в него целился.
— Ничего, они и так получили знатно. Не ожидали, уверен, — ответил Сафрон.
— Интересно, полезут они ещё? — спросил Томсон, заряжая мушкет.
— Обязательно, но по-другому, — ответил Данил, поняв вопрос.
— Пока пошлём разведку, — сказал Сафрон. — Без этого нам тут будет тоскливо. Гераська, бери кого из пассажиров или кого хочешь — иди проверь, куда они подались. И поосторожнее там!
— Какой с меня разведчик? — попытался возразить мужик, но Сафрон цыкнул на него, и тот поспешил взять молодого пассажира и вместе они ушли в лес.
— Капитан, — обратился Сафрон к пожилому моряку, — сколько времени вы даёте нам для постройки большой лодки или маленького судна?
— Не менее трёх месяцев, Сафониус. Это не такое простое дело, а плотников у нас к сожалению нет. Оба умерли уже. Надо ещё решить, каких размеров нам надо. И сколько материала заготовить. Очень сложное дело, Сафониус.
— Мы уже немного нарубили стволов пальм. Думаю, что особой прочности древесины нам не нужно. Лишь бы до Индии дойти.
— Это так, но у нас нет гвоздей, никаких железных приспособлений и скоб.
— Вот и подумайте, как заменить железо. Вы человек с опытом и должны из всего найти выход, что связано с морем и судами. У нас на Руси многие плотники обходятся без железа и стоят дома и церкви на сто с лишним лет.
— На море немного не так, молодой человек. Тут нагрузки другие. При качке всё может развалиться за полчаса.
— У нас и струги и кочи иногда без железа строят, капитан. Просто хорошо подумайте, а я у своих поспрошаю. Надо выходить из имеющегося.
Но материал всё же заготовляли, пока капитан чертил на песке конструкции и шпангоуты[1], готовя шаблоны. Вспоминал, как местные судостроители работали, как в старину это делалось. А пока нашли хорошее бревно для киля, установили его на обтёсанные бруски, спускающиеся к воде. Получалось, что лодка должна быть длиной в сорок футов и шириной в десять.
Герасим долго всматривался в основание на песке, потом мрачно молвил:
— Ничего не получится, капитан. Слишком большая лодка, и мы с нею справиться не сможем. Надо у́же и длину уменьшить хоть немного. Её и в воду не стащить. Смотрите сами, но потом не кусайте локти.
Капитан не всё понимал, но уяснил лишь то, что размеры увеличены непомерно. И после долгого раздумья, он вынужден был согласиться.
— Гераська, как это ты заставил капитана с тобой согласиться? — со смехом спросил Сафрон. — Вот не ожидал такого от тебя!
— А что тут такого. Я ведь в молодости намахался топориком дай Бог! А тут вроде такое же. Да нам и не нужно такое судно. Лишь бы несколько дней продержаться. А до дождей хорошо бы успеть с ним. Всё погода лучше тогда.
— Молодец ты, Гераська. Ты тут посматривай и поправляй, а то эти английцы народ хвастливый да гонористый.
Герасим важно хмыкнул и пошёл проверить обтёску стволов.
Инструментов явно не хватало и остальным, кто не мог работать, пришлось шастать по лесу, берегу и собирать то, что можно есть. Стали приучать англичан употреблять личинки, кузнечиков и ящериц, которых водилось здесь достаточно. А однажды кто-то заявил, что в лесу видел свинью.
— Наверное, убежала от хозяев, когда те уходили с острова, или от матросов спаслась. — Аким масляно улыбался. — Я пойду на неё поохочусь. Вдруг подстрелю. Какой праздник получится! Свинина! Просто во сне только и может присниться! — И он блаженно жмурился, предвкушая наслаждение.
— Ты не очень хвастай, Акимка, — предупреждал Сафрон. — На тебя тоже могут охоту учинить. Матросы ещё на острове и вполне могут тебя сцапать.
— Бог не выдаст — свинья не съест! — ответил Аким и ушёл, прихватив мушкет. Сафрон с неудовольствием проводил его глазами.
Работы продвигались довольно споро, хотя всего было мало. Капитан только и делал, что пытался придумать способ крепления частей корпуса. Тут Герасим стал главным плотником и почти все крепления сам вырубал и выпиливал, удивляя капитана и остальных.
Прошёл месяц, а судно даже не обозначилось. Лишь киль и несколько шпангоутов торчали, странно и непонятно. Сказывалось неумение людей и нехватка инструмента. И древесина оказывалась не того качества, хотя на это никто не обращал внимание.
Два человека постоянно, сменяя друг друга, сторожили подходы к работам. Угроза со стороны матросов ещё существовала и все побаивались этого.
Аким не вернулся. Ни сегодня, ни через день. Исчезновение Акима сильно подействовала на казаков. Матросы наверняка захватили его и теперь никто не питал надежды на его возвращение. Его конец казался очевидным.
Зато рядом росла груда почти готового материала для обшивки бортов, для двух мачт, реи и прочие детали, грубо и наспех обтёсанное. Кто-то плёл канаты, кто-то собирал камни для балласта. Ведь груза на судне не могло быть.
Труднее всего было со шпангоутами. Они имели кривизну, которую трудно было изготовить без должного инструмента и гвоздей. Всё скреплялось деревянными шипами и замками, которые вспоминал Герасим. Использовали и лианы с лыком. Его тоже долго искали. Сверлили тоже примитивными способами, используя большой лук и примитивно заточенный штырь из железа.
Голодали, но не так сильно, как раньше. И это радовало многих из пассажиров. Женщины, некоторые из которых оказались беременны от матросов, помогали шить паруса из старых полотнищ, захваченных с судна и сохранившихся в хижинах, как циновки. Но их было мало, и капитан предложил плести циновки из травы и разного материала, снятого с деревьев.
— Представляю, каков вид будет у нашего судна, — мрачно ухмылялся капитан. Его все звали по фамилии — Мордент. — Мне будет стыдно им командовать!
— Ещё хуже оставаться тут до скончания века, сэр, — с усмешкой молвил Сафрон, слушая болтовню капитана.
— Это и успокаивает меня, Сафониус. Я сам с нетерпением жду, когда можно спустить судно на воду. Это тоже будет трудная работа. Здесь мелко и надо быстро прорыть по дну канал для облегчения спуска.
— Пока об этом рано говорить, сэр. Мы ещё почти ничего не сделали.
— Потому, что долго делали заготовки, Сафониус. Теперь мы ускорим работы, и за два месяца спустим судно на воду. У нас многое уже готово.
— А как мы осмолим днище?
— С этим приходится повременить до прихода в порт. Будем тщательно конопатить и, уверен, это поможет избежать настоящей течи.
Как и обещал капитан, работы ускорились, и через второй месяц днище было готово, а конопатчики трудились выше. Даже надстройка на корме уже вчерне была готова и могла вместить пятерых женщин, оставшихся живыми.
Дожди выпадали редко, жара изнуряла людей. Особенно плохо было с водой.
