вместе, Ю'унг направилась к Старейшему, но он храпел, громко и довольно, что было для него редкостью. Вместо того чтобы будить его, она вскарабкалась на утес и легла на каменистую поверхность, все еще теплую от лучей Солнца. Сверчки приветственно застрекотали, а Сова ухнула, отправляясь на ночную охоту. Она посмотрела сначала на путь вперед, затем в противоположном направлении, на тропу, по которой ушли гости со спаривания. Их запах еще витал в воздухе, включая запах одной кровоточащей женщины и последний знакомый дух уходящих женщин Народа. Дальше вдали она учуяла Стаю Канис и терпкий дым, изрыгаемый Гневной Горой. За пределами всего этого приглушенные серые тени ночи казались нетронутыми.
И все же тяжесть давила на нее, и ей было трудно дышать.
Страх…
Несмотря на все ее сильные слова, обращенные к племени, она не могла быть более напугана обязанностями, свалившимися на ее плечи. Она должна была реагировать на каждую правильно, ради Народа. Ради Криины. Ее грудь болела при вдохе и выдохе, от сокрушительного ужаса, что она обманет доверие Старейшего, или Б'о, Эсе, даже юного Лаака.
Одно неразумное решение может изменить все для Народа. Я не могу этого допустить.
Криина всегда заглушала сомнения Ю'унг. Если отсутствие ее матери станет постоянным, Ю'унг должна будет научиться самой успокаивать этот шепот, потому что Альфы должны казаться уверенными, решительными и сильными, когда Народу нужно за что-то держаться.
Она скользнула в пещеру, проверила подростков, следящих за огнем, а затем забралась в свое гнездо. В мгновение ока темный, неподвижный сон одолел тревоги, терзавшие ее разум.
Часть 7
Решения
Глава 34
Ю'унг потерла глаза, но песок и сухость не проходили. Солнце осветило поляну. Дети болтали, занимаясь дневными делами. Она вышла из пещеры и плеснула ледяной водой в лицо.
Это помогло.
Она присела рядом с Эсе, моргая и зевая.
— Приготовления идут хорошо?
Эсе оглядела груду мехов, глубокая морщина на ее лбу стала еще глубже.
— Обвал причинил много вреда… — Это была не жалоба, а констатация факта. — Но у нас много коры и корней для ниток, костяных щепок для игл. Мы справимся.
Старейший поманил Ю'унг.
— Я не хотел тебя прерывать прошлой ночью. Ты была в дозоре, а потом погрузилась в мысли. Ты решила то, что тебя беспокоит?
Она хотела сказать ему «нет», что все по-прежнему слишком туманно, словно смотришь в затянутую туманом пропасть, пытаясь разглядеть, что ждет ее в конце. Прошлой ночью она подобралась близко, достаточно, чтобы понять, что дело не в Криине, не в кочевье и даже не в гневе Горы.
Она заглянула в его мудрые глаза, нашла умиротворение в его лице.
Его слова спрашивают, но его лицо говорит мне, что я знаю ответ.
Что она упускала?
В последний раз, когда приходила Ксоса, она сказала мне, что мои помощники близко. Неужели это они в этих мутных тенях?
— Нет, не решила, — улыбнулась она, — но мне стало яснее, что это и чем не является.
Старейший махнул рукой.
— Б'о может научить тебя выслеживать добычу, а я — видеть за поворотами. Тебе решать, как использовать свои навыки для Народа.
— Это-то меня и беспокоит.
— Это беспокоит каждого Альфу.
Ю'унг выпрямилась.
— Вот чего я не могу понять. Должны ли мы сказать Горному Народу, что уходим, на случай, если они захотят присоединиться?
— Это их дом. Они не уйдут.
Я буду по ним скучать.
— Эсе чинит поврежденные накидки и обувь. Я сегодня пойду за целебными растениями. Нам все еще нужно починить копья, заготовить еду в дорогу, добыть твердые камни для орудий. Мы с Б'о можем сходить на последнюю охоту… — Она огляделась. — Б'о…
— Выслеживает одинокого оленя.
— Этого мяса не хватит. После того как я соберу твердые камни, мы с ним можем поохотиться.
— Тогда пора.
Ю'унг выдохнула. Ему не нужно было объяснять. Решение о том, будет ли Народ кочевать с Высокими, больше нельзя было откладывать.
— После того как мы с Б'о поохотимся, я пойду в лагерь Фирса, узнаю, как добраться до этого моря без берегов.
Старейший, хромая, пошел работать над оружием, которое понадобится.
Ю'унг мгновение смотрела на Старейшину, а затем рысцой побежала в лес, чтобы нарубить палок-копалок взамен утерянных, включая свою собственную. Она отрубила охапку веток высотой до пояса и толщиной в запястье, одну очистила для себя и отшлифовала грубую поверхность мелким песком. Вернувшись в лагерь, она бросила остальные у Старейшего, где любой нуждающийся превратит их в посохи и копалки. Присев у костра, она покрыла кончик своей палки-копалки расплавленной смолой и сунула его в огонь, пока конец не потемнел.
В лагерь вбежал Б'о, бросил оленя в общую кучу и присел рядом с Ю'унг. Он потер плечо и не стал спорить, когда она наложила ему припарку.
Появилась Эсе.
— Описывай, что ты делаешь, чтобы я могла лечить раны, а ты — быть Альфой.
Ю'унг осмотрела ее. Еще недавно Ю'унг никогда бы не доверила Эсе роль целительницы. Теперь же она не могла представить никого лучше.
— Пойдем со мной, пока я буду собирать растения для кочевья.
Пока они бродили, Ю'унг объясняла, какие болезни лечат встреченные ими растения, в чем разница между частями растений и как готовить каждую из них.
— Будут ли они там, где мы поселимся?
— Мы с Крииной всегда находим то, что нам нужно. Я не беспокоюсь.
— Откуда ты знаешь, что сработает?
— Мы изучаем болезнь и слушаем травы.
Гораздо позже уставший, но счастливый дуэт скользнул в пещеру с полными наплечными сумами. Ю'унг надеялась вернуться вовремя, чтобы поохотиться с Б'о, но у Эсе были бесконечные вопросы, заданные с истинным любопытством и решимостью. Найти правильные растения было важно, поэтому Ю'унг не пожалела времени, чтобы ответить на каждый вопрос, и теперь дневной свет угас.
Осталась похлебка, но Ю'унг и Эсе ели ягоды, грибы, рогоз, корни, клубни и цветы во время сбора, поэтому Эсе присоединилась к Б'о, а Ю'унг забралась в свое лежбище и уснула прежде, чем фоновые звуки стихли.
Появилась Ксоса с улыбкой на лице.
— Твои помощники здесь.
— Значит, у нас нет времени!
Ю'унг начала задавать вопросы, но Ксоса остановила ее.
— Спи. Тебе это понадобится.
Когда Ю'унг проснулась под почти синим небом, было легко поверить, что жизнь вернулась в
