предоставить противнику сделать первый ход.
Шаги приближались к соединительному переходу между зданиями. Кто бы это ни был, он двигался к складу, где прятался Михаил. Ловушка? Отвлекающий маневр? Или одиночка-охотник?
Михаил мягко переместился в тень за грудой ящиков, держа на прицеле дверной проем. Каждый мускул его тела был напряжен, несмотря на пульсирующую боль в боку. Адреналин приглушал неприятные ощущения и обострял чувства.
Дверь скрипнула, медленно открываясь. В проеме показалась фигура – высокая, широкоплечая, с оружием в руке.
Михаил замер. Он узнал силуэт сразу – Рамир Хан. Чертов спецназовец, еще один «брат» по генетической модификации. Пришел закончить начатое Евой? Или тоже скрывается?
Вопрос решился сам собой, когда Рамир неловко прижал руку к груди и оглянулся через плечо. Он был ранен и, судя по настороженному поведению, тоже преследуем.
Михаил мог застрелить его прямо сейчас. Шанс попадания – девяносто восемь процентов с этого расстояния. Одним конкурентом меньше.
Но он медлил, наблюдая, как Рамир осторожно продвигается по складу, хромая и тяжело дыша. Что-то было не так с привычным холодным расчетом Михаила. Вместо логической цепочки «убить соперника – повысить свои шансы на выживание» в голове крутилась другая мысль: «Он такой же преследуемый, как и я. Такая же пешка в игре Дианы».
Эта мысль была непривычной для Михаила. Эмпатия никогда не была его сильной стороной. Возможно, рана и кровопотеря влияли на его рассудок.
– Могу прострелить тебе колено, если ты не перестанешь так громко дышать, – наконец произнес Михаил, не выходя из тени.
Рамир мгновенно развернулся, наводя пистолет на источник звука.
– Или я могу превратить твое укрытие в решето, – спокойно ответил он. – Выходи, Михаил. Я знаю, что это ты.
Михаил медленно поднялся, держа пистолет направленным на Рамира, но не целясь прямо.
– Не ожидал встретить тебя в этой дыре, – сказал он, делая шаг вперед. – Тоже решил прогуляться по окраинам?
Рамир оценивающе смотрел на него, не опуская оружия. На его лице виднелись ссадины, левое плечо было перевязано явно наспех.
– За мной охотятся люди Дианы, – прямо ответил он. – Профессиональная группа захвата. Я оторвался от них в городе, но ненадолго.
– За мной тоже, – кивнул Михаил. – Похоже, наша «любящая сестра» решила избавиться от всей семьи одновременно.
Они продолжали держать друг друга на прицеле, каждый просчитывая свои шансы в возможной схватке. Михаил видел, что рана Рамира серьезна, но его тренированное тело компенсировало слабость. У него самого было преимущество в точности, но недостаток в силе и выносливости из-за кровопотери. Вероятность победы в прямой схватке – около пятидесяти процентов. Слишком рискованно.
– Предлагаю временное перемирие, – наконец произнес Михаил, не опуская оружия. – У нас общий враг, а поодиночке шансы выжить стремятся к нулю.
Рамир усмехнулся, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.
– Ты никогда не был командным игроком, Михаил. С чего такая перемена?
– Чистая математика. Вдвоем выжить проще, чем поодиночке. Особенно в нашем состоянии.
Они смотрели друг на друга еще несколько секунд, затем Рамир медленно опустил пистолет, хотя и не убрал его полностью.
– Разумно. Но первый признак предательства – и я закончу то, что начала Ева.
Михаил кивнул, тоже опуская оружие.
– Взаимно. Что произошло с твоим плечом?
– Снайпер на крыше торгового центра. Пуля прошла навылет, но задела ключицу. А твоя рана?
– Ева оказалась полна сюрпризов.
Рамир приподнял бровь.
– Так это правда? Она предала всех?
– Не всех. Только меня и Алексея. Подозреваю, что у нее свой план по получению наследства Кронова. И, похоже, он не включает выживание мужской части семейства.
Михаил осторожно подошел к окну, держась в тени.
– Нам нужно уходить. Это место засвечено. Твои преследователи наверняка уже знают, что ты здесь.
Рамир кивнул, проверяя обойму своего пистолета.
– У меня есть схрон в трех километрах отсюда. Оружие, медикаменты, провизия. Но добраться туда будет непросто. Территория между нами и им наверняка патрулируется.
– Покажи на карте, – Михаил достал из внутреннего кармана куртки сложенный лист с распечатанной картой местности.
Рамир указал место в лесополосе к северу от промзоны.
– Вот здесь. Заброшенный бункер времен холодной войны. О нем мало кто знает.
Михаил изучил карту, его модифицированный мозг мгновенно просчитывал варианты маршрутов, оценивал риски каждого перехода, анализировал возможные точки перехвата.
– Нам нужно разделиться, – наконец сказал он. – Они ожидают, что мы пойдем вместе. Ты двигайся на север через промзону, это очевидный путь. А я сделаю крюк – пойду сначала на восток, потом на север через жилой район. Встретимся у восточного края лесополосы через три часа.
Рамир нахмурился.
– Рискованно. Мы оба ранены. Встреча может не состояться.
– Вероятность успеха выше, если мы разделим их силы, – твердо сказал Михаил. – Доверься моим расчетам. Я не просто так получил усиленные когнитивные функции от нашего «любящего папаши».
Рамир помедлил, затем кивнул.
– Хорошо. Но не опаздывай. Я не стану ждать дольше пятнадцати минут.
Они обменялись частью своих припасов – Рамир отдал несколько обезболивающих и антисептик для раны Михаила, а тот поделился последними патронами. Несмотря на неожиданный альянс, полного доверия между ними не было. Каждый оставил часть снаряжения при себе, не раскрывая всех своих ресурсов.
– Удачи, – сказал Рамир, направляясь к выходу.
– Она нам понадобится, – ответил Михаил, проверяя время. – Начинай движение через пять минут после меня.
Он выскользнул через боковой выход склада, мгновенно растворяясь в полутени приближающихся сумерек. Рана пульсировала, но Михаил игнорировал боль. Все его чувства были обострены до предела, разум работал как совершенный компьютер, просчитывающий каждый шаг.
Первые двести метров прошли без происшествий. Он двигался короткими перебежками от укрытия к укрытию, используя особенности местности и старые конструкции заброшенных цехов как прикрытие.
На пересечении двух заводских улиц Михаил заметил первых преследователей – двое мужчин в тактической экипировке, методично проверяющих территорию. Их движения выдавали профессиональную подготовку, но они не ожидали, что их цель обладает усиленным восприятием и способностью просчитывать вероятности.
Михаил замер за полуразрушенной стеной, наблюдая за их перемещениями, выявляя закономерности, просчитывая маршрут. Через сорок две секунды образовалось слепое пятно – момент, когда оба охотника оказались спиной к его позиции. Он бесшумно преодолел открытое пространство и скрылся за углом следующего здания.
Продвигаясь дальше, Михаил ощущал, как его силы постепенно иссякают. Рана снова начала кровоточить, слабость накатывала волнами. Ему требовалась медицинская помощь, но прежде нужно было добраться до безопасного места.
Он достиг края промзоны и замер перед следующей проблемой – открытое пространство шириной около ста метров, отделяющее заводскую территорию от первых жилых домов. Преодолеть его незамеченным было практически невозможно.
Михаил оценил ситуацию. Восемьдесят семь процентов
