седеющие волосы, бесстрастное лицо опытного чиновника. Но для Евы его эмоциональное состояние было открытой книгой с кричащими заголовками.
– Это… весьма серьезные обвинения, госпожа Лински, – наконец произнес Семенов, снимая очки для чтения. – Вы понимаете, на кого замахнулись? Диана Кронова – не просто бизнесвумен. Она один из крупнейших налогоплательщиков страны, работодатель для тысяч людей, автор прорывных медицинских технологий.
– И создательница вируса, который может уничтожить половину человечества, – спокойно добавила Ева. – Не говоря уже о планах генетического контроля над населением, которые она собирается реализовать с молчаливого согласия таких людей, как вы, Игорь Валентинович.
Она почувствовала всплеск страха, смешанного с возмущением. Хорошо. Это была эмоциональная реакция, которую она целенаправленно вызывала.
– Это абсурдные заявления, – Семенов стукнул ладонью по столу. – У вас нет никаких доказательств.
Ева слегка наклонилась вперед, позволяя своей эмпатической силе мягко, незаметно проникнуть в эмоциональное поле собеседника. Это не было грубым вторжением – скорее тонкой настройкой, усилением уже существующих эмоций.
– Доказательства есть, – тихо произнесла она, концентрируясь на его страхе и подпитывая его. – И не только у меня. Мои… коллеги уже передали часть информации международным организациям. Если начнется расследование, многие имена всплывут. Включая ваше.
Паника. Короткая, мощная волна, которую Семенов тут же попытался подавить. Но Ева уже нащупала слабое место.
– Я государственный служащий, – твердо сказал он, выпрямляясь в кресле. – Мои контакты с «БиоНекст» ограничиваются официальными рамками.
Ложь. Ева почувствовала её сразу – характерное напряжение в эмоциональном поле, которое всегда сопровождало неправду. Она позволила себе лёгкую улыбку, одновременно направляя тонкие импульсы тревоги в его сторону.
– У нас есть записи ваших приватных встреч с Дианой Кроновой. Данные о банковских переводах через офшоры. И, что наиболее интересно, – документы о вашем личном участии в экспериментах проекта «Кассандра».
На самом деле, у неё не было таких доказательств. Но она чувствовала его вину и теперь лишь озвучивала то, что уже знала на эмоциональном уровне.
Семенов побледнел. Его руки, лежавшие на столе, слегка задрожали.
– Чего вы хотите? – спросил он, наконец признавая поражение.
Ева почувствовала прилив удовлетворения. Манипуляция сработала идеально. Теперь нужно было закрепить результат.
– Я хочу защиты, – прямо ответила она. – От Дианы Кроновой. Мне нужен безопасный дом, документы, статус защищаемого свидетеля. Взамен вы получите все доказательства, и я буду свидетельствовать только о деятельности «БиоНекст», не упоминая вашего имени.
Надежда. Слабая, но отчетливая. Семенов видел путь к спасению.
– Это можно организовать, – медленно произнес он, оценивая ситуацию. – Но мне нужно время. День или два.
– У вас есть двенадцать часов, – отрезала Ева. – Либо я получаю гарантии безопасности, либо информация уходит в СМИ, включая детали ваших личных договоренностей с Дианой.
Страх и решимость. Хороший знак. Он не собирался её обманывать… по крайней мере, не сейчас.
– Хорошо. Есть закрытый правительственный комплекс за городом. Я могу организовать ваше размещение там уже сегодня вечером. Это будет временное решение, пока я не подготовлю более надёжную защиту.
Ева внимательно изучила его эмоциональное состояние. Беспокойство, нервозность, но не откровенный обман. Она кивнула.
– Я буду ждать вашего звонка. И, Игорь Валентинович, – она поднялась, плавно и грациозно, как всегда, – не пытайтесь меня обмануть. Я узнаю об этом раньше, чем вы произнесете первое лживое слово.
Она вышла из кабинета, оставив Семенова в состоянии эмоционального раздрая. Спускаясь в лифте, Ева позволила себе мгновение самоудовлетворения. Её план работал идеально. Конечно, она не доверяла Семенову полностью, но он был лишь пешкой, ступенькой к настоящей защите. Как только она окажется под официальной защитой, она сможет выторговать себе настоящую безопасность, используя информацию о Диане и проекте «Наследие».
На выходе из здания министерства Ева сразу заметила слежку – двое мужчин в штатском, профессиональная работа, но недостаточно профессиональная для её обостренных чувств. Она не стала предпринимать никаких действий, чтобы скрыться. Пусть думают, что им удалось остаться незамеченными.
Ева спокойно поймала такси и назвала адрес небольшого отеля на окраине Москвы, где остановилась под вымышленным именем. Весь путь она чувствовала наблюдателей на безопасном расстоянии. Хорошо. Пусть Семенов думает, что контролирует ситуацию.
В номере отеля – скромном, но чистом – она первым делом проверила свои вещи. Небольшой чемодан был упакован и готов к быстрому отъезду. Ноутбук с зашифрованными данными заряжался. Пистолет с глушителем лежал под подушкой – крайняя мера, которую она надеялась не использовать.
Ева подошла к окну и посмотрела на улицу. Один из наблюдателей расположился в припаркованной напротив машине, второй, вероятно, занял позицию с другой стороны здания. Стандартная схема наблюдения.
Она вернулась к кровати и села, закрыв глаза. Последние дни были изматывающими. События развивались стремительно с того момента, как она предала Алексея и Михаила. Это не было спонтанным решением – скорее осознанием неизбежного. В игре, которую затеял Кронов, могли быть только победители и проигравшие. И Ева не собиралась оказаться в числе последних.
Возможно, Алексей и остальные считали, что можно противостоять Диане, объединив усилия. Но Ева, с её способностью чувствовать истинные эмоции, знала лучше. Диана была слишком сильна, слишком безжалостна, слишком хорошо подготовлена. Прямое противостояние закончилось бы их поражением. Единственный способ выжить – найти третий путь. Договориться с властями, получить защиту и статус свидетеля, использовать систему против Дианы.
Телефон зазвонил, прерывая её размышления. Номер был скрыт, но Ева знала, кто звонит.
– Слушаю, – ответила она, сохраняя спокойствие.
– Всё организовано, – голос Семенова звучал напряженно. – Машина будет у входа в отель через тридцать минут. Водитель назовет кодовую фразу: «Заказ на имя Марии».
– Я буду готова, – сказала Ева и повесила трубку, не дожидаясь ответа.
Она чувствовала нервозность Семенова даже по телефону. Что-то было не так, но это не обязательно означало предательство. Возможно, он просто боялся последствий своих действий.
Ева быстро переоделась в неприметную одежду – тёмные брюки, серый свитер, куртку с капюшоном. Собрала волосы в тугой пучок и надела очки в тонкой оправе, изменяющие восприятие её лица. Затем упаковала последние вещи, убедилась, что не оставляет следов, и спустилась в лобби за десять минут до назначенного времени.
Ровно через тридцать минут после звонка у входа в отель остановился черный внедорожник с тонированными стеклами. Водитель – крепкий мужчина в костюме – вышел и огляделся.
Ева приблизилась к нему, выглядя уверенно, но внутренне оставаясь настороже.
– Вы от Игоря Валентиновича? – спросила она.
– Заказ на имя Марии, – подтвердил водитель. Его эмоциональное поле было стабильным – профессиональная отстранённость, ни намека на тревогу или нечестность.
– Куда мы едем? – Ева позволила ему взять свой чемодан и открыть перед ней дверь.
– В загородный комплекс Министерства внутренних дел. Примерно
