уже наказал за их нехорошие слова. Но пойду проверю. Дальше справитесь.
Говоря это, освобождаю одну руку Вэс и даю ей нож.
— Да не первый оборот Танат топчу, — ворчит высокая девушка с белыми волосами. Один из слегка раскосых глаз у неё подбит, но это её не портит. — Там ещё трое каких-то тупорылых им помогали. Учти
— А, так это они и не оценили сказ о Тите из клана Андроников и нравах города Рим. За авторством Потрясателя Копьём. Зря они так.
Ну никак иначе на местный имя Шекспир не перевести. Уже автоматом выходит.
— Это тебя так зовут? А имя попроще взять не мог?
Вэс уже разрезала путы на ногах, а я протянул ей один из обрывков ткани, который бандиты сорвали с волокуши. Девушка, кивнув мне, завернулась в него, скрыв наготу.
— Так это автора сказа так зовут, а моё имя Нико. И мадам слово из моего прошлого. Вежливое обращение к женщине.
— Вот повезло, — сказала девушка, подняв иршер Хура и подключившись к нему. Оружие на меня пока не навела. — Мало мне этих отбросов, так ещё и утончённый маньяк-перерожденец попался. И что я тебе сделала, Танат?
Ловлю ощущение дежавю: кругом трупы, спасённая девушка с пушкой в руке, странные инсинуации в мой адрес. Виноват, Дим. Конечно в наш адрес.
— И давно фитары обзаводятся редкими боевыми кимбарами? А метание иров часть представления? Кстати, а что у тебя за оболочка?
Это явно намёк на мои клинки, что выскакивают из рук.
— Да как-то само получилось. Я этого не просил, нашёл случайно далеко отсюда. Думал, что это как маски для выступлений, а оно вон как вышло. Ещё и маска кривая, не слезает. — Тут я огорчённо вздохнул, а потом продолжил вдохновенно врать. — Вот и иду в последний приют. Сказали, что тамошний инфор может помочь. Иначе как мне Суха из Белого Шара над пустошью играть?
Вэс молча смотрит на меня, пока я связываю Хуру руки за спиной. Потом она задумчиво чешет висок дулом и мотает головой в сторону выхода:
— Такая чушь, что похоже на правду. Раз идешь посмотреть, то найди мне, раз спас, какой инис пока. Кстати, а что будешь делать с этим уродом?
— Не знаю. Если есть награда за него, то сдал бы. Так у меня дела в Приюте, хоть его и осаждают. Тороплюсь. Могу тебе отдать?
— Просто так? — девуша выразительно подняла бровь. Понятное дело, что в доброту здесь не поверят. Такой тут мир, что всё ждут подвоха. Не верят, что возможна лучшая жизнь.
— Конечно нет, — хмыкаю в ответ. — Я тут из-за гона недавнего отошёл с тропы и сбился. Покажешь дорогу к Приюту, я возьму кое-какие трофеи, что унесу, припасы поесть. И… И небольшое одолжение.
Меня перестают подозревать в том, что я замыслил что-то нехорошее. Это про бесплатный сыр, что бывает только в мышеловке. Но от последнено уточнения Вэс прищурила глаза самым недобрым образом.
— Да, одолжение? Правда? — елейным голосом спросила меня девица, наведя на меня иршер. Пальцами свободной руки она с намёком крутила пониже пояса. — Хочешь чего-то сладенького, приятель?
Ну и недобрый же у неё взгляд. Только мы её сейчас неслабо так удивим.
— О-о-о, — произношу я задрав голову и руки к потолку, — за твоё спасение и этого пленника я прошу позвать друзей на моё величайшее представление. Это премьера новой истории в репертуаре.
— Чего? — Вэс даже пистолет опустила и слегка развела руки в стороны. Обёрнутый вокруг стройной фигурки кусок материи заскользил вниз.
— Дорога, еда, зрители и он такой. Поклянись перед лицом Таната.
— Эээ, клянусь. Будут тебе зрители, — произнесла ошарашенная девушка, но быстро взяла себя в руки. — Тогда инис мне найди.
— Да, — кричу я, изображая радость. — Премьера будет грандиозной. Он твой, Вэс.
Убегаю назад к кальмар, чтобы найти там инис.
— Точно фитар, — слышат мои чуткие уши позади. — Придётся с Дрэйном договариваться.
Ковыряюсь в тюках на волокушах и нахожу знакомый шарик иниса. Похоже э, что Вэс мне поверила. К чудикам всё снисходительны. Тут из пещеры доносится дикий крик. Побросав вещи обратно, кидаюсь назад.
Вэс, абсолютно голая и залитая белесой кровью раза, замерла перед дергающийся в агонии телом. В руке у неё нож, и я понимаю, как она его применила. Голос Хура звучит глухо потому, что в рот ему засунуты его собственные гениталии. Его инис ниже пояса разодран, а из живота толчками бьёт кровь. Причиной этому служат сквозные огнестрельные раны. Как он их получил мне ясно. Ведь не просто так бывшая пленница запихнула ему иршер промеж булок по самую рукоятку?
— Инис не нашёл?
Достав из тюка, лежащего рядом с одной волокуш, нечто вроде серой губки, Вэс лёгко и просто стирает ею кровь со своего тела. Рассмотрев мой грязный плащ, она хмыкает и кидает мне вторую губку. Ловлю её и тупо смотрю на агонизирующего Хура. Хорошо, что димортул закрывает моё офигевшее лицо.
— Ты хочешь что-то сказать? — возвращает меня в нальность голос кочевники. Дим меня дёргает. Надо что-то ответить, а не то моё молчание сочтут слабостью.
Повернув голову к ухмыляющейся девице, роняю на землю губку и начинаю хлопать в ладоши.
— Невероятно. Это сочетание грубости и утончённого вкуса. Ты никогда не думала стать фитаром? Я напишу сказание про это. Весь Танат узнает…
— Только попробуй! — рычит Вэс.
Всё ещё голая, она проходит мимо меня. Похоже, что одежду она себе сама найдёт
— Конченый извращенец.
* * *
Мы молча, без лишних разговоров, собирали вещи и тела убитых кочевников, грузя их на волокуши и кильмы. Увидев мой кефл, кочевника сначала хотела одолжить его, но я намекнул ей, что мест нет. Узнать, чьи камни были у меня, она не стала. Однако Вэс, увидев под плащом мою портупею, явно о чём-то задумалась. Танат, конечно, небезопасное место, но бродячий артист с навыками и арсеналом матёрого головореза и тут вызывал подозрение. Просто никто лишнего не спрашивает, а то моя маскировка, собранная на голос энтузиазме, давно бы посыпалась.
Тела бандитов мы затащили в пещеру. Вернее я затащил. Потом их соберут и отнесут на утилизацию кочевники. Если и когда ещё процдкт здесь. Рассмотрев труп с раздавленной головой, девушка вздрогнула.
Себя она привела в
