видели раньше.
— За то, что вы сделали, я сотру вас, — продолжил я, чувствуя, как «Деструкция» пульсирует в кончиках пальцев, готовая вырваться наружу. — Так, что даже воспоминаний не останется! Так, словно вас никогда и не было!
Глава 17
Четверо убийц замерли, как зверьки перед хищником — не из осторожности, но от самого настоящего ужаса. В их глазах читалось то, что испытывает разумное существо, столкнувшееся с силой, противоречащей самим основам мироздания. Их товарищ только что исчез — не в пламени или буре магической энергии, не рассыпался пеплом или кровавыми ошмётками. Нет. Он просто прекратил быть.
Я неспешно сделал шаг к убийцам, наслаждаясь растерянностью на их лицах. Приятное чувство — видеть страх в глазах тех, кто, казалось, потерял способность бояться за века существования. Убийц, отнявших жизнь моей матери.
— Это… невозможно, — прошипела женщина с кроваво-алыми волосами, сжимая в руках энергетический хлыст, оставлявший в воздухе следы из сверкающих искр. — Деструкция… никто не способен контролировать её.
— Видимо, — усмехнулся я, приближаясь, — вашему Совету стоило бы лучше выбирать врагов.
Оцепенение длилось лишь мгновение. Внезапно все четверо одновременно атаковали — словно почувствовали, что промедление равносильно смерти. Двое метнули в меня странные сферы концентрированной энергии, третий выбросил вперёд руку, из которой вырвался поток голубого пламени, а рыжеволосая женщина взмахнула своим хлыстом, который удлинился и устремился к моей шее.
Всё это я наблюдал словно в замедленной съёмке. Каждая атака, каждое движение казались мне предсказуемыми и примитивными, как шахматная партия с ребёнком. Необходимость уклоняться, защищаться или контратаковать не возникла даже на уровне инстинктов.
— Уничтожь, — спокойно произнёс я, раскрыв ладонь в направлении атак.
Поток фиолетовой энергии вырвался из моей руки, и все заклинания просто растворились, не долетев до цели. Как будто их никогда и не было.
Убийцы замерли, потрясённые — но лишь на долю секунды.
— Отступаем! — крикнул самый высокий из них, тот, что пытался обжечь меня пламенем. — Он слишком опасен! Совет должен знать…
Я не дал ему закончить фразу.
— Расщепи, — произнёс я, указав на него пальцем.
Мужчина застыл, словно натолкнувшись на невидимую стену. На его лице отразилось сначала удивление, затем — понимание, и наконец — абсолютный ужас. Его тело начало светиться изнутри, трещины побежали по коже, испуская сияние, разные части словно стремились разлететься в разные стороны. Мгновение — и он взорвался каскадом ослепительного света, не оставив после себя даже пыли.
Рыжеволосая женщина с искажённым от ужаса лицом попыталась телепортироваться, её силуэт начал расплываться…
— Уничтожь, — сказал я, лишь взглянув на неё.
Она исчезла посреди процесса телепортации, оставив в воздухе лишь слабый запах озона и затухающие искры своего хлыста.
— Впечатляет, — произнёс худощавый мужчина, стоявший рядом с Эдвардом. Его голос звучал напряжённо, но в нём не было страха — скорее, профессиональная оценка. — Он их словно из картотеки жизни стирает.
Оставшиеся двое убийц, поняв, что бегство не спасёт, предприняли последнюю отчаянную попытку. Они соединили руки и начали скоростное плетение сложного заклинания. Воздух между нами загустел, наполнился искрящимися символами, слишком быстро сменявшими друг друга, чтобы их можно было разобрать.
Один из них закричал что-то на неизвестном мне языке, и пространство между нами взорвалось чёрным сиянием.
Я почувствовал жгучую боль — это заклинание было по-настоящему опасным, оно пыталось проникнуть в мою сущность, разорвать связь души и тела, вытянуть жизненную энергию. На секунду тьма окутала меня, я ощутил, как моё дыхание останавливается, а сердце сбивается с ритма.
Но лишь на секунду.
— Расщепи, — спокойно сказал я, протягивая руку к тёмной субстанции.
Чёрное сияние пошло трещинами, как стеклянный шар, а затем рассыпалось цветными осколками, которые растаяли, не долетев до пола. Я стоял перед ними, не получив ни царапины.
— Это невозможно! — в отчаянии выкрикнул один из убийц. — Никто не может разрушить заклинание Вечной Тьмы!
— Вам стоило бы меньше полагаться на старые догмы, — я пожал плечами. — А теперь, раз с формальностями покончено… Уничтожь.
Они исчезли. Просто исчезли, словно некто вырезал их из ткани реальности, оставив лишь пустое пространство. Ни вспышек, ни криков, ни эффектных финалов. Секунду назад они существовали — и вот их уже нет.
В комнате воцарилась тишина.
— Ну и… брррух, — незнакомец потряс головой, словно отгоняя наваждение. — Я думал, ты преувеличивал, Эдвард, когда говорил про его способности. Но это… сложно вообразить даже для меня.
Эдвард, казалось, смотрел на меня. На его бесстрастном лице впервые за всё время нашего знакомства я видел неприкрытое изумление.
— Что с тобой произошло, Максим? — спросил он тихо. — Ты стал настолько сильнее, что даже я не смог бы теперь с тобой справиться.
— Хорошо, что мы на одной стороне, — я улыбнулся уголком рта. — Рад видеть тебя, дядя Эдвард.
Я перевёл взгляд на незнакомца.
— А вот тебя я помню смутно. Ты был на том зимнем балу, скрывался у дальних колонн.
— Артур, — он поклонился с лёгкой насмешкой, прижав руку к сердцу. — К вашим услугам, Ваше Высочество. Старый должник вашей матери. А теперь, видимо, и ваш.
— Будем считать, что мы в расчёте, — я окинул взглядом разрушенную комнату. — Учитывая, что вы с Эдвардом удерживали пятерых элитных убийц, пока я совершал познавательное путешествие по закоулкам родовой памяти.
— С тремя мы бы справились в любом случае… — Артур оглянулся на чёрную отметину на стене — всё, что осталось от одного из нападавших. — Но пятеро — это уже многовато для старых костей. Твоё пробуждение было весьма кстати, парень.
— Занятное совпадение, — я вдруг понял, что медальон матери висит на моей шее, закрытый, словно никогда и не раскрывался. — Как вы вообще сюда попали?
— Это моя заслуга, — Артур гордо выпрямился. — У меня есть маленький дар от твоей матери — способность проникать в Вечный Город незамеченным. Эдвард нашёл меня и, скажем так, убедил помочь.
Эдвард кивнул, всё ещё разглядывая меня с напряжённым вниманием.
— Совет послал убийц. Это означает, что они боятся тебя, Максим. Но теперь они будут не просто бояться — они пойдут ва-банк.
— Я не потерплю такого отношения, — твёрдо произнёс я. — Значит, пора действовать.
— И что ты собираешься делать? — Артур скептически усмехнулся. — Если твой мир
