уникальная черта, которой не хватало племени Ю'унг. В один из визитов Наа поделилась с Народом медовыми сотами, хотя Ю'унг не уловила ни запаха меда, ни жужжания пчел.
— Где ты это нашла?
Народ с жадностью поглощал сладкое лакомство всякий раз, когда находил его, безропотно терпя укусы и волдыри.
Наа описала местоположение улья, более чем в половине дня пути.
Ю'унг спросила, как они уловили аромат на таком расстоянии, и Наа посмотрела на нее так, словно она должна была это знать.
— Он в воздухе.
Это озадачило Ю'унг. У Горного Народа носы были меньше, чем у Народа. Как они могли учуять то, чего не чувствовал Народ?
Видя замешательство Ю'унг, Наа добавила:
— Мы чуем мед на большом расстоянии. И больше ничего.
Эти воспоминания пронеслись в голове Ю'унг в мгновение ока, пока Наа изучала Эсе, женщину Народа, гордо стоявшую рядом со своим партнером, глядя на Наа, не осуждая, но и не сдаваясь.
Взгляд Наа скользнул с Эсе на Б'о, и она отвергла его.
— Нет. У нас много мужчин. У вас мало. — Она не ожидала возражений, потому что была права.
Что бы Б'о ни сказал после, Ю'унг не слышала, ее внимание было отвлечено мыслью о том, что будет значить потеря поддержки Горного Народа.
Конечно, мы их все равно скоро потеряем.
Она указала губами на дорожные сумы, которые нес каждый член клана.
— Мы не готовы уходить сегодня или завтра. Мы должны восполнить то, что потеряли в обвале.
Вожак повернулся к ней, а затем отвернулся, обращаясь к Старейшему.
— Мы не можем ждать.
Ю'унг заговорила, ее голос был спокоен, но с такой силой, что, несомненно, удивила бы, исходя от молодой женщины.
— У вас нет целителя.
Ю'унг и Криина лечили недуги Горного Народа. Клан ни разу не просил ее научить их. Словно они считали Криину своим целителем так же, как и целителем Народа.
Вожак снова повернулся к Ю'унг, склонив голову, с бесстрастным выражением лица и любопытной улыбкой, словно ее слова не имели для него особого смысла.
— У вас теперь тоже нет, раз ваша целительница с чужаками.
Ю'унг ощетинилась.
— Я целительница.
— Ты Альфа. Никто не может быть и тем, и другим.
Челюсть Ю'унг дрогнула. Вожак говорил правду, которую Ю'унг еще не была готова принять.
Он снова обратился к Старейшему.
— Мы видели чужаков на их обратном пути. — Его намек был ясен. — Путь холмистый, местами крутой. Если ты или старейшины не сможете выдержать такое трудное путешествие, мы будем рады, если вы останетесь с нами, пока угроза не минует.
Он не стал дожидаться ответа Старейшего, просто ушел быстрым шагом, а за ним последовал его клан. Ю'унг проследила за ними до предгорий, по тропе, обходившей горный хребет, изрыгавший огонь. Никто из них не оглянулся, включая Наа.
Всегда спокойный голос Старейшего дрогнул, а затем окреп.
— Они и не собирались нас ждать. Ты приняла правильное решение, Ю'унг. Происходит что-то еще.
У нее перехватило дыхание, и рев в ушах заглушил его следующие слова. Он потянул ее за руку и повторил.
— Они ждали долго.
— Горный Народ?
Старейший указал на другую сторону поляны.
— Нет. Они.
Глава 35
Новый отряд Криины выстроился у самого края поляны. Фирс стоял впереди, его взгляд был прикован к Ю'унг, он ждал, когда его заметят.
Как я их пропустила?
День выдался утомительным. Ей отчаянно нужны были мудрые слова Старейшего, но времени просить их не было.
— Что ты хочешь, Фирс?
Сухая трава хрустела под его ногами в шкурах, когда он приблизился к ней, подойдя так близко, что она могла бы ударить его своим копьем, оборвать его жизнь прежде, чем он успел бы ее остановить.
Конечно, она бы этого не сделала. Он был партнером ее матери.
Физическая сила Народа превосходила силу Высоких, как и их смекалка, но мужество Фирса смущало ее. Если Народ объединится с этими чужаками, это принесет и большую безопасность, и вызов их вожачеству. Народ считал себя высшими хищниками, и все в этих Прямоходящих говорило о том, что они тоже так считают. Ее Народ не станет следовать советам Прямоходящих, которые носят бряцающие ожерелья и шумят голосами за пределами стоянки.
Нам не нужно решать это прямо сейчас. Я посмотрю, зачем здесь Фирс.
Он бросил ей кусок ребер.
— Моя партнерша Айно, которую вы знаете как Криину, сказала, что беды унесли жизни многих ваших мужчин. Она предложила нам поделиться тем, что мы не можем унести.
Старейший выдохнул:
— Айно…
Ю'унг заставила свой голос звучать спокойно.
— Вы уходите.
— Конечно. Наша родина далеко, а значит, там безопасно.
— Где Криина? — спросила Ю'унг.
Она не станет называть мать именем Высоких, пока Криина сама об этом не попросит.
Порыв ветра бросил в лицо Ю'унг блестящую рыжую прядь. Рука Фирса дернулась к ней, но замерла.
— Ты похожа на нее, — пробормотал он, завороженный.
Потому что у нас обеих рыжие волосы? А то, что у тебя темная кожа и глаза, значит, что ты похож на свой отряд?
Его плечи напряглись, словно он услышал ее мысли.
— Айно организует уход.
За спиной Ю'унг послышался топот и вой.
Лаак!
Подросток взревел:
— Вы крадете наше мясо! Вы входите на нашу стоянку без приглашения! Вы забираете нашу целительницу… нашу целительницу!
Б'о попытался схватить юношу, но тот увернулся. Старейший выставил свою больную ногу, чтобы подставить ему подножку, но Лаак перепрыгнул через нее с бесстрашием юнца, считающего себя неуязвимым.
— Стой, Лаак, пока они тебя не уничтожили! — крикнула Ю'унг, бросаясь к нему.
Б'о оттащил ее назад, когда мимо пронеслось размытое пятно копья и вонзилось в Лаака. Подросток рухнул. Над Народом воцарился хаос. Ю'унг задрожала, но скрыла это.
Нападение на Лаака — это конец? Или начало?
Она сжала свое копье, держа его низко, как и Б'о. Если из-за опрометчивых действий Лаака начнутся неприятности, они придут от Фирса и его отряда. Подростки бормотали за ее спиной, их копья гремели, но они ждали — к счастью — приказа.
Б'о зарычал на них, его оружие все еще было опущено.
Старейший едва заметно кивнул, и Ю'унг выпрямилась перед чужаками.
— Тихо! — прогремела она, ее голос был громче бури, обращаясь ко всем, кто слушал, пока она поднимала руку без оружия.
Б'о прогремел:
— Слушайте
