее сердцебиение? Что, если это всего лишь твое воображение?
— Джордж.
— Прошло четыре месяца. Мы обыскали всю Пейю. Ее нигде нет.
— Ты думаешь, я этого не знаю? Ты веришь тараканам? Что я пытаюсь покончить с собой?
— Мы — Денты, Блейк. Я бы сделал то же самое, если бы Бекки больше не было в этом мире.
— Я должен верить. Кроме того, я пообещал Эмануэлю, что дождусь доказательств того, что она мертва, прежде чем сделаю какую-нибудь глупость.
Вокруг нас воцарилась тишина.
Мы вернулись в Драконию около трех часов ночи и рухнули на свои кровати.
На следующий день, когда я настроился, сердце Елены все еще билось. На обед мне принесли тарелку с едой. Той ночью мы собирались продолжить поиски. Эмануэль получил еще одну главную роль в шоу Кевина. Он думал, что она прочная. Я сел есть, и сердцебиение Елены отдавалось у меня в ушах. Страх зародился у меня внутри.
— Что-то не так с Еленой, — сказал я едва слышным шепотом.
Все три пары глаз устремились ко мне.
— Что? — спросила Бекки.
Затем меня охватила боль. Я не мог дышать. Мне казалось, что мое сердце вот-вот взорвется.
Все плохо.
— Блейк, — закричала Бекки, когда я рухнула на пол. — Поговори со мной, что случилось?
Я закричал, когда боль пронзила меня насквозь. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Мои крики разнеслись по всему кафетерию.
— Я позову Констанс, — сказал Джордж.
С моего места на земле было видно, как подошвы ботинок Джорджа выбегают из кафетерия.
Елена нуждалась во мне. Она была в опасности. Я пытался превозмочь боль, но больше не слышал биения ее сердца.
Я снова закричал. Прикосновение холодного пола к моей щеке не слишком помогло. Жар моего огня разгорался внутри, становясь все сильнее, и я не мог его унять. Это должно было убить меня.
— Блейк! — Констанс упала на колени рядом со мной.
— Я… — с трудом выдавил я. Боль была невыносимой.
— Когда это началось? — сказал мастер Лонгвей у нее за спиной.
— Несколько минут назад. Все произошло быстро. Он ел, потом сказал, что с Еленой что-то не так, а потом упал, — сказала Бекки.
Моя сестра плакала.
— Уведи ее отсюда, — удалось мне произнести сквозь стиснутые зубы, глядя на Дина снизу вверх.
Он кивнул и вывел Сэмми на улицу.
Мое тело содрогнулось, и гортанный стон сорвался с губ.
— Елена в опасности? — спросил мастер Лонгвей.
Огонь царапнул мою грудь.
— Отпусти силу, Блейк, — сказал мастер Лонгвей. — Если ты не уверен, как это сделать, превратись в дракона. Сейчас. Она нужна Елене.
Я не стал раздумывать дважды. Я изменился. Пространство было слишком маленьким, и мой хвост сильно ударился о стену. Она сдвинулась и рассыпалась.
Кафетерий наполнился криками, и все разбежались.
Я мог дышать. Боль прошла. Елена нуждалась в ее дарах. Почему? Ей никогда раньше не приходилось просить… Я почувствовал отвращение к самому себе. Это была все моя вина. Она не могла получить доступ к своим дарам из-за сомнений; я заставил ее поверить, что они не ее, что она забрала их у меня.
Я нужен ей.
Я зарычал и вскочил, но моя энергия резко иссякла. Как бы сильно мой разум ни старался быть сильным, пойти и найти ее, я не мог. Я снова рухнул на землю.
— Елена… — Это было последнее, что слетело с моих губ перед тем, как мир погрузился во тьму.
***
Я очнулся в лазарете Академии. Я вернулся в человеческий облик. Как?
