но я понимала, что такая реакция – следствие эмоций, а не ран: никто из нас не сделал ничего, чтобы она пострадала физически. Мы замерли, ожидая, пока она заговорит.
– Я решила, – начала Даша и шмыгнула носом.
Артур терпеливо ждал, внимательно глядя на нее. Когда она подняла голову, я не увидела внутри нее решимости – только сковывающую сердце боль, которая казалась слишком велика для такого маленького, пусть и чертовски вместительного сердца.
– Помоги мне забыть.
Глава 14. Тьма идет! Тьме дорогу!
Я почувствовала облегчение, когда Даша попросила Артура помочь ей забыть увиденное. Объяснив, что он сейчас сделает, Артур поискал в ее памяти более ранние случаи, где Виола опрометчиво применяла магию при подруге. Прошло довольно много времени, прежде чем он отнял руки от Дашиной головы и уставшим голосом объявил:
– Все. Это был последний фрагмент, – он поднялся с земли.
– Ничего не пропустил? – вкрадчиво уточнил Стас, и Артур лишь пожал плечами.
– Скоро узнаем. Я старался как мог, но невозможно блуждать в чужой голове долго. В воспоминаниях другого легко потеряться. Забыть, кто есть ты сам, теряя границу, где начинается другой человек. Мы все, как лоскутное одеяло, состоим из разных кусочков: наших решений, окружающих нас событий, мыслей и явлений – все отпечатывается на человеке, делая из него уникальную личность с неповторимой историей. Двух одинаковых людей просто не бывает. Проходя то же, что когда-то проходила она, я впитывал в себя ее историю, как и любого другого, кого касаюсь. Одно дело – подтереть недавно произошедшее событие, и совсем другое – ворошить все внутри, искать нужные осколки и осторожно их вынимать.
– Она скоро очнется? – я смотрела на Дашу и думала о том, что сегодня ей удалось сохранить свою обычную жизнь, но сколько еще раз может произойти подобное, пока она наконец не решит помнить? Пока рядом с ней Виола, у Даши перед носом всегда будет мелькать мистическая сторона Ксертони, где живут вампиры, оборотни и ведьмы. Я слабо верила, что Виола в одночасье может отказаться от своей дурацкой привычки не прикасаться к дверным ручкам, предпочитая использовать магию без особой на то нужды. От привычек не так просто избавиться, даже если в итоге они угрожают испортить твою жизнь глобально.
– Да вот сейчас должна бы уже, – Артур окинул Дашу беглым взглядом, ища признаки пробуждения, обернулся к нам и скомандовал: – Так, наша с вами легенда, слушаем и запоминаем. Мы смотрели волейбольный матч. Татьяна устроила на трибунах представление с дневником, но начался дождь, и мы поспешили укрыться в лесу. Даша переволновалась из-за усложнения отношений между вами двумя, – он указал на меня, – и упала в обморок. Виолы на матче для нее не было. Почему? Она не помнит наверняка. Все понятно?
Мы со Стасом успели лишь коротко кивнуть, как Даша нахмурилась и очнулась. Она открыла глаза и озадаченно посмотрела на нас, не понимая, как здесь оказалась и почему. Я поспешила помочь ей.
– Ты как? – склонилась над ней, и мне не нужно было притворяться, чтобы показать свое беспокойство. Больше всего на свете я хотела, чтобы она действительно обо всем забыла и мы никогда не возвращались бы к похожим ситуациям.
Даша потерла глаза тыльной стороной руки, пытаясь проморгаться.
– Не знаю, – неопредленно ответила она и, ощупав лицо, спохватилась: – Куда делись мои очки?
– Они у меня. – Стас обогнул меня и поспешно протянул ей ее очки. – Тебе резко плохо стало, ты потеряла сознание.
Артур закивал, как бы подтверждая его слова. Даша надела очки и вновь принялась нас рассматривать, немного жмурясь от собственных ощущений.
– Да? Так странно.
– Что последнее ты помнишь? – поинтересовалась я.
– Мы были на трибунах, смотрели волейбольный матч. Потом пришла Таня и начала зачитывать при всех фрагменты из дневника Стаса. Сгустились тучи, пошел дождь. – Ее глаза перемещались из стороны в сторону, будто она читала текст бегущей строки и едва успевала произносить нужные слова. – Мы поспешили в лес, чтобы укрыться. Ты начала ругаться со мной из-за Тани, и… все. Больше ничего не помню.
– Да, мы ругались, – коротко ответила я, продолжая наблюдать за ее реакцией. – Давай больше не будем на эту тему сегодня, ладно?
Даша кивнула, и я протянула ей руку, чтобы помочь подняться с земли.
– Идти сможешь?
На первом шаге Даша пошатнулась и все же удержала равновесие. Она попробовала ступать более осторожно, и тогда у нее получилось.
– Супер, – я повернулась к парням. – Пойдемте до главного корпуса?
* * *
Не так я себе представляла этот день. Мы дошли, когда ночь уже опустилась на Ксертонь. Стас и я проводили Дашу на этаж и решили проведать Виолетту, однако дверь открыла Диана. Только через ее плечо мне удалось мельком увидеть Макса. Он стоял на коленях у кровати и держал широко расставленные ладони по обе стороны от головы Виолы. От его пальцев тянулись ярко-голубые нити. Неоновое свечение уходило под золотистые волосы Виолы, касаясь ее кожи.
Диана приложила палец к губам, призывая нас вести себя потише, и придержала дверь, прежде чем ее закрыть.
– Как она? – шепотом начал Стас, и на его лице мелькнуло беспокойство.
– Пока трудно сказать. Она просыпалась еще дважды, но Максу удавалось быстро погрузить ее в сон, пока она не начала кричать. Кажется, легче ей пока не становится, но Макс делает, что может.
– Может, пора позвонить отцу?
– Пробовала. Не отвечает.
Стас недовольно поджал губы и провел рукой по волосам, зачесывая их назад.
– Что говорит сам Макс? – спросила я у нее, давая Стасу передышку. Уж если он сейчас вновь откроет рот, из него наверняка вырвутся разве только ругательства.
– Какой-то бессвязный бред. Он как на повторе все время твердит, что тьма коснулась ее, но я ни черта не понимаю. Какая еще тьма? О чем он?
– А его спросить пробовала?
– Ася, – она слегка опустила голову и округлила глаза, – конечно, я пыталась узнать, что он имеет в виду, но Макс будто в трансе: повторяет по кругу эту фразу, а следом пробует заклинания, одно за другим, но все без толку. Все это какая-то бессмыслица.
«А для тебя это имеет смысл?»
Эффектным туманом Каандор ворвался в коридор и приобрел привычную форму у порога комнаты. Вальяжно он прислонился к ближайшей стене, с прищуром изучая меня из-под пушистых черных ресниц.
– А должно? – спросила я вслух, и Диана нахмурилась.
Ах да, темного попутчика ведь видим только я и Макс.
– Не тебе, – я указала жестом на место, где стояла черная тень. – Каандору.
«Ты так легко забываешь. Совсем как
